Надежда Соколова – Магическая академия. В кресле ректора (страница 30)

Какая прелесть. Не кабинет ректора, а проходной двор.

— Ториса? — требовательно произнес тем временем Димир. — Что-то случилось?

— У меня два новых преподавателя, оба полубоги, вот что случилось, — мрачно ответила я. И уже родственникам: — У вас хоть есть опыт работы по специальности?

— Конечно, — улыбнулась сразу же успокоившаяся Лита. — Я два года отработала в магазине, готовила привороты в основном. Все клиенты были довольны.

— А я стажировался больше года у отца в чертогах, — горделиво вскинул голову Стивен. — Могу продемонстрировать.

— Не здесь, — покачал головой Димир, — Ториса беременна, ей нельзя волноваться.

Вот именно. Мне. Нельзя. Волноваться. А придется, чувствую, что не только волноваться.

Родственники восприняли слова Димира по-другому.

— А тебе можно работать, беременной? — удивился Стивен.

— Ах, ребеночек, — всплеснула руками Лита. — Это так прекрасно!

Я поняла, что еще пара-тройка фраз с их стороны, и я начну убивать, всех, кто попадет под руку. Может быть, даже Димира.

Он, кстати, почувствовал мой настрой, протянул руку, вытащил меня из кресла и открыл портал.

Миг — и мы уже в его спальне во дворце.

— Пусти, — я вырвалась из его захвата. — Там остались эти обормоты малолетние.

— И они тоже хотят жить, — ухмыльнулся Димир. — Не воюй, Ториса. Ничего с твоей драгоценной академией не случится.

Угу. Я поверила, да. Почти.

Но в итоге Димир сумел настоять на своем. И следующие полчаса-час я провела в его дворце, успокаиваясь и заедая стресс фруктами. В то время как сам Димир вернулся в академию — пообщаться с молодыми и перспективными преподавателями.

Я сидела в высоком удобном кресле с резными ручками, жевала дольку за долькой и думала. Мне сложно было понять, зачем отец и дядя прислали этих молодых обормотов. То ли на практику, то ли для слежки за мной. То ли для совмещения «приятного с полезным». В любом случае теперь я находилась под божественным надзором. У меня просто чесались руки написать записку обоим богам и отправить их детей с той запиской куда подальше. Увы. Меня как минимум не поняли бы.

Да и вообще, не стоило начинать общение с новыми родственниками с ссоры. А хотелось, да. Очень.

Скоро вернулся Димир. Он выглядел довольным жизнью. Как же, теперь рядом с беременной супругой постоянно будет крутиться ее сестра.

— Стивен осваивается в кабинете декана некромантов, — сообщил он, — Лита попросила комнату неподалеку от твоей спальни.

Я поморщилась.

— А не слишком ли юн Стивен для поста декана?

Димир хмыкнул.

— Он полубог. Не смотри на его внешность. Лет ему может быть столько же, сколько и Торисе. Или даже больше. Знания есть, сила — тоже.

— А опыт?

— У тебя уже был один, опытный. Вы с банши успешно отправили его на тот свет. Стивен хотя бы не испугается при появлении твоей подруги.

Язва.

Впрочем, спорить я не стала. Беременность пока протекала легко, спокойно. Но живот будет расти с каждым месяцем. А значит, скоро мне придется искать замену на свой пост, хотя бы на полгода. У меня были некие мысли на этот счет. Но я ими пока ни с кем не делилась и обдумывала, как бы аккуратно провернуть желаемое. Так что внезапное и не особо желанное появление двух полубогов в академии было в каком-то смысле мне на руку.

Единственное, придется первое время за ними присматривать, особенно за Литой. Она мне показалась излишне легкомысленной. Словно передо мной находился не взрослый преподаватель, а подросток, первый раз вырвавшийся из-под опеки родителей.

Глава 50

— Ах, Ториса, это так прекрасно, что ты наконец-то узнала, кто ты есть, обрела родственников, ждешь ребенка, — заливалась соловьем Лита.

Мы сидели с ней и пили чай в креслах в ее спальне, находившейся в академии рядом со мной. Едва попав в комнату, гость понимал, что здесь живет натура творческая, ранимая и опасная в общении. Такую лучше не злить ни словом, ни делом. Иначе розовенькие занавесочки на окне превратятся в грозное оружие, готовое задушить обидчика хозяйки. А кресла внезапно оживут и резво поскачут по лестницам и коридорам в поисках своей цели.

В оформлении комнаты преобладали желтые, розовый, сиреневый и красный цвета. Мечта взбесившегося художника, не иначе. Не знаю, кто прививал Лите вкус, но тот явно решил уйти в неоплачиваемый отпуск, едва ли не до конца жизни.

Я, конечно, держала свои мысли при себе, вежливо улыбалась и делала вид, что мне интересно чаевничать с сестрой уже второй раз за два дня. Правда, после первого чаепития я долго высказывала Аурелии все, что думаю насчет богов, родственников и жизни в целом. Банши, зараза такая, смеялась надо мной.

— Думаю, скоро здесь появится и твоя мама, — продолжила между тем свою речь Лита.

— Какая из них? — уточнила я. — Мать Торисы, моя земная мать или?..

— Настоящая, конечно же, папина возлюбленная.

— Ты так спокойно говоришь об этом. Неужели не ревнуешь отца?

— А зачем? — удивленно посмотрела на меня Лита. — Он — мой отец, а не моя собственность. Когда мне надо, он мне помогает. А так… У каждого из нас своя жизнь. Он тоже не вмешивается в мои дела с парнями.

Я только хмыкнула про себя. Чудесная семейка. Значит, в дела одной дочери он не вмешивается, а ко второй приставил сразу двух соглядатаев. И, если верить банши, еще и следилку на меня повесил, чтобы без труда определять мое местонахождение.

— Когда начинается учебный год? — наконец-то сменила тему Лита. — Мне же надо подготовиться.

Я закусила изнутри губу, чтобы не рассмеяться. Деловая дама какая. Подготовиться ей надо.

— Каникулы начнутся послезавтра и продлятся три недели, — ответила я. — Так что у тебя есть достаточно времени на подготовку.

Лита удовлетворенно кивнула.

Впрочем, мне тоже надо было подготовиться, на этот раз не только к учебному году.

— Русалки? — удивленно переспросил Димир. — Зачем тебе к русалкам?

— Затем, зачем и раньше, — я раздраженно передернула плечами. — Они снова требуют доступ внутрь академии. А я не хочу принимать ванну и бояться, что в ней покажется рыбий хвост.

Димир хмыкнул.

— Оригинальный метод запугивания адептов. Кто не сдаст экзамен, отправится в бассейн к русалкам. Или к русалам?

— Вот не смешно, — проворчала я. — Эти нахалы совершенно не уважают чужие границы. И бьют себя в грудь, уверяя, что имеют право на внутренние воды академии. Что прикажешь с ними делать? Зимой я ограничилась запугиванием. Сейчас, с наступлением весны, история повторяется. И я понятия не имею, чем воздействовать на них в этот раз.

— Дядей.

Мои брови сами собой поползли к волосам. Магия, да. Самоползущие брови. Хотя после такого предложения со стороны Димира и брови начнут ползать.

— Ты предлагаешь натравить на русалок бога морской и пресной воды Измира? — уточнила я, чтобы не было недопониманий. — То-то он удивится, услышав мою просьбу. А с русалками массово случится паралич. И будут они все вместе вверх пузом плавать в том злополучном водоеме.

Димир расхохотался.

Похоже, в последнее время я подрабатывала у него шутом. Узнать бы, где моя зарплата… А то стараюсь тут, смешу бесплатно…

— Если ты и в том мире общалась подобным образом, я не удивляюсь тому, что замуж тебя не брали, — подколол он меня. — Не натравить, как ты выражаешься, а пригласить в гости, напоить чаем, развлечь беседой, поинтересоваться его семьей, твоими родственниками, между прочим. А потом между делом пожаловаться на мешающих тебе жить русалок, нагло посягающих на часть территории. Беременной племяннице, которой ни в коем случае нельзя расстраиваться, он точно не откажет.

— Опять интриги, — покачала я головой. — А нельзя по-простому?

— Как? Связаться с дядей и попросить помощи, ничего не предложив в ответ? Тебе не кажется, что это будет как-то не очень правильно? — хитро прищурился Димир.

Ну вот и в кого же он, зараза, такой умный?

Глава 51

Дядю все же пришлось звать на чаепитие. Бог морской и пресной воды выглядел солидным мужчиной в годах. Высокий, широкоплечий, с проседью в черных волосах и цепким взглядом карих глаз, он был больше похож на какого-нибудь земного министра, чем действительно на бога. Одетый в наряд, больше подходивший богатому купцу, а не богу, он вел себя спокойно, никуда не торопился и был в чем-то медлителен.

Вообще, по словам отца, Измир редко показывался на людях. Малообщительный, интроверт, он и во время моего обеда с родственниками сидел в самом конце стола. И это удивляло. С его богатырской внешностью жаться по углам? Почему? Но вопросов ему не задавали, а если и задавали, то об ответах не распространялись.

Ради посещения Измира в академии была усилена магическая защита. Божественные эманации способны выдержать далеко не все. А о своих адептах и преподавателях я заботилась.

Измир сидел в кресле, занимая его полностью. Этакая глыба, внезапно ожившая и заговорившая. Чай был выпит, пирожные — съедены. И мы обсуждали проблемы академии. Ну и мои, собственно.