Надежда Шестакова – Тень Совета (страница 12)

Я нахмурилась ещё сильнее, ничего не понимая, и вопросительно посмотрела на него.

– Он понял, что ты мне симпатична… – Деймон запнулся, слова давались ему с трудом. – Он не стал разбираться и не стал ждать. Наставник Парис получил от него чёткий ультиматум, либо я исчезаю из школы, либо Кольт решает этот вопрос сам.

Деймон тяжело вздохнул. Я затаила дыхание, не зная, как реагировать.

– Наставник сразу всё понял. Он знал, с кем имеет дело, и знал, что это не пустая угроза. Поэтому придумал причину, которая выглядела безупречно. Срочное задание, оформленное так, чтобы никто не задал лишних вопросов. Формально, как повышение доверия. По сути эвакуация.

– Но зачем это Кольту? – тихо спросила я. – Он же, наоборот, доверял тебе.

– Доверял… – согласился Деймон. – Ровно до того момента, пока в нём не проснулась хищная ревность. Он на тебя даже смотреть с интересом запретил… Не то что влюбляться.

Он невесело усмехнулся.

– Наставник Парис сделал это ради меня. Он понимал, если оставить меня здесь, рядом с тобой, и ослушаться Кольта, я не выживу. Не потому, что слаб. А потому что Кольт не простил бы.

Деймон опустил взгляд и медленно покачал головой.

– Вот так я и уехал. И, если честно… это моя вина. Я понимал, что рискую, когда позволял себе слишком много внимания к тебе.

– А сейчас? – осторожно спросила я.

Деймон поднял на меня взгляд.

– А сейчас всё изменилось. Нападение на школу, хаос, потери. Школа больше не безопасное место для тебя. Екатерина усиливает контроль, Совет рано или поздно вмешается, а ты оказалась в центре слишком многих интересов. Поэтому Кольт сам велел наставнику вернуть меня обратно в школу.

Я молчала, обдумывая услышанное.

– Ему нужен кто-то рядом с тобой, – продолжил Деймон. – Сильный, обученный, надёжный. Тот, кто сможет защитить тебя здесь, пока он сам вынужден оставаться в тени. Тот, кого он уже проверил.

Он сделал паузу и посмотрел на меня почти с иронией.

– Только теперь, если я посмею посмотреть на тебя как на девушку, меня уже не отправят в другой город. Скорее всего, это будет билет в один конец.

Мягко говоря, это было неожиданно. Я сжала переносицу, пытаясь уложить услышанное в голове. Сначала Кольт сам приставил ко мне Деймона, затем сам же и убрал его, когда ситуация приняла нежелательный оборот. Значит, он ревнует? Или просто защищает меня как собственность? Он не раз говорил именно так. Но мысль о ревности почему-то грела куда сильнее. Если он способен ревновать, значит, его интересует не только мой тёмный дар. Значит, важна я сама.

– В любом случае я рада, что ты здесь, – сказала я и улыбнулась ему.

Деймон ответил улыбкой.

– Я тоже. Потому что там, куда меня отправили, мне совсем не понравилось, – он покачал головой, и в его взгляде на мгновение вспыхнуло что-то тяжёлое, пережитое. Глаза расширились, и в них отразился отголосок того ужаса, который он видел.

– А что там было? – с любопытством спросила я.

– Я участвовал в охоте вместе с орденом дампиров, – начал он и тут же запнулся. – И увидел методы, которые у нас в школе считают «слишком жестокими». На деле же всё иначе. Когда цель выжить, в ход идёт всё, на что ты способен. В такие моменты уже не думаешь ни о чести, ни о гуманности.

Я кивнула.

– Здесь, в школе, тоже происходили страшные вещи. Ты не поверишь… но я сама убила нескольких вампиров.

– Да ты молодец, – искренне просиял Деймон.

Я вкратце рассказала ему о событиях последних дней, о нападении, о Стефане, о том, через что мне пришлось пройти. И, разумеется, о Николасе. О том, что теперь он стал частью моей тайны.

– Этого не может быть! – вырвалось у Деймона. – Но как он до сих пор не сдал тебя Екатерине?

Я лишь пожала плечами.

– Он помог мне вернуться в школу и заступался за меня перед ней. Екатерина вообще хотела меня арестовать.

Деймон задумался, и его лицо стало серьёзным.

– Это очень плохо, Виола, – наконец произнёс он тихо.

Я уронила лицо в ладони и тяжело вздохнула, затем снова посмотрела на Деймона.

– Я так устала от всего этого… – призналась я. – Сегодня Екатерина вызывала меня к себе, допрашивала. Я буквально кожей чувствовала её ненависть ко мне.

– Не сегодня, так завтра она доложит обо всём Совету, – спокойно, почти отстранённо заключил Деймон. – Вот и готовится. Собирает информацию.

– Да… – тихо согласилась я.

Я помедлила, подбирая слова.

– Кольт обмолвился, что твой наставник сможет помочь мне связаться с ним, если понадобится, – сказала я вполголоса. – Как так вышло, что Мастер Парис вообще имеет с ним дело?

Деймон пожал плечами.

– Он никогда мне этого не объяснял. Хотя я спрашивал, – добавил он после паузы. – Но он не стал вводить меня в курс. Возможно, хотел, чтобы я знал как можно меньше. Ты ведь сама понимаешь, в нашем мире сложно хранить тайны.

– Понимаю… – ответила я, и в этом слове было больше, чем простое согласие.

Мы ещё некоторое время разговаривали, после чего Деймон ушёл к себе. Решили действовать по ситуации, постепенно возвращаться к привычному ритму, сосредоточиться на учёбе и попытаться успокоиться. С его возвращением мне стало немного легче, спокойнее. В школе у меня действительно не было никого настолько близкого, с кем я могла бы говорить откровенно, без опасений. Теперь, в случае реальной угрозы, я уже не буду здесь одна.

Николас, конечно, знал о том, что у меня есть определённые дела с вампиром. Но, несмотря на это, открыто обсуждать с ним подобные вещи я не могла. Я не была уверена в нём до конца, так же, как и он не доверял мне полностью. Если однажды ему придётся выбирать между мной и Екатериной, он без сомнений выберет её. К тому же он знал далеко не все детали.

Прошло ровно две недели со дня моего возвращения в школу. За это время она успела восстановиться и вновь войти в привычный рабочий ритм. Меня больше не вызывали на допросы, и с директрисой Екатериной я тоже не сталкивалась, что, признаться, только радовало. Николас был явно чем-то занят. Мы пересекались крайне редко, почти случайно. Самой искать с ним контакта я не видела смысла, да и он не появлялся. Скорее всего, за ним следили, и любой его шаг в мою сторону не остался бы незамеченным. Пожалуй, так было безопаснее, и для меня, и, возможно, для него.

Екатерина доложила Совету о произошедшем. И вскоре после этого в школу прибыли новые охотники-дампиры, стражи Совета. Теперь территория охранялась по всему периметру, без слепых зон, без послаблений. Выглядели они пугающе. Это были не те охотники, к которым мы привыкли. Безэмоциональные, высокие, физически мощные мужчины, словно вышедшие не из этого мира, а из самой преисподней. В их движениях не было суеты, только холодная, выверенная точность. Они не разговаривали без необходимости, не смотрели по сторонам, не реагировали на учеников. Их присутствие ощущалось кожей. Деймон сказал, что, скорее всего, они здесь лишь временно, это были не обычные охотники. Такие, как правило, охраняют сам Совет. На них была особая форма, плотная, чёрная, словно вторая кожа. Материал гасил свет, не отражал его, будто поглощал. Высокие воротники и маски закрывали нижнюю часть лица, оставляя открытыми лишь глаза, холодные, пустые, лишённые человеческого выражения. На груди каждого был символ ордена Совета, строгий, лишённый любых украшений, но от этого только более пугающий. В центре находился меч, направленный остриём вниз, словно он был предназначен не для боя, а для исполнения приговора. В рукояти был закреплён красный камень, тёмный, матовый, больше похожий на сгусток застывшей крови, чем на украшение. Он не сверкал и не притягивал взгляд, он давил, как тяжёлое воспоминание. Клинок пересекал разомкнутый круг, символизирующий границы и контроль. Этот круг не защищал, он ограничивал, подчёркивая, что всё, выходящее за установленные рамки, будет отсечено без колебаний. По обе стороны меча тянулись тонкие, почти незаметные линии, похожие на старые шрамы или следы когтей. Они напоминали о природе дампиров, существ, стоящих между мирами и потому обязанных быть беспощадными. Этот символ не выглядел как знак принадлежности. Он выглядел как предупреждение.

Вооружены они были такими же клинками, как у Кольта. Длинные, с красным гранатом в рукояти, тускло поблёскивающим даже в полумраке. Но это было далеко не всё. На поясе виднелись дополнительные клинки. Короткие кинжалы были спрятаны в подошвах обуви, в специальных креплениях на предплечьях, скрытые под формой. Казалось, оружие было продолжением их тел.

Когда я проходила мимо кого-то из них, меня невольно пробирала дрожь. При них становилось страшно даже дышать, словно любой лишний вдох мог быть расценён как угроза. От этих охотников исходило ощущение абсолютной силы и безжалостности. Они не пугали намеренно. Они просто были такими.

Деймон стал проводить с нами почти всё свободное время, со мной и с Камиллой. Если раньше он избегал нашей девичьей компании, предпочитая общаться только со мной, то теперь всё было наоборот. Даже когда я оставалась с Камиллой и Селеной, он без колебаний присаживался рядом, легко и естественно вливаясь в наше общество. Подруги приняли его дружелюбно, без настороженности.

И мне показалось, что Камилла начала проявлять к нему симпатию. Это было заметно в мелочах: во взгляде, который задерживался на нём чуть дольше, чем следовало, в неожиданной сдержанности и лёгкой застенчивости в его присутствии. Стоило Деймону появиться в поле зрения, как она начинала приглаживать волосы, поправлять одежду, словно неосознанно стремясь выглядеть лучше. Впрочем, это было неудивительно. Деймон и правда выглядел привлекательно. Опасная поездка, как ни странно, пошла ему на пользу, сделала более жёстким, собранным, добавила в его образ брутальности.