Надежда Савина – Взгляд из-за прицела. Ира в сердце войны (страница 8)

Глава 5. Ира

Ехали мы долго, все же от Москвы до Новороссийска путь не близкий. В пути все было уже по-фронтовому: спали на наспех сколоченных не нами нарах. О матрасах, даже набитых соломой, которые были у нас на курсах, и речи не шло – спали на голых деревяшках, положив одну половину под себя, укрывшись второй полой. Питались тоже скудно: варили по очереди на чугунной печке-буржуйке нечто среднее между супом и кашей, сосали сухари  несладким чаем и кипятком. Вздыхая, вспоминали, еду, которую нам давали в школе – кормили нас тогда по-настоящему хорошо: трехразовое питание, обязательно с мясом.

Не обошлось и без приключений: пару раз налетали бомбардировщики, но не причинили сильного вреда. Хуже было, когда налетел вражеский истребитель. Один вагон, прошитый его очередью, загорелся. Погибло несколько молодых ребят и два зенитчика. Девчонки рыдали, и я их понимала – ужасно погибнуть в таком молодом возрасте, даже не доехав до фронта.

Наконец-то прибыли в Сочи. Это был не просто город на военном положении. Он одновременно служил и своеобразным госпиталем, и запасным полком. Дальше нас снова ждало перераспределение. Некоторые из девушек предпочли остаться в госпитале, одну девушку там оставить пришлось – ранили ее во время налета на поезд, рана так и не зажила, воспалилась. Пришлось ей остаться. Весь второй взвод отправлялся в Севастополь. Мы по-доброму им завидовали – судя по новостям под Севастополем сейчас воевала Людмила Павличенко – самая лучшая из снайперов на текущий момент.

Наконец-то за нами приехали полуторки, покрытые брезентом. Погрузились, поехали к Новороссийску. Дорога была плохая: вся в выбоинах, рытвинах и ямах, – хотя активные боевые действия и не велись, но город и территории регулярно обстреливались немцами. Стреляли и наши. Я держала винтовку навесу и больше всего боялась за чувствительный к ударам снайперский прицел.

Спустя несколько часов дороги, наконец-то, прибыли к нашему новому месту службы. Время было уже позднее, начался ужин, поэтому с нами особо не церемонились. Распределили по ротам и взводам, и велели отправляться к месту приема пищи – солдатская столовая находилась прямо на улице. Жили же мы не в самом Новороссийске, а недалеко от него, в районе поселка Абинский, где проходил один из важнейших железнодорожных узлов. Нас поселили подальше от передовой, в двухэтажном доме. Зато, к моей большой радости, мы жили недалеко от госпиталя, что давало шанс видеться с Тимуром, по которому я искренне соскучилась.

Кроме меня в третий взвод пятой роты попала Галя. Правда, тут была чисто наша заслуга – мы подсуетились на распределении, и еще несколько девушек, с которыми мы приехали: сестры Тихоновы, которые выглядели почти как две капли воды, несмотря на то, что Лена была старше Алисы на два года, и Женя Соколова, настоящая красавица, однако с довольно несносным характером. Именно такой компанией мы и пришли на ужин.

Но едва успели усесться, как немцы начали минометный обстрел. Девчонки перепугались. Я, если честно, тоже. Со времен Харькова уже и позабыла, какого это. Побросав приборы, еду, побежали прятаться. К счастью, обстрел продлился недолго, однако каша с мясом, которую нам дали на ужин, успела остыть. Сели доедать остывшую еду, проклиная немцев.

Посмеиваясь, к нам подошли два молодых солдата, судя по виду, на пару лет старше нас. Оба рядовые. Увидев наши петлицы: я была старшиной, а Галя младшим сержантом, они козырнули, и сели рядом Женей.

– Привет новоприбывшим, – улыбнулся один из них. – Я рядовой Шенаев. Никита. А это, – он указал на товарища. – Димиденко Женя. Приятно с вами познакомиться. Из медицинской роты, – в голосе вопроса не звучало, парень был уверен в своей правоте.

– Нет, – спокойно ответила я, спокойно глядя на парня. – Мы – снайперы.

Женя от неожиданности поперхнулся компотом, но сказать ничего не успел. К нашему столу подошли еще два парня. Оба довольно высокие, под метр восемьдесят ростом. Один старшина, второй младший лейтенант. Старшина был более широкоплечим, с квадратным лицом, при этом обладающим красивыми, мягкими чертами. Из-под пилотки выбивалась прядь вьющихся волос. Глаза темно-синие.

– А он ничего, – прошептала Галя, сидевшая справа от меня.

Лейтенант тоже был широкоплечим, однако чуть выше и худее, чем старшина. Лицо овальное, черты тоже мягкие, а глаза синие, однако более светлыми, чем у старшины. Очень красивый. Я невольно сглотнула, разом позабыв обо всех правилах приличия.

– Где так задержались? – спросил Никита, обращаясь к лейтенанту.

– У командира, мы же только что с нейтральной вернулись, – спокойно пояснил младший лейтенант. – На их сторону пока не пускают, довольствуемся тем, что есть, – потом он перевел взгляд на нас. – Насколько я вижу, салют сегодня был в честь наших новеньких. Снайперы, если не ошибаюсь.

– И как ты все знаешь? – в голосе Никиты прозвучало отчетливое раздражение.

– По долгу службы, – с обаятельной улыбкой ответил лейтенант с легкой улыбкой на губах. – Тебе бы тоже научиться подмечать незаметное не помешает. Мозги есть, вот только не стараешься.

– Да я… да что ты…, – начал было Шенаев, но лейтенант его перебил коротким “Отставить!”, а потом обратился к нам:

– Мы с товарищем не успели представиться, когда сюда пришли. Я командир роты взвода разведчиков младший лейтенант Максим Леднев, а этом мой помкомвзвода старшина Игорь Зубов. Приятно с вами познакомиться.

– Взаимно, – коротко кивнула я. – Старшина Ковальчук Ирина, снайпер.

Остальные девушки представились без моей команды. Остаток ужина прошел в тишине, правда я то и дело ловила себя на том, что нет-нет, да и посматриваю на Максима. Галя бросала такие же взгляды на Игоря.

После ужина, назначив одну из девушек дежурной, я решила пойти в госпиталь. В штабе нашего полка сейчас было совещание, но младший комсостав на нем не присутствовал, поэтому у меня появилось несколько часов свободного времени. Галя решила пойти со мной.

– Ира, привет, рад тебя видеть, – Тимур занимал комнату на первом этаже. Как и в Воронеже, под госпиталь отдали местную среднюю школу, и то место, которое занимал Тимур раньше было комнатой сторожа.

– Привет, – я с большим удовольствием пожала руку парня. Все же я искренне по нему скучала. – Как видишь, я не одна.

– Да, я очевидную вещь заметил, – в голосе прозвучали знакомые нотки. – Приятно познакомиться, я Тимур Измайлов.

– Галя Чернова, – девушка пожала фельдшеру руку, потом, сняв пилотку, взъерошила свои уже успевшие немного отрасти волосы. Чуть прищурила глаза, глядя на парня.

– Чаю не предлагаю, но вот кипяток с сахаром имеется, – парень отошел к столу за кружками.

– Не откажемся, да, Ира? – Галя рассмеялась чуть хрипловатым смехом и села на краешек кровати, склонив голову набок и внимательно наблюдая за Тимуром. Я, почувствовав, что краснею, сама не понимая от чего, села рядом с ней.

Полтора часа пролетели незаметно, однако странно. Галя и Тимур практически не замолкали. Но если к тому, что парень любил поговорить я привыкла, и с удовольствием слушала его рассуждения на тему философии, точных наук, просто его взгляд на разные события, то вот поведение моей подруги казалось мне странным. Будто бы было в нем что-то неправильное… Непривычное… Слегка пугающее.

– Галя, – не выдержала я, когда мы уже были в доме, в который закрепили за нами. Устроившись на соседних кроватях, мы решили еще немного пошептаться, да и остальные девушки не торопились спать, хотя команда отбой уже и была, делились впечатлениями.  – Что это было?

– А что было? – изобразила удивление девушка. – Не понимаю о чем ты.

– Понимаешь, – раздраженно воскликнула я. – Сначала в столовой, потом в госпитале! Тебе же похоронка на мужа полторы недели назад как пришла.

– Вот именно, мне пришла похоронка. Мужа больше нет. Детей и мать убили фашисты, отец давно умер. Я – свободный человек и могу делать то, что захочу. Вот и делаю.

– Но… но…, – не сразу я подобрала слова. – Но не с двоими же сразу! Ты весь ужин не сводила глаз с Игоря. Да, я это заметила, а потом… потом… в госпитале, – я опять почувствовала, как краснею.

– Ира, ты хоть и старшина, но еще маленькая девочка, а я уже взрослая двадцатисемилетняя тетка, – тихо рассмеялась Галя. – И многое на свете повидала. Вот скажи, какие примеры любви ты видела?

– Мой отец, – сглотнула. – Мой отец всю жизнь любил только маму.

– Да, так бывает, – склонила голову Галя. – Но это один случай. У меня же мнение другое. Пока я свободна – я могу делать то, что захочу. И буду делать то, что захочу. А уж если снова выйду замуж, то тут останется только муж.

– Так говоришь, будто уже определилась, – недовольно прошипела я в ответ. Щеки пылали. От стыда. То, что сейчас говорила Галя казалось самой настоящей дикостью, варварством, развратом. Такое должно было твориться в борделях, которые существовали раньше, но… но не у меня под носом!

– Ну… еще не до конца, все же на это нужно время, но… Тимур подходит для души. Хотя… с Игорем, я еще не общалась. Возможно, что Тимур будет как раз для тела. Восточные парни… они… горячие… Кстати, откуда он родом?

– Из Казани, – прошептала я, стараясь не выдать своих чувств. Теперь пылали не только щеки, но и уши. Да и вообще все тело. Как же мне было стыдно! – Все, кончаем разговоры, – и добавила чуть громче. – Всем спать, отбой давно уже был.