18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Надежда Порошина – ЦЕНА СВОБОДЫ. СЕЗОН 2. Толстиков. Часть 4. Папка доказательств. Том 12. Пока мама в больнице (страница 6)

18

— Не болит.

Первая ложь оказалась маленькой и доброй.

И от этого не перестала быть ложью.

Дома Павел сидел за компьютером.

Услышав, как открылась дверь, вышел в коридор.

Он всегда выходил.

Не бежал навстречу, как Юля.

Просто проверял, кто пришёл.

— Долго, — сказал он.

— В саду задержались.

— Я тебе писал.

Лина достала телефон.

На экране было сообщение:

Ты где?

Отправлено двенадцать минут назад.

— Не услышала.

— У тебя звук включён.

— Телефон был в сумке.

Павел посмотрел на белую папку.

— Что это?

Лина сняла куртку.

— Документы.

— Я вижу.

— Из больницы.

Он сразу перестал изображать безразличие.

— Ты болеешь?

— Пока не знаю.

— Как можно не знать?

— Прохожу обследование.

— Из-за чего?

Юля потянула Лину за руку:

— Есть хочу.

— Сейчас разогрею.

Павел не отступил.

— Что обследуют?

— Паш, давай сначала поедим.

— Значит, что-то серьёзное.

— Это ничего не значит.

— Ты всегда так говоришь.

Лина остановилась.

— Как?

— «Сначала поедим». «Потом обсудим». «Пока ничего не известно». А потом оказывается, что ты уже давно всё знала.

В его голосе не было обвинения.

Только усталость ребёнка, которому взрослые слишком часто сообщали важное после того, как решение уже принималось без него.

— Я действительно пока ничего не знаю, — сказала Лина.

— Но к врачу ходила.

— Да.

— И папка из больницы.

— Да.

— Значит, что-то есть.

Лина посмотрела на сына.

Можно было убрать документы.

Перевести разговор.

Сказать, что взрослые иногда проходят обычные обследования.

Но Павел уже видел её страх.

И если она станет отрицать очевидное, научит его сомневаться в собственном восприятии.

Так делал Алексей.

— Врач обнаружила образование, — сказала Лина. — Нужно выяснить, что это.

Павел побледнел.

— Рак?

— Нет. Мы этого не знаем.

— А может быть?

— Врач сказала, что гадать нельзя. Нужны дополнительные обследования.

— Ты умрёшь?

Юля перестала тянуть её к кухне.