Надежда Порошина – ЦЕНА СВОБОДЫ. СЕЗОН 1. Цена любви. ТОМ 3. Жизнь после лжи (страница 2)
В семь утра позвонила Мария.
— Вы как?
— Павел проснулся. Сейчас будем завтракать.
— Андрей нашёлся?
— Да. Полиция обнаружила его в игровом клубе.
— Господи…
— Он пытался поставить оставшиеся служебные деньги.
Мария долго молчала.
— Я приеду.
— Не нужно. Мы справимся.
— Я не потому, что вы не справитесь. Просто хочу быть рядом.
Лина посмотрела на сына, появившегося в дверях кухни.
Он волочил за собой одеяло.
— Приезжай, — сказала она.
На завтрак Павел попросил овсяную кашу, но, когда Лина поставила перед ним тарелку, отодвинул её.
— Я хотел с бананом.
— Бананы закончились. Есть яблоко.
Он нахмурился.
— Не хочу яблоко.
— Тогда можешь съесть кашу без фруктов.
Павел посмотрел на мать, потом на тарелку. Поднял ложку и вдруг бросил её на пол.
Металл ударился о плитку.
Мальчик замер.
Лина тоже.
Несколько секунд они смотрели друг на друга.
Павел побледнел.
— Я нечаянно.
Лина видела, что он сделал это намеренно. Видела злость в его движении.
Но сильнее злости был страх, пришедший сразу после неё.
— Ты рассердился из-за банана?
— Нет.
— Сердиться можно.
Павел соскользнул со стула и попятился к стене.
— Я больше не буду.
— Подними ложку, пожалуйста.
— Я хороший.
— Я знаю.
— Не выгоняй меня!
Он забрался под стол и закрыл голову руками.
У Лины внутри всё оборвалось.
— Паша, я тебя не выгоню.
— Я нечаянно! Я всё съем!
Он схватил ложку, вернулся на стул и начал быстро глотать кашу. Не жевал, давился, размазывал её по подбородку.
Лина забрала тарелку.
Павел заплакал.
— Я буду есть! Мамочка, верни!
Она опустилась перед ним на колени.
— Тебе не нужно есть, чтобы я тебя не выгнала.
— Но я ложку бросил.
— Поэтому поднимешь её и положишь в раковину.
— И всё?
— И всё.
— А папу ты выгнала.
Лина вытерла ему лицо салфеткой.
— Папа взрослый. Он сделал много такого, из-за чего нам стало страшно.
— А если я ещё брошу?
— Поднимешь ещё раз.
Павел перестал плакать.
— А меня за дверь не поставишь?
— Нет. Никогда.
— Обещаешь?
Лина замерла.
Ещё недавно она легко произнесла бы это слово. Но теперь не хотела учить сына верить обещаниям только потому, что они звучат красиво.
— Я твоя мама, — сказала она. — Даже когда ты сердишься. Даже когда ошибаешься.
— А дверь закроешь?