18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Надежда Порошина – НОВЫЙ МИР. Сезон 1. Часть 3. Последний эксперимент. Том 3 (страница 3)

18

Не:

«я прожил модель».

Не:

«система показала вероятностный сценарий».

Будущее.

— Это проблема языка, — сказала Лира.

— Это проблема человека, — ответил Маркус.

Через полгода на одном из человеческих миров суд впервые рассмотрел дело:

может ли пережитая модель будущего считаться основанием для отказа от договора?

Женщина собиралась вступить в совместный долгосрочный проект.

Прошла добровольную симуляцию.

В одной из траекторий партнёр обманул её.

В реальности он ничего не сделал.

Но она отказалась.

Он подал иск:

его реальные действия оцениваются по поступкам модели человека, которым он никогда не был.

Александр:

— И суд?

— Отказ признали законным. У неё есть право выйти из договора.

— Правильно.

— Но суд отдельно указал, что модель не является доказательством вины партнёра.

Лира:

— Тоже правильно.

Маркус:

— Пока легко.

Через неделю другой случай.

Работодатель отказал кандидату.

Почему?

Система показала высокую вероятность будущего конфликта.

Суд признал решение дискриминационным.

Ещё случай.

Родители провели модель развития будущего ребёнка с несколькими вариантами генетической коррекции.

Выбрали тот, где меньше риск тяжёлых заболеваний.

Нормально.

Потом —

тот, где выше академическая успешность.

Спор.

Потом —

тот, где ниже вероятность агрессивного поведения.

Большой спор.

Сайр.

Снова.

Александр:

— Они выбирают вероятности личности.

Лира:

— Да.

— Добровольно для себя?

— Нет. Для ребёнка.

Маркус:

— Но родители всегда выбирают условия.

— Не настолько точно.

Технология не создавала генетику сама.

Она просто показывала возможные последствия.

Но чем точнее становились модели,

тем труднее родителям было сказать:

«мы всё равно оставим риск».

На одном мире клиника опубликовала статистику:

родители, использовавшие третье будущее перед выбором коррекции эмбриона, в четыре раза реже оставляли варианты с повышенным риском тяжёлых психических расстройств.

Все согласились:

хорошо.

Потом выяснилось:

они также реже оставляли варианты с высокой импульсивностью.

С выраженной эмоциональной нестабильностью.

С некоторыми типами нейроразнообразия.

Лира закрыла отчёт.