Надежда Олешкевич – Пышка-горничная по обмену (страница 9)
- Ксения, - говорит он ледяным тоном, - меня ни для кого нет.
- Меня зовут Карина, Александр Сергеевич, - лепечет она.
- Мне все равно. Соединяй только с мамой. Хотя нет... Даже если будет пожар - меня нет. Ни для кого нет.
Она открывает рот, чтобы что-то сказать, но Александр уже берет меня за руку и тянет внутрь.
Дверь закрывается.
И в ту же секунду он прижимает меня к стене.
- Ты... - шепчет, впиваясь губами в мою шею. - Это... незаконно...
- Что именно? - выдыхаю я, потому что его руки уже блуждают по талии, задирают фартук, скользят под платье.
- Выглядеть настолько сексуально, - он кусает мочку уха. - Я же теперь не смогу работать. Только и буду думать...
- О чем? - мой голос предательски дрожит.
- О том, как снять с тебя этот наряд. Медленно. Смакуя.
- Александр Сергеевич! - дверь распахивается, и на пороге застывает Карина. Все с тем же подносом в руках. С круглыми глазами. С открытым ртом.
Она смотрит на нас. На его руки под моей юбкой. На мой сбившийся чепчик. На его помятую рубашку.
- Я... я... Так вы Лену заказали? Она из этих? - лепечет. - И там...
- Вон! - рявкает Александр, и я вздрагиваю. - Вообще никакой субординации нет! Я сказал - никого не впускать! Это касается и тебя! Уволю ко всем чертям!
Карина взвизгивает и исчезает за дверью быстрее, чем я успеваю моргнуть.
Александр выдыхает. Проводит рукой по волосам.
- Прости, - бормочет. - Она некомпетентный сотрудник. Вечно опаздывает, совершает ошибки. Но не будем о дурах.
Он снова тянется ко мне, но я упираюсь ладонью в его грудь.
- Зачем же сразу увольнять? - мягко говорю я.
- Потому что она слишком многое себе позволяет, тем более по отношению к тебе, - его глаза темнеют. - Я услышал все, что она сказала.
- Я справлюсь, - улыбаюсь ему. - Сама.
- Ты получила мой подарок? - переводит мой мужчина тему разговора.
- Именно из-за него и пришла, - я закатываю глаза. - Ты серьезно? Целая коробка? Я хотела только попробовать делать аромасвечи, а ты заказал полный комплект всего, назначения чего я даже близко не понимаю! Подогреватель какой-то, термометр, воск разных названий и предназначений, ароматы в таком количестве...
- Тебе нравится? - он обнимает меня, и его руки снова начинают путешествие под юбкой. Целует шею, ключицы, спускается ниже.
- Ты даже не представляешь, насколько, - выдыхаю я.
- Это хорошо, - мурлычет. - Это очень хорошо.
- Но у меня для тебя тоже подарок есть, - говорю я, и в этот момент сердце начинает биться быстрее.
Александр отрывается от меня. Поднимает голову. Смотрит в глаза.
- М-м-м?
- Я хочу съездить с тобой в одну клинику, - прикусываю губу. - И сделать УЗИ.
Он замирает.
- УЗИ, - переспрашивает медленно. Прищуривается. - Плохое или хорошее?
- Скорее хорошее?
- Нет, - его лицо расплывается в широкой, невероятно счастливой улыбке.
- Да, - киваю я. - Две полоски. На пяти тестах.
Мой мужчина подхватывает меня под ягодицы - так резко, что я вскрикиваю - и начинает кружить по кабинету. Чепчик летит в сторону, мои туфли чудом не сбивают вазу.
- Лена! - он смеется, и этот смех - самый красивый звук, который я слышала. - Лена, ты...
- Поставь! У меня голова кружится!
- Я тебя никогда не поставлю!
- Александр!
Дверь снова распахивается.
На пороге застывает Петр с папкой в руках.
- Босс, я там случайно... - лепечет он.
Александр медленно поворачивает голову.
Петр сглатывает.
- Понял, - выпаливает он. - Сам решу. И больше не отвлекаю.
Исчезает быстрее, чем Карина.
Александр ставит меня на пол. Проводит рукой по лицу.
- Точно уволю секретаря, - рычит. - Она не справляется. Не может остановить Петра.
- Даже ты его порой остановить не может! Слушай, пусть она еще немного поработает? - я поправляю чепчик и широко улыбаюсь. - Пусть ее зависть живьем сожрет. Очень хочу на это посмотреть.
Александр смотрит на меня. Долго. Внимательно. В его глазах что-то такое, от чего у меня перехватывает дыхание.
- Ты же моя... - шепчет. - Люблю тебя, знаешь?
- Знаю, - я тянусь к нему и целую в губы. Легко, невесомо.
- Как хорошо, что я не улетел тогда, - говорит он, прижимая меня к себе.
- Еще бы, - усмехаюсь я. - Кто бы тебе галстуки завязывал?
- И штаны сушил.
- И пуговицы пришивал.
- И сына родил, - он кладет ладонь на мой живот.
- А вдруг дочка?
- Еще лучше, - Александр улыбается. - Будет такая же сообразительная и невероятная, как мама.
Я смеюсь. Утыкаюсь носом в его пиджак. Пахнет домом, безопасностью, любовью.
- Саш, - шепчу я. - А ты не передумал? Насчет... ну, всего этого? Свадьбы, детей, совместной жизни?
- Лена, - он берет мое лицо в ладони. - Я не передумал. Я только начал. Мы только начали.
- Ты уверен?