Надежда Олешкевич – Проклятый отбор, или Ведьме закон не писан! (страница 10)

Поспешила ко второму пострадавшему. Была благодарна Али и присоединившейся к нам Розалии. В шесть рук мы достаточно быстро справились. И пусть они просто выполняли мои указания, но без их участия я провозилась бы намного дольше.

Когда количество раненых свелось к нулю, мы отправились к примеченному неподалеку озеру. Шли в молчании, нас сопровождали двое магов.

Руки зудели от грязи, хотелось поскорее умыться, но было бы непозволительной роскошью сорваться ради этого на бег. Нужно играть даниру!

До берега осталась всего пара шагов, как вдруг… я услышала.

Вода пела. Она журчала, звенела, переливалась. Будто приветствовала меня, ведьму, почувствовав мое приближение.

– Данира Шан, с вами все в порядке? – коснулась моего локтя Розалия.

– Да, – не сразу ответила я, потому что давно не слышала настолько яркой песни природы.

В чем причина? Это место особенное или что-то случилось со мной? Были явные изменения, притом в лучшую сторону. Источник по-прежнему не ощущался, там пустота и холод, но окружающий меня мир словно ожил, заиграл новыми, более яркими красками. Как же давно я не смотрела на него своими глазами, все будто через мутное стекло.

В поле зрения попал Тариан, который двигался чуть поодаль от нас и на ходу раздевался. Девушки даже не заметили мага, потому что уже смывали с себя прилипшую грязь, а я продолжала стоять, пораженно глядя на чистейшую воду и попутно наблюдая за мужчиной.

Вот в сторону полетела рубашка, потом он снял сапоги, взялся за шнуровку на штанах, ни на что не отвлекаясь.

Широкие плечи, натренированные руки, перекатывающиеся под загорелой кожей мышцы. Шрамы на спине.

Имперец попросту не видел нас. Оставшись в подштанниках, тем самым продемонстрировав крепкие ноги, сразу направился к воде и вскоре нырнул, надолго скрывшись в глубинах озера.

– Данира Шан, – подошла ко мне Розалия, – вы умываться будете?

Я посмотрела на свои руки, которые все были в крови, мази и грязи. Представила, как сейчас выглядела, ведь на мне уже не было достаточной части верхней юбки. Оборванка, а не данира! А ведь мой гардероб разметал ветер, никто не станет его собирать.

Кивнула девушке. Отправилась к воде, присела у самой кромки и принялась отмывать кожу. Услышала всплеск и подняла голову.

Тариан смотрел на меня. Отплывал назад, на глубину, гипнотизировал взглядом, будто звал к себе. А ведь я с удовольствием присоединилась бы. Лишиться платья, всех этих оков, оказаться без лишнего тряпья и окунуться, позволить воде смыть с меня груз этого утра, подпитать, взбодрить.

Но я ведь данира. А им запрещено подобное поведение, раскрепощенность свойственна ведьмам.

Мужчина усмехнулся, словно прочитав мои мысли. Нырнул. И меня отпустило. Удалось сосредоточиться на легком омовении, быстро привести себя в порядок и вернуться к ожидающим меня неподалеку девушкам.

Как выяснилось, осталась целой только одна карета.

– Ужас, – произнесла Розалия, окинув взглядом дорогу со сваленными на нее деревьями, обломками наших экипажей, черноземом, кустами и пестреющими среди них моими платьями. – Скажу по секрету, все началось с нас.

Я удивленно выгнула брови.

– Алеину, по ее словам, атаковали клопы. Но откуда им взяться в катере? Тем более меня и ее камеристку не тронули. Ну я и применила очищающее заклинание, а потом что-то произошло. Магия словно отделилась от основного потока и устремилась в лес.

– Госпожа, вы ни в чем не виноваты, – по-своему восприняла сказанное Али.

Я хотела бы расспросить подробности, посоветовать ей впредь воздержаться от колдовства, потому что с моим ростком явно что-то не так, иначе не появлялась бы сырая магия. Вот только мне нельзя выдавать себя. Ни словом, ни действием. Даже сейчас, когда мы с этими девушками немного сблизились. В моем положении никому нельзя доверять!

– Расскажете дану Форстану? – единственное, что я позволила себе.

– Нет. Он будет очень зол, а императорского генерала лучше не гневить.

– Генерала? – удивилась я и обернулась, почувствовав что-то или, как выяснилось, кого-то.

Тариан возвращался. С мокрых волос капала воды, оставляя темные пятна на плечах. Он выглядел бодрым, восстановившимся после впечатляющей демонстрации своего владения магией. Двигался целенаправленно к нам.

Каждый шаг будто отмерял мои последние мгновения свободы. Восемь, семь, шесть… Я все прочнее прирастала к земле, чувствовала себя бесправной, безвольной. Не могла стряхнуть с себя это неприятное ощущение, будто мои руки заключали в кандалы, такие тяжелые, массивные.

– Данира Шан, вы едете со мной, – сразу заявил имперец. – Розалия, выбери себе свободного коня, свою камеристку посади к кому-нибудь из мужчин.

– Можно я сама поеду с ней?

– Твое право.

– Простите, – с трудом вспомнила я, что нельзя отвечать грубо, – можно мне тоже… с кем-нибудь из мужчин?

О, как полыхнул холодом его взгляд. Хотя мне показалось, потому как в следующий миг он отвернулся, чтобы осмотреть присутствующих, коней, единственно уцелевший экипаж и уже шагающую к нам с новыми возмущениями Алеину, и выдал категоричное:

– Нет!

– Почему? – не собиралась я отступать.

– Дан Форстан, это возмутительно, – уже подоспела к нам императрица клопов. – Почему я не могу ехать в своей карете?!

– Потому как она единственная уцелела, и нам нужно куда-то сложить весь багаж.

– Это не мои проблемы, – махнула на нас Алеина. – Я еду в своей карете! Пусть выгружают это все!

Мужчина демонстративно медленно повернул к ней голову. Помедлил. Жестом подозвал к себе одного из имперцев.

– Выгрузите сундуки даниры Хризенли на дорогу, остальные составьте сзади и на крыше. Желание девушки – закон.

– А куда потом девать ее багаж? – уточнил мужчина.

– Я же сказал, на дороге. Едет в карете или она, или ее сундуки.

Аристократка охнула, раскраснелась от гнева.

– Да что вы себе позволяете? Вы хоть понимаете, кому сейчас перечите? Я пожалуюсь на вас его величеству Хорану Николаусу де Овилье Второму!

– Эта угроза должна меня впечатлить? – даже бровью не повел Тариан. – Осторожнее, данира Хризенли, как бы вместо сундуков на дороге не осталась одна слишком громкая девица. Данира Шан, за мной!

Я послушно последовала за мужчиной, чтобы не испортить произведенный им эффект. Красные пятна на белом лице Алеины были просто восхитительны, смотреть бы на них и смотреть.

Он раздал несколько указаний. Имперцы сразу разбрелись исполнять, четко и без пререканий. К нам подъехал на коне Винсент.

– Прекрасная данира, не хотите ли отправиться в дальнейший путь со мной?

Я воспрянула духом, шагнула к дану Овейли, уже протянувшему мне руку, но Тариан подхватил меня за талию и сам усадил на своего коня. Вот так, не удосужившись спросить моего мнения. У-у-у, наглый маг! Мало тебе Ром на сапоги гадил!

Словно услышав мои мысли, еж зашевелился в походной сумке, висевшей на моем плече. Вряд ли потому, что ему было неудобно, – там припасена еда. Вон и хруст послышался.

Какое-то мгновение, и за моей спиной разместился Тариан.

– Если перекинешь ногу, будет удобнее.

– Я в юбке, – процедила, не оборачиваясь.

– Никто не посмотрит на твои ноги, не бойся.

– Потому что у мыши не на что смотреть? – язвительно поинтересовалась я.

– Нет, мы будем ехать спереди, – сказал он и наклонился, а потом взялся за и без того разорванный подол. Послышался ужасный треск, моя нога до бедра оголилась, правда, в следующий миг ее накрыл зеленый плащ. – Перекидывай.

Неужели подумал, что я буду его слушаться? Не-е-ет!

Глава 5

Было неудобно. Во-первых, Тариан специально придвинулся вперед так, чтобы я каждым движением его задевала. Во-вторых, ехали быстро и все больше увеличивали расстояние от остальных, что добавляло тревожных мыслей. А вдруг признал во мне ведьму, решил избавиться от меня и потом сказать остальным, будто бы случился очередной несчастный случай? В-третьих, я не могла найти, за что лучше держаться, хотя точно знала, что не упаду.

Но ведь решила делать по-своему, не слушать мужчину. Нужно ему показать, что не все в жизни происходит так, как ему хочется.

Вот и мучилась.

– Нашла время, когда показывать характер, – произнес маг, остановив коня перед развилкой дороги.

– Нам туда, – указала влево, проигнорировав его слова.

Он хмыкнул, но с места не сдвинулся. Конечно, кто станет слушать ве… глупую даниру?