Надежда Марва – Сквозь девять миров Иггдрасиля. Книга четвертая (страница 4)
– У нас много будет времени для разговоров. Сейчас хочу отдохнуть. – Я улыбнулся. – В некоторых моментах мой фамильяр меня изматывает.
Алиса сопела, удобно свернувшись клубочком в кресле. Приняв душ, я нырнул в мягкую постель и мгновенно заснул. Мне снился странный сон, я видел Локи и Тора. На берегу моря, которое било волнами о берег, стоял Локи, наблюдая за большой лодкой, которая мелькала в пучинах обозлённых вод. Приглядевшись, я разглядел в лодке великана Тора, он храбро стоял, вытянувшись во весь свой немалый рост, держа в руках легендарный топор. Лодка то исчезала, то появлялась вновь. Вдруг море вздыбилось, окрашиваясь белой пеной, а из воды появился громадный змей. Он открыл зубастую пасть, в которой могли поместится двадцать таких лодок, но замер. Голос Локи прозвучал в моей голове так отчётливо, словно он стоял рядом:
– Ты разобрался кто мой сын? Зло или гармония мира? – засмеялся хитрый Бог. – Да, да! Ёрмунганд, Великий змей – мой сын
Я проснулся, голос Локи всё ещё звучал у меня в голове. Что это было, сон или очередной путь? Встряхнувшись, огляделся. Алисы в комнате не было. Скорее всего она уже уничтожает съестные запасы хозяйки. Я поспешил на первый этаж, стараясь забыть волнующее меня сновидение.
– Джеро, ты проснулся. А твоя девочка ушла навестить лошадь. Садись позавтракай, пока балаболка Марта не вернулась.
Я вопросительно посмотрел на Этель.
– Это моя соседка, обычная женщина, живёт с мужем. Иногда приносит гостинцы садовым гномам. А я не против, пусть трудяги полакомятся пирожками.
Быстро позавтракав, я спустился в сад, направляясь по дорожке к месту обитания Данилы и его воинов. Как я и думал, Марта стояла около гнома с корзинкой, наполненной пирожками.
– Вот ты какой, гость незваный. – обратилась ко мне женщина. – Я тут пирожков с яблоками гномам напекла, отведай и ты тоже. – Она протянула мне румяную выпечку.
Я не боялся отправления или
– Яблоки с корицей? Очень вкусно.
– Яблоко яблоку рознь. Вот эти, – Марта указала на более круглые пирожки. – Антоновка с мёдом, есть Белый налив с травами, Зимнее с душицей. У всех разный вкус.
Данила, жуя пирожок, активно кивал:
– Марта лучшая мастерица по яблочным пирожкам.
Женщина прищурилась:
– А где дракона твоя? Мне Данила всё рассказал, что это твоя животина.
– Это не животина, а где она понятия не имею. Может в деревню отправилась, она от природы любопытная.
Марта охнула, всучила корзинку гному:
– Побегу я, Кузьма мой в доме один. Не случилось бы чего. – И в припрыжку понеслась по тропинке.
Кусты зашевелились, являя мне моё пушистое безобразие. Кошка довольно скалилась:
– Беги, тётка, беги, а то твой муж опять в леса подастся. – зыркнув на Данилу, гаркнула: – А ну дай корзину. Проверю я эти яблочные булки. – обнюхивая пирожки, продолжала ворчать. – Вот не нравится мне эта Марта, хотя пирожки у неё вкусные. – Кошка активно поглощала подношение для гномов, и это, (я уверен), после сытного завтрака.
– Джеро, а не сходить ли нам к ведьме местной и колдуну? Соседей надо знать в лицо! Новости всякие поспрашиваем, а то я с Этель говорить не могу, когда она рядом, мой рот постоянно занят.
– Он у тебя и сейчас занят, а идея неплохая, и Альку заодно прогуляем.
Попрощавшись с командой гномов, которые были совсем не против, что их пирожки съели, мы, прихватив довольную лошадь, вышли из яблоневого сада.
Домики местных жителей находились недалеко от плантаций Этель, уже сейчас мы видели забавные флюгера на домах совсем маленького поселения. Подойдя ближе, я сразу обратил внимание, что два дома в посёлке стоят чуть в стороне, ближе к лесу и отличаются от остальных. Туда мы и направились. Первым на пути стоял небольшой домик, который огораживал высокий забор. Облезлая кошка выскочила из-под ворот, а увидев Алису, вылупила глаза, выгнулась дугой и зашипела. Калитка скрипнула, и ведьма, а это была именно она, замахнулась тряпкой на кошку:
– Вот была дура, дурой и осталась!
Мы молча взирали на разыгравшуюся сцену. Кошка выгнулась ещё больше и попятилась задом. Отмахнувшись от неё, женщина повернулась к нам. Цепкий взгляд молодых глаз на лице, которое уже исчертили сетки морщин, густые волосы – соль с перцем, были заплетены в тугую косу, небрежно повязанный платок и такое же балахонистое платье.
– А я хотела сама идти в сад яблок, весточку от своей подружки давно получила, а тебя всё нет. Я, грешным делом, начала думать, что не дошёл.
– Весточку от Фрисы? – обрадованно спросил я. На душе потеплело, а я уже смотрел на ведьму, как на родную.
– От неё родимой. Вот смотрю на тебя и не пойму, чем ты её зацепил. Фриска все шабаши перебаламутила, тебя всё опекает. Пошли в дом, нечего соседей радовать новыми сплетнями.
Ведьма хотела открыть калитку, но оценив габариты лошади, кряхтя распахнула ворота.
Дом был старый, но уютный. Аромат трав и мёда щекотал ноздри. Как и положено в доме ведающей, везде висели пучки трав, комод у стены был заставлен колбами, коробками, камнями. В мисках и пиалах лежал мох, ракушки и прочие ведьмовские нужности. Алиса замерла перед метлой. Действительно, было на что посмотреть: толстое древко исчерчено древними знаками, сама метла перевязана серебряными нитями, а на окончании древка… бантик. Кошка, которая стала очень тихой и вежливой, спросила:
– А бантик почему?
– Так девочка она у меня, капризная к тому же. Алёной я её величаю. Потребовала бант или летать отказывалась. – Ведьма вздохнула. – Вот и прилепила я эту красоту, курам на смех.
– Это – Алиса, я – Джеро. А как к вам обращаться? – подал я голос.
– Да знаю я ваши имена. Меня Павлой зовут, про метлу уже знаете, кошка – Муська. Вот и вся моя семья. Ты в погреб спустить, квас принеси, да может соленьев каких, или грибочков. Посидим, побалякаем.
После того, как я принёс из погреба квас и несколько банок, Павла заварила чай, а теперь с любопытством поглядывала на кошку:
– Ишь ты какая. Дракона то я вчера видела. Сначала удивилась, а потом поняла, Фрискин «внучок» дотопал до Асгарда.
– Павла, а могу я через вас Фрисе весточку передать?
– Можешь, но, когда дойдёт, мне не ведомо. Может завтра, а может через несколько лет.
– Не так важно, когда. Просто… – Я задумался.
– Не ищи слов. Иногда они не нужны, а я всё понимаю. Черкани с душой пару строк, подари мудрой ведьме кусочек тепла. – Павла в молчании отвернулась, копошась с чашками и банками. Когда для чаепития всё было готово, ведьма продолжила: – Надолго ли у Этель поселился? Планы какие?
– Если скажу – не знаю, вряд ли поверите. Но это так. Думаю, что через несколько дней в город, а потом может и до чертогов Богов доберусь.
– Ух ты, далеко замахнулся, но и по-другому тебе нельзя. Но не торопись, поживи тут, силы наберись. А ещё совет дам. – Ведьма подошла к окну и стала смотреть на Альку. – Оставь свою лошадку временно у меня, нечего ей по городам таскаться. У Этель, конечно, просторнее, но и гостей всегда много, а иногда совсем не простых гостей, которые могут заинтересоваться необычной лошадью. А мы с ней найдём общий язык. У меня полвека полюбовник вампир был, так что, знакома с их нравом.
– Откуда вы узнали, что в Альке душа вампирши? Далеко не все Высшие это разглядеть могут. – в удивлении перебил я женщину.
– А что, Высшие? Мы, ведьмы за чинами не гонимся, но ведаем много и зачастую мне эти «Высшие» на один зубок. – скривила рот Павла. – Ей отдых нужен, в то же время без тебя тосковать будет, но я знаю выход. Пейте чай, сейчас я приду.
Павла вышла из дома. Я наблюдал за ней в окно, как она подошла к Альке, нежно гладила по шелковистой гриве, наговаривая какие-то слова, а лошадь понимала, точно понимала. Сначала отпрянула от ведьмы, а потом прислушалась и подошла, опустив голову, тут её Павла стала наглаживать. Сердце защемило. Почему у такого, как я всё ещё болит сердце и ноет душа. Может всё это враньё, и я жив, просто переместился в другую вселенную.
Когда я оторвался от своих дум, ведьмы уже не было во дворе, а Алька спокойно ощипывала кусты с крупными, красными ягодами.
– Не переживай, права Павла. С нами она не ожеребится, погибнет. Ведьма знает о чём говорит. – рассуждала кошка. Я был с ней согласен, но…
Дверь тихо отворилась, это вернулась хозяйка, но была она не одна. Широкоплечий, высокий, моложавый с ясным взглядом мужчина – это то, что я видел перед собой, но в голове пазлы не сходились. Алиска была точно такого же мнения. Спрыгнув с лавочки, кошка обошла мужчину:
– Колдун? Нет. Ведун? Мужик, не молчи! Ты кто?
Ответом была открытая белозубая улыбка и тишина. Алису это взбесило не на шутку, сузив глаза, она продолжала шипеть:
– Когда я не понимаю, я начинаю злиться.
– Колдовство – это искусство, требующее от нас полной преданности и самоотдачи. Я пока не достиг этой мудрости, поэтому называю себя исследователем, и немного артефактором. – продолжая улыбаться, сказал мужчина.
– Я вижу, что амулетами, да оберегами обвешан.
Вдруг Алиса подпрыгнула, и вцепилась гостю зубами в ногу. Колдун ойкнул, отскочил, выставив перед собой защитный амулет. Мы с Павлой стояли с открытыми ртами, когда кошка подскочила к сундуку, взяла там камень, очень похожий на обычный кирпич, и метнула его в мужчину. Все это происходило очень быстро и неожиданно, во всяком случае мы с ведьмой, как зачарованные наблюдали за военными действиями моего фамильяра.