Надежда Мамаева – Попасть в историю. Злодейка в академии (страница 57)

Принц вызвался ее проводить, и, пока эти двое шли к выходу, Змей поинтересовался:

– Что это было?

– Ты про смерть, комбинированное отравление или попытку спасти Одри?

– Спасибо, понял. Остальные вопросы потом, – прошипел сквозь стиснутые зубы Змей. – А сейчас – за мной.

Больше не говоря ни слова, он последовал за принцем. А я – за Риком. Правда, чуть приотстала, чтобы подбежать к одному из открытых окон и под покровом занавески выпустить виверна со словами: «Доложи о попытке отравления принца канцлеру». Химериус кивнул и сорвался с подоконника в полет. А я поспешила на улицу, нагнав Змея у дверей.

Едва мы с Риком оказались на крыльце, как увидели Высочество и Одри, шедших впереди по тенистой аллее, которая уже утопала в густых вечерних сумерках. И в этом мраке нам с Хантом даже не пришлось особо прятаться, чтобы следить за парой. Живой и здоровой парой… В отличие от сотен тысяч умерших сегодня моих нервных клеток.

А влюбленные, и не подозревая о жертвах одной некромантки, решили вдруг отклониться от прямого маршрута и свернули к одной из беседок.

Та была увита плющом и выглядела весьма романтично. Как и пара героев, которые сначала в чем-то пылко объяснялись, а затем потянулись друг к другу…

Это был первый поцелуй Одри и принца…

И я наблюдала за ним почти из партера. Из партерных кустов, если быть точнее…

– Знаешь, первый раз я рад тому, что приходится следить за Ричардом, – услышала я вкрадчивый голос у самого уха. – Потому что сегодня у меня есть такая напарница…

Повернула голову и посмотрела прямо на Рика.

«Напарница…» В устах Змея это прозвучало как-то по-особенному. Так, что там, в вышине моих мыслительных функций, случилась лавина вопросов. Почему канцлер дал мне ознакомиться с досье Змея? Начальник ведь мог обрисовать все парой слов… И как так выходило, что Хант, когда жизни наследника что-то угрожало, всегда оказывался рядом? Есть ли вещи, которые даже Грач не может озвучить напрямую, потому что ему мешает клятва о неразглашении? И не использует ли тогда мой начальник подсказки?

Ведь, кажется, последние я едва не прохимерила… А канцлер же этим демоновым досье намекнул, что я работаю не одна!!! Почти прямым текстом сказал: вот тайный телохранитель наследника! Или, как тут принято называть, тень владыки. А я не смогла сопоставить факты.

– Как догадался? – вырвалось помимо воли.

– Не сразу, – правильно понял мой вопрос Рик и признался: – Сначала решил было, что ты наемница. Потом поверил твоей талантливой игре, что ты просто жертва обстоятельств и заложница репутации своего отца… А окончательно убедился, когда ты упала со скалы без единого звука, как истинная шпионка.

Я глубокомысленно промолчала. Не говорить же, что у меня тогда просто из легких весь воздух выбило…

– Ричард в курсе, что ты его тень? – спросила спустя минуту.

Хант лишь отрицательно помотал головой. Змей, как и я, не мог в открытую сказать, кто он, но этот его короткий жест подтвердил все мои догадки.

Глава 14

Оказалось, что мы оба: и я, и Рик – заложники своих клятв. Я – верности канцлеру во имя тайной канцелярии, Змей же, полагаю, произнес слова зарока главе службы безопасности императора – лорду Труину. Вот только последний и Грач имели меж собой личную неприязнь, которую оба тщательно скрывали, хоть и действовали и тот, и другой в интересах короны весьма эффективно, к слову, и порой даже слаженно…

Так что, похоже, между мной и Змеем баррикадой стояли не только принц, эшафот, мое шпионство, но еще и наше начальство… А еще моя возможная казнь, которая после сегодняшнего вечера стала близка как никогда.

Ведь то, что я была в лаборатории утром, засвидетельствует дюжина адептов. И обязательно найдутся те, кто припомнит пропавшую вытяжку грофии. А вторая часть яда, которой хотели отравить принца, была как раз из нее. И я с дракошеством во время отравления тоже была. Причем рядышком. Ближе не бывает… Даже самый недалекий следователь сложит два и два и получит в ответе уравнения имя Брианы Тэрвин. Дочери государственного преступника. Той, что стала злодейкой по наследству.

Похоже, что я все-таки проиграла эту жизнь… Круг замкнулся. И до предъявления обвинений осталось каких-то два дня, если верить сюжету. Но я хочу прожить их ярко, запомнить, а потом все же попробовать сбежать. От приговора. Жаль, что от пожизненной клятвы служения так просто скрыться не удастся. Вот только случившееся сегодня с Ким натолкнуло меня на мысль… Опасную, но, когда выбора нет, смертельный риск – тоже шанс.

Но это все будет завтра, и…

Я так задумалась, что вспыхнувший во время поцелуя героев на запястье принца браслет стал для меня неожиданностью. Да такой, что я чуть не рванула из кустов спасать дракошество. Но Змей успел схватить меня за юбку со словами:

– Все в порядке. – Он выдохнул и, когда я перестала пытаться сигануть через заросли, добавил: – Это сигналка Ричи. Его срочно вызывают во дворец…

– Как своевременно вызывают, – хмыкнула я, про себя поразившись тому, насколько быстро Норс, выпущенный из сумки, как только мы вышли из флигеля, долетел до канцлера с донесением.

– Я доложил о покушении, потому и вызывают. В резиденции наследник будет в большей безопасности, – отозвался Змей.

У меня на это был только один вопрос: когда Хант это успел провернуть? Мы же все время были рядом…

Меж тем Ричард попрощался с Одри, запечатлел контрольный поцелуй на девичьих губах и отбыл. Мы провожали его кустами до самых ворот академии, у которых наследника уже поджидала карета с царским гербом. Лишь когда дверца той захлопнулась, скрыв высочество, я смогла выдохнуть. А еще принять то, что наемник, кажется, меня переиграл… Еще неделю назад это было моим жутчайшим кошмаром. А сейчас я вдруг поняла: самое страшное со мной произошло раньше. Два года назад, когда я пришла в этот мир, чтобы умереть. Это был мой приговор, который не подлежит обжалованию. Но в преддверии его оглашения у меня еще было немного времени. Эта ночь – так точно. И я хотела прожить ее ярко.

И даже принц не сможет помешать мне прожить ее только для себя… Для нас со Змеем.

– Знаешь, Рик, у меня для тебя плохая новость, – выдохнула я одними губами, когда мы, выйдя из кустов, остались на мощеной дорожке одни. – Кажется, я тебя люблю…

– Бри, не хочу тебя пугать, – в тон мне ответил Хант. – Но это взаимно… И… Бриана Тэрвин. Самая невозможная из женщин. Несносная. Порой невыносимая…

– Ты сейчас мне признаешься в чувствах или критикуешь? – возмутилась я на такие свои характеристики.

– Ни то, ни другое! – прошипел сквозь зубы Змей, которого я перебила. – Я пытаюсь сделать тебе предложение лапы и сердца!

– Может, руки? – меня уже было не остановить. Эмоции, которые после отравления я держала в узде, вырвались наружу.

– Это у людей – руки, а дракон, когда встречает свою единственную, предлагает лапу…

«И хвост, и всего чешуйчатого себя, – добавила я мысленно. – Так что, Лизка, смирись!»

Вот только Рик, и не подозревая о моих мыслях, продолжил практически созвучно:

– Так что, Бри, пожалуйста, помолчи немного, дай нам со зверем закончить.

Я тяжело выдохнула: все же просьба Змея была почти из разряда невыполнимых и… Я таки справилась с ней. И услышала:

– Ты выйдешь за меня, Бриана Тэрвин?

И, пока я это осознавала, губы сами собой сказали «да». И тут я почувствовала, как изменилось дыхание Рика, как чернота его взгляда вспыхнула алым.

Я как завороженная спросила:

– Почему ты спросил об этом именно сейчас? А не когда все закончится?

– Потому что я не хочу тебя потерять. Ведь, если встретил свою женщину, нужно ее хватать сразу. Пока она не успела убежать… – И с этими словами Змей положил мне руки на плечи.

А я ощутила, какие широкие, горячие, уютные у Рика ладони. И какой он сам… большой. Дракон… Навис над хрупкой мной. И, склоняясь все ближе, пышет жаром, который так и щекочет завиток моего уха. А пальцы Рика скользят все ниже, к талии, касаются бедер.

Я не в силах была сопротивляться этому искушению. Привстала на цыпочки, подалась чуть вперед, запрокинула голову, закрыла глаза и…

Мы целовались, словно безумные. Как будто у нас была одна одержимость на двоих. Рик мял мои ягодицы, вжимал в себя, а я старалась прильнуть к нему как можно сильнее, царапая через рубашку мужскую грудь. А из моей вырывались стоны удовольствия. Наши губы были жадными, языки – наглыми, а крыша решила стать скоростной. И устроила стремительный заезд по вертикали…

– Еще немного – и я не смогу удержаться, – выдохнул Рик, – и полог удержать тоже не смогу.

Я услышала эти слова будто сквозь сон, и их смысл дошел не сразу. Сердце колотилось где-то в районе горла, собраться с мыслями не получалось. Видимо, они все ушли. Взяли отпуск и отправились наслаждаться в ту часть моего тела, куда сейчас упирались твердые намерения Рика.

– Что-о-о? – выдохнула я, умудрившись дважды сбиться в единственном и таком коротком слове, и посмотрела в абсолютно алые и хмельные глаза Змея.

Зря. От одного их вида я опьянела. И ноги словно перестали чувствовать опору. Так, Лизка! Стоять! Змей, тоже стоять! Вернее, держать. И меня, и дистанцию. Иначе я за себя не ручаюсь…

– Я тоже, если продолжим… – хрипло выдохнул Змей, и я поняла, что последние мысли произнесла вслух.