Надежда Мамаева – Попасть в историю. Злодейка в академии (страница 56)

– Ты меня до гроба доведешь!

– Если тебе туда так надо, то, конечно, провожу… – отозвалась я.

– Ну знаешь!.. – вознегодовал химериус. – Да мне дополнительный отпуск после работы с тобой давать надо, потому что у меня даже самый спокойный день рядом с Брианой Тэрвин проходит так: проснулся, попсиховал, едва не убился пару раз – вечер! За тобой глаз да глаз нужен! Вот куда ты сегодня удрала с утра пораньше?

– На эксперимент по алхимии… Мы там яд готовили для крыс во дворце…

– О вышние!.. – простонал напарничек, услышав это. – Направьте эту женщину куда нужно. Куда не нужно, она и так влезет сама…

А я, проигнорировав стенания напарника, начала собираться на свидание. Или на заклание. Или на слежку с возможным арестом Ким… В общем, многофункциональный вечер намечался. И к нему я подготовилась: метательные звезды, амулеты, кинжал… И все это спрятано в складках платья. Не бально-пышно-изысканного, но красивого в своей простоте линий. Оно было из таких, которые девушке хочется носить, а мужчине с нее снимать.

После того как было покончено с платьем и его секретами, приступила к прическе и макияжу. Не сказать, чтобы они получились идеальными, но зачарованный амулет здорово помог, исправив недочеты. А счастливый блеск в глазах был мой, собственный, шальной. Оттого что под окном меня дожидался Рик, который уже постучал зачарованным камешком в створку, как мы и договорились.

Вечеринка должна была проходить в заброшенном флигеле, рядом с прудом. Никто из профессоров официально о предстоящем, конечно же, не знал, но могла поспорить на что угодно: все магистры между собой об этом переговаривались.

Эта вечеринка, как пояснил Рик, пока мы добирались до здания, была незыблемой традицией. Такое неофициальное посвящение в первокурсники, которое магистры разумно не посещали, чтобы своим присутствием не смущать адептов.

Миновав парк, мы вышли к лестнице. Вот только меня не покидало странное чувство. Это был даже не страх, а смутное беспокойство. С ним-то в душе я и перешагнула порог, за которым оказались шум, море лиц, музыка и веселье.

Этакая студенческая вечеринка, когда под потолком играли зачарованные инструменты, облезлые стены были прикрыты вполне годными иллюзиями, а на нескольких столах, что были в углах, возвышались вазочки с десертами и располагались чаши с пуншем. И Рик чувствовал себя среди всего этого как рыба в воде, сразу найдя взглядом Ричарда с Одри. Оба были живы, и на них явно еще никто не покушался. Вот и отлично!

Я посмотрела на толпу. Разглядела там и кучерявого боевика-первокурсника, и моих одногруппников толкателей-тягателей. Даже эльфы – и те каким-то немыслимым образом оказались здесь! Всей четверкой. Мне показалось, что я даже увидела мельком Мглистого. Неужели его выпустили? И мало того, Оттира оставили в академии?

Впрочем, не один дракон оказался на воле. Медного тоже освободили из-под ареста. И сейчас тот стоял у окна, почесывая свою макушку так, что манжета рукава у рыжего съехала и на мужском запястье блеснул металл. Похоже, после драки с адепта в наказание так и не сняли ограничивавший магию браслет…

А спустя немного времени заметила в толпе все еще бледного после магического истощения Фартиса. Даже белокурая Сисиль засветилась рядом с принцем, стоявшим у стола…

Да кого тут только не было! Кроме Ким… А ведь она так собиралась на этот вечер! Даже худеть ради него решилась. Если только тот вечерний забег на тренировочном поле был и вправду ради фигуры, а не ради принца.

Я уже начала нервно вертеть головой, когда Змей предложил:

– Потанцуем?

Мне ничего не осталось, как согласиться. Хотя в вальсировании я была не сильна. Но зачарованные смычки ударили по скрипкам, и по залу полилась медленная, лиричная и тягучая, как патока, мелодия, и в руках любимого у меня словно выросли крылья за спиной.

В круговерти лиц я вдруг выхватила аппетитную девичью фигуру. Ким оглядывалась, явно кого-то искала. А заметив Одри, устремилась к ней.

– Она пришла, – одними губами прошептала я.

Змей сбился с шага, проследил за направлением моего взгляда и выругался так, как будущему дипломату непозволительно. А вот боевому магу при виде первородных тварей – даже нужно. Потому что только так можно коротко и емко охарактеризовать уровень грозящей опасности.

– Быстро к Ричи! – скомандовал Змей, и мы устремились сквозь толпу, чтобы очутиться подле принца ровно в тот момент, когда к дракошеству и героине приблизилась Ким.

Как раз вовремя. Подруга Одри, наполнив себе бокал пуншем, что стоял рядом, отхлебнула напитка и начала делиться тем, как едва не заблудилась, пока искала флигель.

Змей, чтобы объяснить столь стремительное приближение, тоже потянулся к чаше с напитком, налил два бокала и протянул мне один из них.

– Ты представляешь, чуть ногу не подвернула, – меж тем выдохнула пышка и, глянув на стол, что был за спиной принца и Златовласки, воскликнула: – О, лавандовая пастила! На других столах вазочки с такой нет! Надо попробовать.

– Лавандовая? – оживилась Одри и резко обернулась так, что стакан с пуншем, который она держала, чуть не расплескался. – Это же моя любимая!

– И моя, – как бы невзначай обронил Ричард.

Златовласка на миг замерла, встретившись с высочеством взглядом, и засмущалась. А затем робко взяла пастилу и, разломив, предложила половинку принцу.

– Да уж, не думал, что кто-то еще, кроме тебя, дружище, любит эту гадость. Лавандовые конфеты на вкус – редкостная пакость… – протянул Змей, и я была с ним полностью согласна: такие сладости были просто ужасны.

При воспоминании о них во рту даже появился неприятный вкус, отдававший камфорой и скошенным сеном. Бр-р-р… Чтобы запить его, я пригубила бокал с калиновым игристым напитком, следя за тем, как высочество перекатывает кусочек пастилы в пальцах, унизанных артефактными кольцами. Среди них был наверняка и тот, что распознавал яды. Но сейчас ни один из камней в перстнях не светился. Значит, еда не отравлена. И вроде бы можно было выдохнуть, но…

Словно что-то перещелкнуло в моем сознании. Лаванда и калина…

Вспомнились строки из книги про яды, которую я читала в лаборантской леди Мервидич. Там как раз был описан случай, как пять веков назад некоего лорда отравили, подав ему лавандовые конфеты. Цветочный пряный вкус отлично замаскировал другой, резковатый, напоминавший запеченные яблоки, и оттенил запах камфоры и скошенного сена, характерные для вытяжки из грофии. А ведь, минуточку, именно она сегодня пропала из лаборатории!

А затем сиятельному мэтру подали бокал игристого, в который, в свою очередь, добавили зачарованный порошок беозгарива камня, который сам по себе тоже является малотоксичным. Так что артефакт на пальце лорда лишь скупо вспыхнул, как на любой алкоголь. Вот только едва лорд пригубил напиток, как умер. А все потому, что внутри него, как в колбе, соединились два вещества, образовав третье – невероятно токсичное. Смерть наступила мгновенно. Так что, даже будь у мэтра антидот под рукой, он не успел бы его принять…

После этой впечатляющей истории шла приписка, что в настоящий момент порошок беозгарива камня считается утерянным, поскольку доставали его из желудков единорогов, а те на данный момент считались вымершими.

Вот только последнее кого-то, похоже, не остановило.

Принц же меж тем еще раздумывал над пастилой. А вот Одри поднесла ее уже к губам… Пунш этими двумя уже был выпит, так что… счет шел на секунды. Объяснять было некогда. А вот выплеснуть свой напиток и тем остановить Златовласку я могла. Что и сделала.

Пунш кровавым пятном растекся по светлой ткани юбки Одри, которая тут же забыла о пастиле… Да и Ричард тоже.

– Какая неловкость! – выдохнула я и только тут осознала, что именно про то, как злодейка испортила платье героини, и читала в начале последней главы. Что? Конец уже так близко?

Вот только если для меня он только-только замаячил, то для Ким наступил. Я так сосредоточилась на дракошестве и героине, что упустила из виду ее подругу. А та оказалась проворнее нашей сладкой парочки и не только отпила пунша, но и съела пастилу.

Ким покачнулась и начала падать. Замертво. Это я могла засвидетельствовать, как некромантка. Мой дар четко дал понять: в этом теле, которое подхватил Змей, души уже не было…

Как же так… В отчаянии я ударила в грудь Ким. Еще раз. И еще. Это мало походило на массаж остановившегося сердца, но это все, что я могла сделать. А вот Рику удалось больше. И разряд прошил девичью грудь…

Я почувствовала, как главная мышца любого тела вдруг сжалась и по сосудам вновь побежала кровь. Жива…

– Что?..

– Что с ней?

– Девушке плохо?.. – услышала я голоса словно сквозь вату… Потому что меня как обухом ударило осознанием: Ким не наемница. Потому что так бездарно убить себя, не выполнив заказ, – это просто верх непрофессионализма для душегуба!

– У адептки всего лишь глубокий обморок, – между тем ответил разом на все вопросы Змей.

– Мне нужно на свежий воздух, – вторя ему, пролепетала очнувшаяся Ким, и кто-то помог ей подняться и даже повел к выходу.

А я же посмотрела на стол. Вазочки с пастилой там не было…

Одри, убедившись, что с подругой все в порядке, сказала, что и ей пора идти. Платье испорчено, да и вечер, похоже, тоже…