Надежда Мамаева – Попасть в историю. Злодейка в академии (страница 41)

Глава 10

Небо вызвездило, когда наша группа собралась у ворот академии. Те еще не закрылись на ночь, но через час охранное заклинание должно было запереть их до утра.

Стоявшие же вокруг сокурсники уже не выглядели столь апатичными, как днем. К ночи некроманты всегда были бодрее и веселее в силу особенностей дара. Тем было легче управлять при свете луны. Потому-то силы на дурь и оставались. Так что адепты обменивались смешками, шуточками, тычками… Я же стояла, прислонившись спиной к стволу раскидистого граба, старательно сдерживая зевоту.

Сумка, хоть в ней уже и не было химериуса, знатно оттягивала плечо. Пришлось захватить с собой колья, парочку порошков, несколько металлических склянок с зельями, тесак, малый справочник заклинаний, который по весу тянул на большую такую мечту убийцы – сотрясение при его неправильном использовании могло случиться на раз-два, а если ударить как следует, то книженция могла отправить на тот свет и безо всяких заклинаний. И это не считая лопаты, которую я держала в другой руке.

– Ничесе, сколько запасов! Похоже, кто-то боится нападения зомби, – снисходительно хмыкнул один из одногруппников, пройдясь взглядом и по моей сумке в частности, и по фигуре в целом. – Не переживай, крошка, держись рядом со мной. Я не дам умертвиям тебя обидеть…

«Я сделаю это сам», – продолжила мысленно, оценивая столь самоуверенного адепта, который, похоже, сам был не в курсе, кто такие Тэрвины, а дружки его не просветили. Тип был невысоким, рыхлым, круглым, как бочонок с элем, и имел нос идеальной длины – самой что ни на есть удобной для засовывания его в чужие дела. Этот флюгер мне так и захотелось укоротить.

– Когда нет лишней жизни, лучше иметь под рукой пару лишних зелий, – отозвалась я. – Так что да, я прихватила кое-что… – И, выразительно глянув на пустые руки адепта, добавила: – А у тебя, я смотрю, из запасов только один – словарный. И тот скудноват…

– У него есть еще жировой. Зато сразу – на все пузо! – хохотнул стоявший рядом со мной тощий паренек в очках. Правда, сдается мне, он сказал это не ради того, чтобы поддержать меня, а только лишь желая досадить носатому. Уж больно тот успел достать остальных за то время, что мы ждали преподавателя.

– Это не пузо, а пресс! – проворчал толстяк, задирая рубашку, чтобы продемонстрировать оный и три слоя сала над уровнем мышц.

– И что ты им давишь? Жмых? – меж тем поинтересовался еще кто-то из-за моей спины.

– Скорее он налегает на булочки с кленовым сиропом, – подала голос черная, как галка, девица, подходя к нам.

Я ее раньше в группе не замечала. Потому как, если бы хоть раз увидела эту короткую дерзкую стрижку, эти колечки, которые были у чародейки, казалось, везде: и в носу, и в губе, и в бровях, – запомнила бы точно.

– А ты еще кто такая? – насупившись, отчего щеки его раздулись еще больше, поинтересовался мой непрошеный защитничек.

– А я та, кто не даст зомби надругаться уже над тобой, – усмехнулась она, дав понять, что слышала весь разговор с самого начала.

И пока я, заинтересованно рассматривая девицу, гадала, кто же это такая, к чернявой подошли еще несколько адептов. И все они выглядели не столько старше нас, сколько увереннее, матерее и наглее. Одним словом, выпускники. А именно ими прибывшие вместе с магистром Солвейгом маги и были.

– Практикумы до излома зимы у первогодок проходят совместно со старшекурсниками, – пояснил декан некромантов и жестом торговца, демонстрирующего свой лучший товар, указал на незнакомых нам адептов. – Более опытные адепты будут страховать вас при поднятии и упокоении умертвий, когда вы будете призывать души из безвременья и строить пентаграммы, потому как искусство смерти не терпит ошибок…

Магистр еще что-то говорил, я слушала, сцеживая зевки в кулак, как вдруг сонливость словно рукой сняло. Меценатом моей бодрости стал один припозднившийся темный. Он рысцой подбежал к группе и попытался затеряться в толпе, но бдительный Солвейг его увидел.

– А, Фартис, вот и ты наконец! – поджав губы, недовольно возвестил преподаватель.

И все бы ничего… Мало ли опоздунов в академии? Только вот это был тот самый адепт из круга. Брюнет, что стоял у самой границы, прячась за спиной преподавательницы по травоведению во время покушения.

Он что – тоже темный?

Хотя, если рассуждать логически, это был самый очевидный вариант. Атаковали же Ричарда зарядом из разноименной магии. И если за светлый потенциал отвечало плетение круга, то за темный – как раз носитель дара смерти. А значит, и искать следовало в первую очередь на факультете некромантии. Моем факультете…

Итак, последний подозреваемый опознан. И это был плюс. Правда, из тех, которые получаются, когда на минусы жизни сморишь сквозь поднятый средний палец… Ведь если этот Фартис – возможный убийца, то сегодня ему выпадет шикарный шанс устранить одну любопытную адептку из шатра…

Так, стоит держаться от этого некроманта подальше. Как во имя общего государственного дела, так и для сохранения жизнеспособности конкретно моего тела.

Составив такой нехитрый план для себя, я поправила ремень на сумке, делая вид, что внимательно слушаю профессора, который уже заканчивал инструктаж.

– Всем все понятно? – спросил он в заключение. И, дождавшись кивков, скомандовал: – А теперь я разделю вас на пятерки… Трое первокурсников – вас пока больше – и двое выпускников.

Меня это «двое» насторожило: то ли с успеваемостью на факультете было не очень, то ли с выживаемостью… Первое как-то было бы предпочтительнее, хотя охотнее отчего-то верилось во второе.

В нашу длань попали, собственно, я и чернявая любительница колечек – чтобы, как выразился магистр, уравновесить силы, – парень в очках, тот самый, что поддел моего самозваного защитника, сам носатый и… заспанный Фартис! Последний выглядел усталым и осунувшимся. Будто накануне всю ночь колдовал и вычерпал весь резерв.

Хотя… Может, «будто» тут лишнее? Ловчая сеть для драконов на Фрушке наверняка же сожрала у мага, создавшего ее, уйму энергии…

Это заставило меня еще больше насторожиться. Впрочем, и кладбищенская тишина, встретившая нас, едва мы прибыли на погост, к беззаботности не располагала.

Мы миновали могилы, покрытые мхом, старинные памятники и склепы и добрались до той части, где было принято хоронить бродяг и преступников и было полно безымянных могил.

– Сегодня мы будем учиться азам некромантии – упокоению, – с энтузиазмом сообщил преподаватель.

А после уточнил, что для упокоения нужно сначала поднять. А перед тем откопать… Меня в нашей пятерке как даму и как лопатовладелицу вытолкали… В смысле пропустили вперед. Но я была чужда светских предрассудков и, вообще, сторонница равноправия, так что по очереди работать заступом довелось всем, пока мы добывали свой учебный материал.

Чернявая и подозреваемый хотели было уклониться от этой почетной обязанности, напирая на свой опыт, но им не удалось и пришлось показывать мастер-класс. И вот обладательница колечек, которую, как оказалась, звали Файри, пыхтя и выкидывая землю из ямы, в сердцах выдохнула:

– Вот почему девушке откопать приличного парня так непросто…

– А ты уверена, что он приличный? – усомнилась я, все же это была не та часть кладбища, где хоронили досточтимых горожан. – Да и парень ли вообще…

– Ну, судя по имени на табличке – все же мужчина, по датам жизни – все же не старик. А раз вообще расщедрились на поминальный столб, то, скорее всего, да, он приличный такой бандит, а не мелкая сошка… – выдохнула Файри и ударила заступом по крышке гроба.

Звук вышел глухим и многообещающим. Правда, чуяла я седалищем: обещал он неприятности. Но это уже детали…

– Все, – выдохнула некромантка, сдувая прядь волос со взмокшего лба, – теперь твоя очередь, Фартис.

Я же свою уже откопала, так что стояла в сторонке, отдыхала, размышляя: вот уж никогда не думала, что выражение «я ради зачета учебное пособие даже из-под земли достану» обретет для меня буквальный смысл.

Меж тем некромантка, которой подобное было практиковать не впервой, торжественно вручила лопату брюнету. Тот глянул на заступ с обреченностью висельника и протянул руку к черену.

– Хорошо. Тогда домовину пусть левитируют желторотики, – буркнул он и кивнул в нашу сторону.

От такого пренебрежительного обращения оба моих одногруппника возмущенно надулись. Я же лишь философски пожала плечами: надо поднять труп – подниму, надо будет упокоить – упокою… И умертвите, и тех, кто будет мне в этом мешать…

Меж тем предполагаемый убийца спрыгнул в могилу, сменив Файри, и заработал лопатой.

– Чего вы там так долго копаетесь? – меж тем поинтересовался подошедший к нам магистр. – Давайте шустрее, остальные уже закончили.

– Так гроб здоровенный попался… – пропыхтел Фартис, откидывая с лопаты очередной ком земли.

Преподаватель на это лишь поджал губы и отошел к другим адептам. А спустя пару минут из могилы раздалось радостное:

– Все, поднимайте!

– Кого? – педантично уточнила Файри, ибо были варианты: то ли старшекурсника из ямы, то ли умертвие из гроба…

– Меня, конечно! – возмущенно фыркнули из могилы.

А затем из нее высунулась растопыренная пятерня. За эту руку и ухватились оба моих однокурсника, вытянув некроманта из ямы, точно приснопамятную репку из грядки. Правда, в нашем случае «корнеплод» не столько сопротивлялся извлечению, сколько кряхтел и матерился.