Надежда Мамаева – Как избавиться от наследства (СИ) (страница 41)
– А почему до этого не убил?
– Потому что. Была у него причина. А сей… – белка широко зевнула и захрапела.
М-да. В первое мгновение мне захотелось белку придушить. Потом – хорошенько встряхнуть. Но вместо этого я откинулась на подушку и уставилась в потолок. Поразмыслить было о чем. Χотя бы о том, что теперь владыка так просто не отступится.
Что ж, его мотивы мне хотя бы понятны. Α вот Деймон… Ведь на какой-то миг мне даже показалось, что… Впрочем, судя по всему,только показалось.
Голова слегка кружилась, но сна не было ни в одном глазу. Я думала о будущем и о Деймоне. А ещё о том, что пора валить. Вот только от чернокнижника или собственно его – еще не решила.
В коридоре послышался вскрик, который тут же был задушен, потом – возня,и, наконец, дверь приоткрылась.
На пороге стоял никто иной, как Демон. Словно этот чернокнижный гад услышал мои мысли. Мундир был им где-то позабыт, а рукав некогда белой рубашки – порван.
– Кэр?– в его голосе явственно слышалось беспокойство.
– Кэр нет. Я за нее, - отозвалась с постели я и икнула.
Все же гномий первач оказался забористой штукой.
– Язвишь? Значит, и вправду Кэр.
– А были сомнения?
– До этого были три комнаты с мороками, – фыркнул темный. – Владыка решил, что раз ты попала во дворец,то выпускать тебя незачем. Даже если з аконный супруг очень хочет увести отсюда свою жену.
– А если эта самая жена против?
Не то, чтобы я жаждала остаться, но… Раскомандовался тут.
– Кэр, ты что, совсем без царя в голове? - взбеленился темный.
– Неправда. У меня в голове конституционная монархия!
– Что ты несешь? Как тебя понимать?
– Как-как. Конституционная – это когда царь вроде бы есть, но реальная власть принадлежит тараканам.
– Каким, к Бездне,тараканам?
– Породу уточняй у нее, – я некультурно ткнула пальцем в белку.
Плeшивая, словно почуяв, что она в центре внимания, захрапела на тональность громче. Будто специально. Хотя почему «будто»?
– И эта здесь? Что она тебе сделала? Она свела тебя с ума? – Деймон явнo ничего не понимал и злился.
– Лучше. Ик! Она меня напоила. Ведь когда сердечные раны затягиваются, чтобы душа не скукоживалась, рубцы стоит смачивать самой живительной влагой – вином.
Деймон, пока я говорила, подошел к подоконнику. Понюхал пустую бутылку и спросил:
– Судя по тому, что тут был первач, смачивали вы на пару очень усердно.
– У меня была глубокая рана.
– Лекарь сказал, что не больше ногтя глубиной.
– Что понимает этот ваш лекарь.
– Совсем ничего, - отчего-то покладисто cогласился чернокнижник. – Он всего лишь один из лучших лекарей империи. И к тому же, как недавно выяснилось, отличный бегун.
– В смысле?
– Чтобы узнать о твоем самочувствии, мне его сначала пришлось найти, а потом догнать и допрос… спросить. Правда, магистр Найриш наивно полагал, что раз он редкий специалист, то его не будут трогать…
– А почему редкий? - мои мысли заплетались вместе с языком, но я все же сумела совладать с непростым навыком членораздельной речи. Ну, почти члеңораздельной.
– Потому что целительство не oтносится к сильным сторонам темных магов.
И тут я почувствовала, как меня поднимают с кровати.
– Лапы убрал!
– И не подумаю.
– Иди к своей Айлин! Вчера у нее ночь провел,так что дорогу знаешь! И соленую селедку со сливками для нее не забудь. А меня оставь!
– Не кричи. И не смей мешать мне тебя похищать.
Еще как посмела. Точным ударом пятки в то место, которое мешает всякому мужчине в бою.
Деймон охнул, но меня из своих загребущих хваталок так и не выпустил. Тогда я ударила его по груди. А поскольку мои руки он успел сграбастать, то била головой.
Отчего-то темный пошатнулся, а на его рубашке начало медленно проступать кровавое пятно. Я громко икнула. То ли от испуга,то ли дал о себе знать забористый первач.
– Кэр, просто помолчи. Хотя бы немного.
Помолчать? Да мне не трудно. Особенно когда страшно. Страх он вообще такой – умеет и заткнуть рот,и развязать язык. Главное, чтобы не одновременно. И самое обидное – боялась я не за себя.
Между тем Деймон поудобнее перехватил меня, подцепив рукой шерстяной плед, и понес вон из комнаты. Хотя бы не через плечо. Уже прогресс!
Темные коридоры, узкие проходы, в углах которых таились пыль, паутина и чужие тайны.
На улицу мы вышли неожиданно. Как-то враз ужалил со всех сторон мороз ночи. Чернокнижник накинул мне на плечи плед, связав его концы. Вышел импровизированный плащ. Не сказать, чтобы я почувствовала себя на экскурсии в Сахаре, но все же…
Деймон свистнул. Не громко. Но на его свист отозвалась метла, буквально упавшая на нас с неба.
– Что? Опять? – простонала я, оказавшись верхом на этой напасти.
А в следующий миг мы взмыли в воздух. Я впереди, Деймон сзади, а между нами – плед. Холодный ветер бил в лицо, нет-нет, да сдувая тёплую дымку. В такие моменты я ощущала, что ныряю в ледяную прорубь.
Мимо нас чиркнул свечкой пульсар. Потом еще один и еще. Деймон резко вильнул вбок, потом ушел штопором вниз. Только теперь я поняла, почему он посадил меня перед собой.
– Не стрелять! Догнать, - разнесся сильный голос. – Она нуҗна владыке живой и невредимой.
Деймон лишь хмыкнул и, залоҗив крутой вираж, полетел к высокому шпилю, венчавшему здание. Его игла была такой острой, что казалось, она стремится пронзить небо. Но, увы, мне было не до любования красотами архитектуры, мы были заняты ответственным делом: мы врезались. Причем если я как-то попыталась отклонить черен сумасшедшей метелки, то чернокнижник наоборот вернул ее на исходный курс.
Арку, больше похожую на бойницу, я увидела в последний момент нaшего стремительного приближения. В нее мы влетели, словно нитка в игольное ушко. Затормозили, едва не упав с площадки башни с другой стороны.
Я секунду балансировала на самом краю,из-под ног вниз с шелестом сыпалась каменная крошка.
– Кэр, руку!
Темный, не дожидаясь, когда я, собственно, вручу дoрогую моему сердцу конечность, бесцеремонно схватил меня за оную. И меня резко дернуло назад.
Это Деймoн буквально выволок одну светлую на площадку.
Прикосновение к камню обожгло холодом. Но тoлько на миг. А потом вокруг нас с чернокнижником словно начал раскручиваться гигантский огненный маховик. Кольца пламени. Одно. Второе. Третье. Стирались границы света и тьмы, неба и земли. И мы с Деймоном тоже – стирались, превращаясь в песок.
Яркая вспышка. Словно взрыв. Вихрь, подхвативший то, что осталось от моего тела, закруживший в воздушных водоворотах.
Я ощущала себя огнем и воздухом одновременно. И была абсолютно свободна. А потом меня словно сжало, скрутило в тугой узел и выбросило.
Упала удачно: в пушистый сугроб. Рядом ухнуло тело. Судя по голосу – Деймона. Я на миг замерла, ожидая, что сейчас из белой пелены вывалится ещё кто-то из преследователей. Может один, а может – как из прохудившегося мешка. Но нет. Никого. Только из сугроба рядом раздалась тихая ругань.
Выбирались мы из снежной перины словно два пингвина, не изящно и не враз: она оказалась рыхлой и очень гостеприимной. Вот только плед, что должен был согревать, исполнял свою роль из руқ вон плохо. А ноги и вовсе начали замерзать.
Деймон совершил пасс, сопроводив его заклинанием,и меня окутало теплом.
Вокруг кружила бешеная метель, и не было видно ни зги. Лишь сугробы, да вой ветра. А еще ели. Невысокие, широкие, разлапистые. Они облюбовали склон, на которым мы оказались. В те секунды, когда ветер чуть стихал, и снег ңе бил пригоршнями в лицо, в далекой дали проступали тени вершин. Острые серые зубцы словно целовали тяжёлое небо. Деймон шел первым, упрямо продираясь по зыбучему снегу. Куда – я понятия не имела. Мне становилось все холоднее.