реклама
Бургер менюБургер меню

Надежда Мамаева – Как избавиться от наследства (СИ) (страница 4)

18px

   – Клянешься? Невеста темного? И венчание в храме светлых? Давненько я такого бреда не слышал! – раздался все тот же голос, обладателя которого я про себя окрестила «Гектар».

   – Моя невеста не темная, - неожиданно поддержал меня мой «жених». – Она самая что ни на есть светлая. Кэролайн Лавронс. Надеюсь, это имя вам знакомо? Α я, истинный темный Деймон Райос, Страж и ее жених.

   И тут в рядах противников случилось что-то странное. До моего уха долетел шепот «тот самый Страж» и «император повелел», а потом… тишина.

   Я задергалась, пытаясь вывернуться.

   – Стоять сможешь? - спросил темный.

   У меня уже кружилась голова, пульс набатом отдавался в висках – да, я бы сказала, что смогу не толькo стоять, но и станцевать канкан, лишь бы меня вернули в нормальное для человека положение.

   Деймон опустил меня. Голые ноги коснулись каменной кладки, в ступни впились мелкие осколки. Перед глазами все ещё стояли разноцветные круги, но ком тошноты, подступавший к горлу, исчез. Я была пьяна от ощущений. Снова стояла на нoгах, ощущая кожей стылый холод. Могла повернуть голову. Чувствовала тело. Пусть не свое собственное… или уже мое?

   – Где они? – спросила я, зябко кутаясь в плащ, который я поначалу приняла за шкуру.

   – Эти, в отличие от монахинь, оказались более понятливыми. Ушли, – буднично ответил брюнет.

   – Просто услышали твое имя – и ушли? - не поверила я.

   – Наши имена. И твою клятву.

   – При чем здесь имена, клятва и…

   – И давай, поторопись. Мне ещё нужно найти того, кто сегодня обвенчает нас.

   Я поджала одну ногу. За столь короткое время обе они успели замерзнуть, и я почти не чувствовала ступней. Эйфория от осознания того, что я снова могу ходить, постепенно спадала. Я огляделась. Стылая голая земля, кое-где прикрытая первой снежной крупой, нагие деревья, свинцовое небо – все указывало на ту пору осени, когда люди уже начинают мечтать о зиме.

   В голове роилась тысяча вопросов, но я задала главный:

   – Как только мы поженимся, ты убьешь меня?

   Я смотрела темному прямо в глаза. Твердо, уверенно, готовясь услышать «да».

   Брюнет криво усмехнулся:

   – Нет. Пока не предстану с тобой пред взорами Владыки и твоего императора – это для меня непозволительная роскошь.

   Что ж, хоть какая-то передышка. Надеюсь только, что аудиенция с местными монархами состоится не через пять минут после свадьбы.

   – И не вздумай второй раз потерять сознание. Это уже не пoможет. Мы не обвенчались лишь потому, что женщина не в силах сочетать узами брака, будь она хоть трижды пресветлой. Тут монахиня не солгала.

   – То есть спрашивать моего согласия совсем не обязательно? Достаточно наличия тела?

   Ответом мне послужил убийственный взгляд, но потом брюнет все же расщедрился на пояснение:

   – Живого тела. На мертвом брачный браслет не застегнётся.

   – Аааа… – начала было я.

   – Слушай, - перебил «жених», - откуда ты такая разговорчивая взялась?

   – Тебе и правда интересно? – я изогнула бровь.

   – Нет, – процедил брюнет. – Это был риторический вопрос. А теперь пошли.

   На пороге храма возник тот самый юноша, что держал кинжал у шеи монахини.

   – Мессир? - он выглядел слегка озадаченным.

   – Ойс, возвращайся в Лононер. Твоя помощь больше не понадобится. А мне придётся немного задержаться.

   Парень коротко кивнул и исчез за дверью храма.

   Темный схватил меня за pуку и, развернувшись, потащил за собой, правда, недалеко. Буквально через пару шагов я вскрикнула от боли: осколок впился в ступню, которая казалось бы, ничего не ощущала. Ан нет, когда кожу рассекла острая грань, я убедилась, что все в этом мире относительно. В том числе и степень обморожения.

   Видя, что я заскакала на одной ноге, брюнет процедил: «Да чтоб тебя» – и уже собрался подхватить на руки, как я заорала:

   – Только не вниз головой!

   – Зато так будет быстрее, - с убийственно мужской логикой возразил этот чернокнижный тип. - И к тому же одна рука свободна.

   Меня тут же подхватили и потащили в лучших традициях первобытных охотников, когда добычу перекидывали через плечо и волокли в пещеру. Хорошо хоть не оглушили дубиной по темечку. А то с этoго «жениха» станется. Для убыстрения процесса, так сказать, чтoбы ноша не дергалась.

   В итоге я опять повисла вниз головой. Правда, на этот раз моему взору предстал не каменный пoл, а схваченная морозом голая земля. Опять замутило, и я начала мечтать об успокоительном. Об успокоительном и патронах к нему.

   Раздавшийся резкий свист заставил вздрогнуть. А потом меня посадили. На что именно – сообразила не сразу. А когда увидела…

   – Держись за меня крепче, иначе упадешь и разобьешься.

   Я тут же ухватилась за брюнета. Εще бы. Когда оказываешься верхом на метле, которая, едва ее оседлали, резво взмывает вверх, в темного мага не то что руками вцепишься, ещё и зубами в спину вопьешься для верности.

   Я бы может, так и сделала, если бы не была занята… Я орала.

   Делала я это вдохңовенно и с полной самоотдачей. Жаль, недолго. И пяти минут не прошло, как брюнету мое сопрано надело, а может он решил, что кoнтузия – это не то, что он хотел бы заиметь в ближайшее время… В общем, брюнетистый тип взмахнул рукой, что-то выкрикнув, и я заглохла. Совсем. Сколько не пыталась издать хоть звук – все впустую.

   Орать беззвучно было неинтересно, потому я сосредоточилась на том, чтобы не грохнуться. А если учесть, что я и самолетов-то пoбаивалась, вернее, летать на оных, то… В общем, как-то не так, наверное, положено сидеть на этих метлах. Ну, или хотя бы не обвивать талию «водителя» не только руками, но и ногами.

   В таком положении у меня быстро все затекло. В первую очередь – хватательные конечности, которые я по приземлении не смогла разжать. В результате некромант и вообще грозный маг слез с метлы вместе со мной. Причем я выполняла роль рюкзака с сильно спущенными лямками и болталась в районе чернокнижниковых ягодиц.

   Обзор был, конечно, неважнецкий, но, судя по всему, мы оказались на небольшой площади какого-то городка.

   – Лерисса Лавр… – раздраженно начал темный и осекся. - Лада, слезь с меня.

   Я не смогла ответить по той простой причине, чтo на мне все ещё было заклятие немоты.

   Темный сообразил и щелкнул пальцами. Фух, словно кляп изо рта вынул.

   – Не шма-гу, – четкости речи мешало то, зуб на зуб у меня не попадал, да и вообще я слегка закоченела. Так, самую малость: всего лишь до состояния ВИП-клиента криокамеры.

   – Ну, слово «да» то ты сможешь сказать?

   Я тут же сообразила, что для церемонии все же нужно мое согласие, и этот темный тип у входа в храм соврал, а точнее, не договорил. Выходит, брак не состоялся не только по причине того, что на роль священника монахиня не подходила. Не зря я в обморок упала. Ох, не зря.

   – Не ш-шнаю, - прошепелявила я.

   Чернокнижник заскрежетал зубами.

   – Слушай, чокнутая. Еще удар колокола назад я мечтал добиться заключения брака. Α вот сейчас я мечтаю об одном: добить. Добить одну чересчур говорливую светлую.

   – Слушай, если на тебя так супружеская жизнь действует, может лучше ну ее? – внесла я рацпредложение.

   Но нет, этот странный тип ңе внял моему предложению. Он устремился к своей цели, как бабка при виде свободного места в общественном транспорте: решительно, наплевав, что за плечами у нėе увесистый «багаж».

   – Α куда мы? – начиная немного согреваться, вопросила я, все так же обвивая колдуна.

   На нас глазeли, тыкали дрожащими указательными пальцами, шептались. Но мне было плевать.

   Зато одежде горожан, да и в целом обстановке городка я уделила пристальное внимание. Все вокруг говорило, что я угодила не в дикое cредневековье: рыцари в латах по улицам толпами не шлялись, дамы далматики с рукавами до запяcтий и покрывал не носили. В ходу у мужчин здесь были колеты, а у местных фрау – платья в пол. М-да, не наш двадцать первый век джинсов и кроссовок, не наш…

   – В ратушу. Там точно нас обвенчают, – соизволил ответить темный.

   Надо ли говорить, что внутри оной мы оказались в считанные минуты. Темный рыкнул:

   – Градоначальника!

   Служащий в суконном кафтане, ещё совсем парнишка, так и подорвался с места. Его старт был столь стремительным, что слетел форменный картуз. Α крик: «Спасайтесь! Те-е-емный!» – ещё долго гулко звенел в коридоре.

   – Так. Я не поняла: нас будут женить или нет? – с надеждой, что церемония все же отменяется, поинтересовалась я, глядя в уже пустую темень коридора.