Надежда Максимова – Приключения Коли " Орбита" и его друга БЗ-77 (страница 2)

Ирина Петровна хотела было возразить, но посмотрела на его решительное лицо и на Бзика, который уже методично сканировал каждую малекулу воздуха вокруг купола, и махнула рукой.

– Ладно. Два часа.Потом – спать. И чтобы к утру…– она горько взглянула на пустой подиум,

– …хотя бы одна вменяемая версия была.

Комната управления оказалась маленькой и заставленной мониторами. На одном из них в режиме реального времени был виден тот самый злополучный купол.

– Первое: смотри запись, – сказал Коля, плюхнувшись в кресло.

Но запись ничего не показала. Ровно в 14:22 кадр на секунду затрещал и превратился в мельтешение цифрового “снега”. В 14:23 изображение вернулось. Купол был уже пуст.

– Помехи, – констатировал Бзик.

– Вероятность случайности; 0,03%. Кто-то или что-то создало целенаправленный импульс.

– Лу Ли говорила про щелчок и гул вентиляции как раз 14:23, – вспомнил Коля.

– Значит, кто-то был рядом в этот момент. Или… что-то.

– Логично, – буркнул Бзик.

– Составляю список для допроса. Приоритет номер один: Профессор Амброз Зорг. Его гель найден на месте “ исчезновения”.

Профессор Зорг жил в отсеке “ Научный сектор А . Его каюта больше походила на джунгли. Воздух был густым и влажным, пах озоном и чем-то сладковатым. С полок свисали странные растения, а в центре, в большом аквариуме, лениво шевелил щупальцами октопод-синестек по имени Нюх-Нюх. Он был другом профессора и, как все знали, обладал фенаменальной памятью, но только на запахи.

Сам профессор, похожий на добродушного земного осьминога в жилете, встретил их, нервно перебирая руками-щупальцами.

– Ах, юный детектив и его механический друг! – заворчал он.

– Ужасная история! Потеря для науки! Я предлагал поместить его в более защищенный контейнер, но меня не послушали!

– Профессор, начал Коля, пытаясь не отвлекаться на то, как одно щупальце профессора независимо от него завязывало бантик на стебле орхидеи.

– Вы используете гель для ксилофийских лиан и орхидей. Он был на полу у купола.

– О! – профессор всплеснул щупальцами ( все остальные тоже вздрогнули).

– Да, конечно! Мои милые лианы… Но гель мог пролить кто угодно! Я, например, носил бутылочку сегодня утром, чтобы подкормить онезийский папоротник в оранжерее. мог и уронить. Память, знаете ли… – Он виновато потер лоб одним кончиком щупальца.

– Она у меня, как у Нюх-Нюха, только на важные данные. А где что уронил – неважные.

– Где вы были в 14:23? – спросил Бзик, его датчик был направлен прямо на лицо профессора.

– В 14:23? Да я вел прямой эфир! – обрадовался профессор.

– “ Занимательная ксенобиология для юных умов с Юпитера”! Запись есть в сети станции. Спросите у этих шалунишек юпитерианцев, они меня весь урок вопросами засыпали про ядовитые споры!

Алиби было железным. Коля вздохнул. Слишком железным.

– А Нюх-Нюх что-нибудь… унюхал необычное сегодня около выставочного зала? – спросил он почти без надежды.

Профессор задумался, а потом подплыл к аквариуму и что-то тихо защебетал на языке щупалец. Октопод Нюх-Нюх медленно развернулся. Его большие, умные глаза посмотрели на Колю, а потом он издал серию булькающих звуков и резко покраснел.

– О-о-ой! – перевел профессор.

– Он говорит, что сегодня, примерно в то время, уловил очень сильный, странный запах. Сочетание… озона ( электрический разряд!), страха ( микроскопические феромоны!) и… жженого мармелада.

– Жженого мармелада? – удивился Коля.

– Да! Очень специфический запах. Возникает при перегреве плазмы в дешевых голографических проекторах старого образца.

– Голографические проекторы … Как у Лу Ли. Она же жаловалась, что ее сломался перед выставкой.

Подозреваемый номер два: Лу Ли.

Они нашли ее в мастерской. Девочка сидела по колено в разобранных компонентах того самого проектора. В воздухе витал тот самый сладковатый запах горелой изоляции и мармелада.

– А, детективы! – Лу Ли даже не подняла головы. Нашли уже?

– Мы проверяем алиби всех, – сказал Коля.

– Где ты была в 14:23?

– В спортзале, – буркнула Лу.

– Чинила генератор искусственной гравитации в тренажере “ Бег по Поясу Астероидов”. Он сломался, и капитан Трофимов чуть не улетел в потолок. Спросите у него. Он до сих пор злится.

Ее алиби тоже можно было проверить. Коля оглядел мастерскую. На столе рядом с проектором валялась тряпочка, испачканная в том самом прозрачном геле.

– Ты тоже используешь гель для Ксилофонии? – спросил он.

– Для гидропоники, – кивнула Лу.

– У меня там микрозелень растет. Вкусно же. А тряпкой вытирала руки после того, как гель случайно пролила у себя тут. Утром.

Она говорила слишком прямо и спокойно. Как будто отрепетировала. Или ей было нечего скрывать.

– А зачем ты ковыряла вентиляцию в выставочном зале? – не унимался Коля.

– Потому что там щелкало и гудело! – наконец оторвалась Лу Ли от платы. Ее глаза вспыхнули.

– Я инженер, пусть юный. Ненормальный шум в системе – это ЧП! Я проверила – датчик заслонки заедал. Починила. Все. Хотите – верьте, хотите – нет.

Она снова наклонилась над проектором. Разговор был окончен.

– Странно, – сказал Коля, выйдя в коридор.

– У всех есть алиби. И у всех есть гель. И все ведут себя… нервно. Даже Лу, хотя она делает вид, что нет.

– Логическая нестыковка, согласился Бзик.

– Есть улика без явного подозреваемого. Есть подозреваемые с алиби. Версия: они все причастны, но невиновны. Или виновен кто-то, кого мы еще не допросили.

– Глэрп, хором сказали они.

Торговца они нашли в его каюте, которая была забита до потолка странным хламом: коробками с пыльными безделушками, нераспакованными механизмами. Сам Глэрп сидел на единственном свободном стуле и пытался стереть пятно геля с мантии влажной салфеткой.

– О, опять вы! – заныл он.

– Человеческий детеныш и его консервная банка! Оставьте меня в покое! Я ничего не знаю про вашего светлячка!

– Но вы рады, что он пропал, – без обиняков сказал Коля.

– Вы же сами сказали: теперь все пойдут смотреть ваши “ ископаемые чихи”.

– Ну и что? – Глэрп надул щеки.

– Это честная конкуренция! А то все бегают вокруг этой капли света, а на настоящую, тонкую работу, на антиквариат внеземных цивилизаций никто и не смотрит!– он махнул рукой в сторону ящика с надписью “ Настоящие зубные щетки тираннозавров с Тритона! 100% подлинность!”

– Где вы были в 14:23? – спросил Бзик.

– Спал! – рявкнул Глэрп.

– У меня был тяжелый день! Я расстраивался из-за низкого спроса! Спал и видел сны, как все скупают мои товары! Алиби нет, свидетелей нет. Что вы мне сделаете?

Сделать они ему ничего не могли. Но Коля заметил кое-что. Рядом с койкой Глэрпа на полу лежал инструмент – маленький мультидрайвер с регулируемой насадкой. Такие используют для тонкой работы с электроникой. Или для вскрытия замков. На насадке блестела едва заметная пленка того самого геля. Сердце Коли заколотилось. Вот она – первая настоящая зацепка! Но… слишком очевидная. Как будто ее подбросили.

– Ладно, – сказал он вслух.