Надежда Лещенко – Долгий путь к Содружеству (страница 40)

– Летом, когда нам вручали волшебные палочки, я не нашла своей. Теперь жду нового лета, чтобы получить палочку. Их у нас делает директор и преподаватель по трудам! – гордо сообщила.

– Хочешь, я тебе пока свою дам?

– Нет, Ричард, это твой инструмент, и не нужно давать его в чужие руки. Запомни: инструмент привыкает к хозяину! – поучительно сказала.

Своих новых друзей Ира брала с собой везде: снять показания приборов на метеоплощадке, отдохнуть в оранжерее, участвовать в репетициях, и так далее. Научила их ездить верхом. Им это понравилось. Во время всех этих уроков и прогулок их сопровождал Арсен, почти не разговаривая.

– Ира, а почему этот мальчик всегда с нами ездит, и всегда молчит? – поинтересовался Ричард.

– Арсен – наш лучший наездник! – с гордостью сообщила Ира. – И он страхует нас, чтоб кони не сбросили.

Однажды она уговорила Арсена показать джигитовку гостям. С большой неохотой он согласился.

– Но, Ирина, если ты хоть вот на столько, – показал кончик мизинца, – мне помешаешь, я могу убиться. Поэтому сидите все, и не рыпайтесь.

И он вывел Вулкана, проверил упряжь, сбросил лишнюю одежду. Джигитовка – всегда увлекательное и захватывающее зрелище. А мальчику захотелось, кроме всего прочего, доставить удовольствие подруге, да и просто покрасоваться, чего греха таить.

Ира никому не говорила, куда они направились, тем не мене, через 10 минут вся школа была около манежа. Арсен превзошел себя. Когда он остановил коня и сошел на землю, Ира подбежала к нему первой.

– Арсен! Ты был великолепен! Научи и меня так делать!

Мальчик, сначала гордо улыбавшийся, от последних слов оторопел.

– Ирина, не девичье это дело. Здесь нужны ловкость и сила. Ловкость у тебя есть, а силенок маловато, не обижайся.

Девочка сердито глянула на друга, что-то про себя буркнула и отошла. Свидетели этой перепалки Бойко и Толкин только переглянулись. Было ясно, что Матвеева не оставит эту мысль без последствий.

Так оно и было. Ира занялась гимнастикой и укреплением мышц. Ежедневно по часу в спортзале. Демешко даже удивился. А Ирина усиленно тренировалась. Ее друзья тоже ходили с нею в спортзал. Правда, уже приближалось расставание.

После отъезда делегации Соколова пригласила в Рабочий кабинет Магистра Матрикуса. Он уже бывал здесь, но все равно, с интересом разглядывал всю обстановку. Магистр еще не привык к соседству компьютера и волшебной палочки.

– Господин Магистр, я хочу попросить вас об одной вещи. В силу сложившихся обстоятельств я веду несколько предметов. Среди них – Защита. Нет-нет, я вам не поставлю никаких условий, – заметив движение Магистра, успокоила, – я очень попрошу вас, пока вы здесь, взять этот предмет на себя. – Магистр кивнул, соглашаясь. – Но я еще попрошу вас, чтобы, обучая ребят, вы и нам, преподавателям, уделили время. Мы ведь все – самоучки. – Пояснила, заметив удивление Магистра. Он заметно растерялся.

– Госпожа Соколова, вы меня не перестаете удивлять. Разумеется, я выполню обе ваши просьбы. Но, признаться, я думал сам поучиться у вас. – наконец улыбнулся Магистр. Его горящие глаза посветлели.

– Ну, значит, решено, – с облегчением произнесла Соколова, – будем взаимно обмениваться знаниями. А теперь, господин Магистр, вы уже везде побывали, все посмотрели, выбирайте себе по вкусу помещение для занятий и для жилья. Если что нужно, обращайтесь ко мне, к Толкину, и к другим преподавателям. Просмотрите расписание, что необходимо, подкорректируйте.

– Госпожа Соколова, я перед вами…

Раздался стук в дверь, и прежде, чем директор сказала: «Войдите!», в кабинет ворвался Исаев.

– Валентина Антоновна! – даже не извинившись, завопил.

– Что с вами, Исаев? – сухо спросила она.

– Валентина Антоновна! Я даже не знаю, что сделаю с этой Матвеевой! Если она своего Кроша…

– А что Крош? – также сухо спросила директор, – снова к компьютеру полез?

– К Главному! Но мой Архангел умница, заблокировался!

– Ну и что?

– А вот попробуйте теперь выйти или войти в школу! И Магия не поможет. Я эту «сладкую парочку» подвешу на первом фонарном столбе! – продолжал бушевать Исаев.

– Андрей Михайлович, сначала выйдите за ворота. – Иронично предложила директор.

– Что? – смешался Исаев, – Зачем это?

– Да оглянитесь вокруг. У нас же нет фонарных или иных столбов. Деревья есть, а столбов нет. И вообще, мы здесь не вдвоем. – по-прежнему, с иронией, говорила.

Оглядевшись, Исаев окончательно смешался.

– Ой, простите! Господин Магистр, здравствуйте, простите, я вас не заметил.

– Немудрено не заметить человека, если хочешь кого-нибудь повесить, – заметила, усмехаясь, директор. – Значит, Крош снова в компьютере. Господин Магистр, что, по-вашему, лучше, наказать домовика или дать ему игрушку? – задумчиво спросила. Не ожидавший вопроса, Магистр привстал.

– Домовые не любят наказаний, профессор. Если можно, не наказывайте его.

– Значит, не любит наказаний. – все также задумчиво произнесла. – Андрей Михайлович! Ну, не расстраивайтесь вы так! Там, на складе, лежит старенький IBM, с него начиналось все ваше хозяйство. Я вас прошу, отладьте его, загрузите играми, и отдайте Крошу. Матвеева подскажет, какими. Пускай занимается. Лады?

– Валентина Антоновна, вашему либерализму нет предела! – засмеялся Исаев. – Только с Крошем поговорите сами. У меня на него аллергия.

– Напрасно, любимый наш профессор Исаев, вы нападаете на нашего единственного Кроша, – улыбнулась ему Соколова, открывая дверь. Исаев, выходя, вдруг нагнулся и чмокнул в щеку директора.

– Ну, вовсе ошалел, баламут! – Отмахнулась она, закрывая дверь.

– Профессор Соколова, я поражен! Ваши методы воспитания и работы – это что-то особенное.

– Господин Магистр, – спокойно ответила, – я по жизни мама. У меня четверо детей и десять внуков. И я давно усвоила правило: чем запрещать, лучше занять голову и руки. Вот и все.

– Профессор, позвольте дать вам совет, – осторожно начал Магистр.

– Да, я вас внимательно слушаю.

– Профессор, для своего Кроша заведите животное, черного козла. Можно маленького, но обязательно черного. Домовые их просто обожают. И ваши животные будут под надежной защитой.

– Да, я слышала об этом. Спасибо, обязательно сделаю так. Скоро у коз будет потомство, добуду черненького для нашего Кроша.

Магистр выбрал себе жилье на том же этаже, что и директор. Она не придала и здесь особого внимания выбору. Он стал преподавать Защиту на четвертом и пятом курсе, а по вечерам учил преподавателей и учился сам. Соколова назвала эти уроки странным словом ЛИКБЕЗ.

Матрикус часто заходил к Горову. Ему было интересно, как изготавливают лекарства врачи. Он заметил странные исчезновения Горова на Полнолуние, и на специфику его внеурочных работ.

Однако, не зная о взаимоотношениях в коллективе, промолчал. Магистр считал, что директор знает, кто у нее работает. Однажды, проводя очередной опыт, Горов с досадой пожаловался Магистру:

– Мне просто необходимо присутствие Неразлучных! А они укатили к вам! Ни один преподаватель не знает так лес и поле, как они. Где-то в лесу есть такой родник, – в нем особая вода. Придется их ждать.

– Давайте мы с вами пойдем в лес, – осторожно предложил Магистр. (Приближалось Полнолуние).

– Благодарю вас, только послезавтра я беру отпуск на четыре дня. А как вернусь, буду рад пойти с вами.

– Профессор Горов, я должен буду рассказать ученикам про оборотней. – сообщил неожиданно Магистр.

Горов от неожиданности вздрогнул, выронил пробирки. Не обращая внимания на разбитую посуду, он медленно повернулся к Магу.

– Кто знает правду? – жестко спросил Магистр.

– Никто. – смертельно бледный, Горов покачнулся, оперся о лабораторный стол. – Никто. А вы откуда знаете? – глухо произнес.

– Это моя работа, профессор, – сухо ответил Магистр.

– Если меня уволят, я покончу с собой! – отчаянно вскричал.

– Сядьте и успокойтесь. – подставил стул Магистр. Горов обессилено упал на него, смахнув штатив с посудой на пол, – оборотни не умирают, как обычные люди. Что вы здесь делаете? Только правду!

– Ищу противоядие. Мне нет смысла лгать. Я действительно химик-фармацевт. И надеюсь найти лекарство.

– Лекарства не существует.

– Нет неизлечимых болезней! – страстно вскричал Горов. – Мы не все знаем, но нет неизлечимых заболеваний. Шесть лет я оторван от семьи, от сыновей, от нормальных людей. Шесть лет – изгой. И таких, вероятно, много.

– У нас есть зелье, которое снимает агрессию оборотня, когда он волк. Если хотите, я доставлю вам его завтра, и рецепт изготовления. Но вы должны все рассказать директору.

– Я просто малодушно боюсь. Эта школа – единственное место, где я чувствую себя человеком. В дни Полнолуния я беру отпуск, уезжаю за 500-1000 км. Потом возвращаюсь. Если Соколова меня уволит, умру от отчаяния.

– Профессор, скоро мы расстанемся. Урок об оборотнях будет последним. Будьте мужественны, профессор! Я вам желаю удачи. А после вашего возвращения мы сходим в лес. Хоть и зима, но все же.

– Благодарю вас, Теодорус Матрикус, – тихо произнес Горов.