Надежда Лещенко – Долгий путь к Содружеству (страница 31)
– Итак, господа, внесите ясность! – предложила Соколова. Заговорил Курилов.
–Как вы все теперь знаете, я был внедрен сюда с определенной целью – охрана Ханы Бинс. Мне удалось выяснить, кто готовил первое покушение, и исполнителя второго. Это оказался один из работников фермы. У него был вот этот приборчик – биатрон, очень компактный и очень мощный. Мой собственный, – он показал оба прибора, – лишь ненамного мощнее. А за лесом девочку ждали. Их, кстати, тоже взяли, – сообщил Маркову, – а вас, друзья, не оставили бы в живых. Ну а ваши ребята! – он повернулся к Соколовой, – Я преклоняюсь перед вами, юная мисс! – и галантно поклонился Кате. Она грациозно и с достоинством ответила на поклон, но все еще хмурилась. Ребята переглянулись, понимающе кивнули друг другу, и вперед выступил Роман.
– Анатолий Сергеевич, извините нас. Мы думали, вы тот, как Марков, и мы за вами следили.
– И в поселке следили?
– Да, разумеется.
– И кто, если не секрет?
– Майборода. – снова переглянулись.
– Ну, молодцы, – окончательно развеселился Курилов, – а я у Волхва спрашиваю, чего он бегает, «Да у него бабка здесь живет!» Охо-хо! Молодцы ребята, грамотно следили. Если б не знал о вашей дружбе, мог бы и не заметить. Надеюсь, теперь будете мне доверять?
– А как же дед-колдун?
– О, это умный дед! У меня там рация стоит. Вы с ним не ссорьтесь, он вам еще поможет. И вообще, идите-ка к подруге, вы ей нужнее. Кыш отсюда! – смеясь выпроводил их.
Хана уже немного оправилась, но врач все равно всех выпроводил вон: «Завтра придете!»
Ночью приехал мистер Бинс и встретил их утром у дочери.
– Я благодарю вас, ребята, за мою дочь. Она – единственная моя радость. Я счастлив, что у Ханы такие друзья.
Ребята смущенно переглядывались. Ответил Роман.
– Мистер Бинс, мы дружим с первого курса. Не нужно много говорить. Хана для нас сделала бы тоже. Можно нам к ней пройти?
– Да, ребята, она вас ждет.
Хана была еще бледная.
– Ханочка, как ты себя чувствуешь?
– Уже хорошо. Но, как мне сказали, если б я не знала трансовых состояний, то могла сойти с ума. Как страшен биатрон! Друзья, какою мы владеем мощью!
– Подружка, мы тебя любим, – обняла ее Катя, – завтра ты встанешь, и мы тебе кое-что расскажем. А пока набирайся сил.
Мэр поселка пригласил к себе директора. Она поехала.
– Здравствуйте, Валентина Антоновна, проходите, присаживайтесь. Спасибо, что согласились на встречу.
– Здравствуйте. Вам отказывать опасно, господин мэр. Чем могу служить?
– Ну, так сразу и служить! У меня другой вопрос. – она удивленно посмотрела. – Да, другой. Скоро Первое Мая. Почему ваша школа не участвует в митинге-демонстрации? У вас запрещено?
– Нет, что вы! Просто хозяйство принимает участие, и я выпустила из виду, – улыбнулась директор, – Скажите, а в концерте мы можем принять участие?
– Разумеется, вы же наши.
Соколова искала и использовала все пути сближения с местным населением. Старая поговорка гласит: «Покупая дом, сначала купи соседа». Она знала, что только дружба с жителями поселка даст школе нормально существовать. Мэр был того же мнения. На педсовете она сообщила:
– Мы идем на Первомайскую демонстрацию и участвуем в праздничном концерте. Потом все возвращаемся в школу, к праздничному столу. Праздник, значит, праздник!
Так школа стала непременным участником всех Первомайских, и не только, мероприятий и праздников поселка.
Соединенную колонну хозяйства и школы возглавляла директор с Толкиным и Исполнительным директором хозяйства, верхом. Также вели своих деканы факультетов. Чародеев возглавлял Исаев.
Ребята шли в праздничных костюмах, по-факультетно. Поселковые ребята шли отдельной колонной, в середине, возглавляемые Звенигорой и Ивановым. Колонна привлекала все взгляды. А выступление ребят и вовсе всех ошеломило.
На сцену поднялись Косова, Демешко и Толкин, с волшебными палочками наготове. Мальчики и девочки, проходя между преподавателями, меняли форму своей одежды на спортивную. Наконец, вся группа, четыре человека, была на сцене. Первой унеслась в небо Косова, потом дети, и последним – Демешко.
Жители поселка впервые увидели балет в Небесах! Легкие, грациозные, переливающиеся всеми цветами радуги, фигурки словно купались в небесной голубизне и солнечных лучах. Это был коронный номер. Зрители онемели от восхищения и удивления.
Выступление окончилось, на сцену опустился Демешко, ребята, Косова. Такого шквала аплодисментов, криков, хлопушек, не удостаивалась ни одна звезда от своих фанатов. Ребята, с достоинством раскланявшись, заняли свои места в колонне. Тем же порядком все направились к школе. Во дворе их ждали накрытые столы. Когда все уселись, директор поздравила всех с праздником.
– Ребята, сотрудники, я всех вас поздравляю с праздником, и с нашим триумфом. Это ваша заслуга. Так держать!
– Есть, так держать!
– Мы сделали еще один шаг к дружбе с нашими соседями. Сегодня праздник, так воздайте должное тем, кто готовил эти столы для нас. Угощайтесь, разорите эту вкусную красоту!
В дальнейшем праздники привлекали в поселок не только жителей окрестных селений, но и городских, и даже столичных. Все шли на «волшебников», как и в театры.
Однажды утром автобус высадил пассажира.
– Здравствуйте, это школа «Фата Моргана». Назовите себя и цель вашего посещения.
– Я кинорежиссер, хочу поговорить с вашим директором.
– Идите по дорожке, никуда не сворачивайте.
Длинноволосый, модно одетый молодчик вошел во двор школы. Была перемена, и по всему двору носились ребята. Одни просто бегали, а другие летали. Молодчику стало любопытно, но когда он попытался подойти к кому-нибудь, его не пропустил защитный барьер. Удивленный и восторженный, он вошел к директору. В первый момент даже растерялся – столько приборов, компьютер. Странно как-то....
– Проходите, присаживайтесь, – раздался негромкий голос.
Вошедший огляделся. Голос принадлежал седоголовой женщине с молодыми глазами. Она стояла около шкафа с приборами. Посетитель сел. Вся его лихость куда-то испарилась без следа.
– Я директор школы волшебного искусства «Фата Моргана», Соколова Валентина Антоновна, слушаю вас, – также тихо и спокойно представилась.
– Я Борзов Иван Павлович, кинорежиссер.
– Я слушаю вас внимательно.
– Я снимаю фильм о волшебниках, и ищу артистов. Ваши дети делают такие вещи! Просто поразительно!
Соколова молча ждала продолжения.
– Я был бы очень признателен, если б кто-нибудь из детей снялся у меня в фильме. Это был бы такой фурор! Настоящие волшебники! – восторженно говорил гость.
– А что из этого будет иметь тот, кто снимется, да и школа?
– Разумеется, деньги и слава. Это же и так понятно. Про вас весь мир узнает.
– Вы полагаете, про нас мало знают? – иронично осведомилась директор.
– А будут еще больше знать.
– И как вы себе это представляете?
Обрадовавшись, Борзов, рванул, как говорят, с места в карьер.
– О, мы можем делать съемки с натуры, в школе. Массовки, отдельные эпизоды. Спецэффекты дорого стоят, эти деньги вы получите. – разливался соловьем Борзов.
– Слушайте меня внимательно: если б мне нужна была дешевая репутация рекламного характера, я бы давно это уже сделала. У меня школа НАСТОЯЩЕГО волшебства, а не подделка. Мы учим детей по-настоящему быть волшебниками. Ваши дешевые трюки моих детей не волнуют. И прошу запомнить: если я в фильме увижу хоть что-то, снятое в моей школе, я отдам вас под суд. Ясно?
Оторопевший режиссер смотрел и удивлялся: куда девалась тихая домашняя старушенция? Перед ним сидела уверенная в себе женщина, и куда делась ее мягкость? Это была крепость, которую осадой не взять, и не разрушить приступом.
– Разве вам не нужны деньги? – все еще не сдавался Борзов.
– Деньги всегда и всем нужны. Но вот способ их получения для меня важен. Я не размениваюсь на мелочах.
– Но я вам предлагаю тысячи!
– Для моей школы нужны сотни тысяч. И дело даже не в деньгах. Вам этого не понять. – Она взмахнула палочкой, на стол прыгнул кувшин с квасом и две кружки. Еще взмах, и кружки наполнились пенящимся напитком.
– Угощайтесь, такого вы нигде не попробуете.