Надежда Кузьмина – С огромной любовью (страница 3)
На знакомой изрытой дороге
Собирает Молога гостей.
Сказка
«Тишина и ручеёк»
Надоело Тишине дома сидеть, и надумала она прогуляться. Пошла Тишина в лес, пошла в поле, ушла далеко-далеко от дома. Где она ни пройдет, все вокруг замолкает – затихает. Птички песни петь бросают, деревья разговоры свои забывают, ветры нрав свой усмиряют. Шла долго ли, коротко ли Тишина, вдруг на ее пути повстречался говорливый Ручеек. Бежит Ручеек по камушкам, нежится средь травки зеленой, улыбается солнцу ясному и звонко переговаривается с черемухой белой, что растет-цветет на берегу неугомонного Ручейка. Подошла Тишина поближе; стоит, удивляется: не было еще такого, чтобы ее ослушались, чтобы при ее виде не умолкало все, что ни встретится на пути. Прошептала она удивленно:
– Почему шу-ми-шь-шь? О чем говори-шь-шь? Что пое-шь-шь?
А Ручеек еще радостнее, звонче журчит-бежит, переливается, с цветными камешками переговаривается, на Тишину заглядывается. Уж больно хороша Тишина в платочке алом шелковом, с задумчивыми черными очами под бровями пушистыми. Поглядишь на такую красавицу – все на свете забудешь! И забыл Ручеек работу свою мирную, камешки золотистые, берега зеленые. Перестало звучать сердце его звонкое, не услышат речь его певучую ни пташки малые, ни звери лесные, ни черемуха душистая. Помчался Ручеек вслед за гордой тишиной, да и сгинул где-то, только услышала птичка-синичка, прилетавшая к Ручейку водицы напиться, его последнее дыхание, последний шепот, похожий на слабый шелест листьев:
– Бегу-у-у, даж-же если погибну-у!
Остался после него след узорчатый, цветными камешками вытканный. Прилетает к нему птичка-синичка, побегает по камешкам, пособирает жучков-червячков и на Мологу летит, чтобы водицы напиться. Ходят по следу бывшего Ручейка детки малые, собирают камешки себе на потеху да вспоминают время прошлое, когда жил, веселил их неугомонный Ручеек, неистощимый на выдумки и загадки. Придут взрослые, удивятся: был Ручеек, да сплыл, а где искать его, в какой стороне-сторонушке потерял он головушку свою буйную, никто не знает! Вернулась из дальних странствий Тишина, совсем притихшая, потускневшая, ни с кем не разговаривает, ни на кого не глядит, все молчком да молчком. Остановилась она там, где прозрачный Ручеек бежал, вынула из своего пышного рукава платочек узорчатый, вытерла слезы горькие, да и поселилась навеки на том самом памятном месте, где впервые встретила славного молодца, где повстречала любовь свою первую… Только никто не узнал, что с их любовью приключилось: сама Тишина тайну строго хранит, а Ручейка того теперь и след забыт… Тихо-тихо теперь на том месте, где Ручеек бежал. Приходят сюда старые, малые, молодые, удалые послушать Тишину, посидеть в одиночестве, осмыслить свою жизнь. Черпают здесь люди силу, терпение для трудных дел и новых свершений…
Тайны кургана
Я стою на вершине кургана.
Тишина, вышина – и простор.
Из засохших былинок бурьяна
Еле слышно доносится хор.
Это ветер звенит на вершине,
Забирается в шапку сосны,
Прошуршит, подражая машине,
Сторожит легендарные сны.
Кто здесь спит под курганом высоким?
Чьи здесь кости под небом лежат?
Кто остался навек одиноким
И где спорная ваша межа?
На вопрос старожилы ответят,
Утверждая: «Литва тут прошла».
Молодые с насмешкой заметят:
«Может, конница Батыя шла?!»
И опять тишина на кургане,
Только слышится ворона грай,
Да ветрище гудит на органе,
А усопшим в земелюшке – рай.
Из глубины веков
В самой глубинке России,
Там, где Молога течет,
Средь серых туманов и синих
Божественный храм предстает.
Не раз над Мологой звенели
Удары тяжелых мечей,
А над просторами пели,
Гремели набаты церквей.
В огнях полыхали деревни,
Страдали хлеба и поля.
А там, где стояли пелевни,
Нищала родная земля.
И вновь по примеру Христову —
Смертию смерть поправ! —
Возводит русич основу:
Дом, пастбище, ниву – и прав!
Века утонули в Мологе —
Церковные храмы стоят.
Курганы лежат вдоль дороги,
Старинные тайны хранят.
Старушка покажет, бывало,
Где шла тут Литва на Москву.
Кургана давно уж не стало,
Но все здесь наводит тоску.
Сосна тут растет одиноко,
Касаясь корнями веков.
И тянутся ветви высоко,
Коснуться хотят облаков.
Плывут над Мологой туманы,
Бегут над водой облака.
Легенды, преданья, обманы —
Хранит все надежно река.
Тишина…
Уходят из жизни, уходят
Друзья и соседи мои.