Надежда Курская – Тайный цензор императора, или Книга пяти мечей (страница 30)
[15] Монстр –убийца – серийный убийца
Глава 4. Будда воинов
Цензор внезапно чихнул несколько раз подряд. Заботливая Жожо тут же забеспокоилась:
– Господин, Вы не простудились ли часом?
– Нет! – раздраженно отмахнулся он, но снова предательски чихнул.
– А мне кажется, что да…
Пожалуй, даже слишком заботливая.
– Должно быть Вас кто-то вспоминает…. – предположила Фэй Фэй, вспомнив о народной примете.
Цензор вертел в руках странную монетку с четырьмя гранями, думая о ее предназначении. Кто стал бы и по каким причинам держать четырёхгранную монетку, означавшую число четыре, которое созвучно со смертью?
Слуга явился словно специально, чтобы поглумиться над всеми:
– Вы опять можете питаться этой гадостью, а я вот навел справки, где можно разжиться настоящей едой. С поваром принцессы кормят как на убой!
– А ты только и думаешь о том, чтобы брюхо свое набить, – ехидно усмехнулась ФэйФей. – Сам как скотина!
– Вы просто все мне завидуете…
– Да у тебя никаких интересов нет кроме живота своего! – бросила в него Жожо.
Ван Эр не остался в долгу и на ум ему пришло вот что:
«С гордым презрением глупцы про еду рассуждают.
«Брюхо набить», – говорят, – лишь одно твое счастье!»
Пусть говорят…
Все равно не хочу быть голодным».
– Лучше скажи, ты поспрашивал у монахов? Видели ли что-нибудь или кого-нибудь? – перебил его цензор, не оценив старания слуги должным образом, проигнорировав сочиненное экспромтом стихотворение. – Не слышали ли они чего подозрительного? – спросил он строго у своего помощника.
– Я сегодня пошатался везде, слышал, как тайские чиновники общались между собой. – Как-будто квакают. Кво-ка-кво-и-и-и-и-и… -слуга не знал тайского языка и попытался изобразить то, что ему довелось услышать. – Вот они так между собой они разговаривают. До чего ж язык этот неприятен на слух! А сколько возмущения было, того гляди обнажат свои мечи, вымещая на нас свое недовольство!
– Хотя их можно понять, – Жожо славилась тем, что могла взглянуть на дело с разных сторон, в том числе с противоположной.
– Ван Эр, что ты узнал по делу, выскажись уже!?
– Господин цензор, ничего. Совсем ничего. Только то, что у принцессы замечательный повар.
– Уйди отсюда, чтобы я тебя не видел! Опять ничего полезного не узнал! Зачем я тебя посылаю???
– Если мы будем сидеть и ждать – дело не сдвинется с мертвой точки, – резонно подметила Фэй Фэй.
– Может сделаешь что-нибудь полезное? – предложил ей господин цензор.
И ФэйФэй ушла чистить клинок, не нуждающийся в этом, лишь бы заняться видимостью того, что она сильно занята и при этом не мозолить глаза раздраженному чиновнику.
– Мне придется совершить ночную вылазку. Ничего нельзя вам поручить! С Вами мне все приходится делать самому! За что я Вам всем плачу жалование? – высказал цензор все то, что думал в последнее время о своих «помощниках», а вернее о своих бесполезных подручных. -Жожо, помоги мне переодеться в черное.
Черная одежда позволяла слиться с темнотой ночи, а внимательность тайного цензора императора остаться незамеченным. Здесь, в монастыре ночью жизнь замирала. Монахи усердно молились у себя в кельях и не выходили. Сторож также старался не покидать своей рабочей сторожки. Тайская делегация закрылась в отведенных покоях. А пагода, занятая принцессой с ее свитой, тщательно охранялась и выглядела неприступной крепостью. Конечно, его интересовали покои тайской посольской делегации. Он не надеялся найти какие-то зацепки, но полагался на госпожу своенравную – удачу, которая любит везучих.
Луна-помощница не подвела, указала путь. Он ловко пересек стену, пролез через полуоткрытые ставни и оказался внутри, делов-то. Трудность заключалась в другом. К счастью, его слуга узнал, где именно расселились приехавшие чиновники с соответствии со своим саном. Он начал обыск с покоев секретариата. Здесь было много закрытых сундуков. Он начал рыться в них, привезенных сюда вместе с традиционными подарками для невесты. Иноземные вещи в основном состояли из статуэток, резных фигурок, изящных подсвечников, восковых и медовых свечей, но были также и ткани, украшения, в отдельных шкатулках цензор обнаружил специи и чай, завернутые в бумагу. Что ж, обычно интуиция не подводила его. Ночные вылазки были полезными. Трудно раскрыть убийство не зная мотива. И он желал найти доказательства, подтверждающие, что этот брак был не угоден не только богам, но и какой-то из сторон.
Он хотел пройти мимо остывающей жаровни, как его внимание привлекло наполовину опаленное перо и кусочек дотлевающей бумаги, брошенный в жаровню, но не догоревшей почти целым краем. Он сдул пепел и отряхнул бумагу. Слабого лунного света, падающего через окно, ему хватило чтобы разобрать написанное.
Цензор видел в темноте чуть лучше обычных людей. Сохранилась лишь часть текста. По счастливой случайности письмо оказалось вполне читаемо, начала предложений сохранились, а вот конец нет, но общая мысль была ясна. В личности получателя сомневаться не приходилось, а вот отправитель письма был не ясен. Хотя бумага и показалась знакомой, он не помнил, где ему ранее встречалась с похожим качеством. Лист бумаги был своеобразный, цвет необычный – с золотистыми вкраплениями, бумага явно выглядела дорогой из хорошего дерева, плотная, но не просвечивающая, идеально подходящая для официальных документов. Он сгреб в ткань, бережно собрав кусочки и клочки из жаровни, возможно, им еще удастся восстановить текст. В городе, наверное, смогут определить кто продает такую бумагу, цензор спрятал свою находку за пазуху в карман и удалился прочь. В следующий раз он посетит другую комнату. Удача любит осторожных людей.
За пределами внутреннего дворика, он ощутил радость, что не зря не спал в эту ночь. И на обратном пути, когда ему осталось лишь завернуть за угол и подняться по лестнице Гуань Шэн Мину показалось, что он увидел синие огни и отделившуюся тень, но протерев глаза, уже ничего не увидел, поэтому списал на усталость и недосып. Вечно ему призраки всюду мерещатся. Ладно призраки! А ведь и драконы грезятся во сне, хорошо хоть пока не наяву!
Первым дело он попросил принести горячего чаю и предъявил письмо слуге, велев приложить все усилия к тому, чтобы собрать по кусочкам текст, словно мозайку из разных маленьких кусочков. Втроем они занялись восстановлением текста и, хотя никто из них не представлял, как именно это сделать, а главное, с чего начать, но, тем не менее ночи хватило, чтобы к наступлению утра они справились, после чего поспешно ознакомились с получившимся содержимым.
Из текста стала ясна ситуация. Письмо содержало угрозы и предупреждения, что произойдет, если тайский принц не побоится пересечь границы и решится все-таки жениться. Кто-то очень не хотел, чтобы тайский посол приезжал и был против этого брака. Изначально это были просьбы, потом угрозы, что тайский посол пожалеет, что предложил данное соглашение закрепить брачным союзом. На письме не было подписи, вернее эта часть письма не уцелела.
– Кажется, это было далеко не первое письмо. Здесь повторялось, что: «после неоднократных угроз»? – прочитала дословно Жожо.
– Фэй Фэй, я даю тебе важное задание, возьми это письмо и выясни какими чернилами написано и кто продает такую бумагу, – отдал поручение цензор своей телохранительнице. – Выясни, кто мог пользоваться такой бумагой? Это можно узнать только в городе, ты выезжаешь немедленно.
– Но я нужна Вам здесь! Что, если что-то случится?
–Я здесь решаю кто чем будет заниматься. И пока все спокойно, солдаты Наместника присланы и ожидают у стен монастыря в случае непредвиденного. Здесь безопасно, как в покоях императора.
– Солдаты за стеной. Ничто не спасет Вас внутри! Ведь мы не знаем кто убийца! У меня предчувствие, что опасность затаилась, но это продлится недолго.
– Езжай, мы справимся здесь без тебя. Я буду в порядке. В стенах храма нам ничего не угрожает. Фэй Фэй отбывает немедля, – повторил тверже цензор и помощница развернулась, смирившись с порученным заданием.
– Так, а вот Ван Эр, ты мне будешь нужен этой ночью.
– Зачем?
– Ловить призрака.
– Но я не хочу – я же так плотно поел! Кто знал, что мы не будем спать этой ночью. Что?! Призрака? Я их боюсь!
– Лучше бойся живых. Живые гораздо страшнее, уж поверь мне. И да, Эр, сделай-ка важную запись.
Слуга готов был записать заметки по делу, он с готовностью освежил кисть, аккуратно обмакнул ее и занес над листом и приготовился записывать.
Цензор с задумчивым видом продиктовал:
Удивленный слуга взял отдельный лист, раз уж господина посетило вдохновение, но не отпускало так быстро.
– Как же Вы разрешите это непростое дело?
– Надо поймать просветление перед таким делом. Не зря же мы находимся в буддийском храме.
– Вы пойдете готовиться к просветлению?
– Я да, а ты будешь сторожить мой сон. Фэйфей уехала же.
После чего чиновник лег спать, велев не тревожить его дневной сон. И Золотой дракон не посещал цензора, так что спал он спокойно и крепко, а может быть все дело было в новом рецепте настоя, который готовила Жожо, а может потому, что он отдыхал в непривычное дневное время, когда Золотой дракон изволил отдыхать.