Надежда Коврова – Ковров: петля веков (страница 4)

Таким образом, первый день в прошлом периода Великого Княжества Московского закончился для наших современников как нельзя лучше. Засыпая на пуховых перинах и подушках, Василиса мечтательно проворковала: «Вот где хорошо отпуск проводить». Владимир улыбнулся и чмокнул любимую в нос. «Здесь и правда, очень неплохо. Однако мы должны быть готовы к любому повороту событий. Нужно выспаться, чтобы на следующий день голова была светлой. Необходимо наметить план дальнейших действий. С чего начать поиск княжеского сына? К сожалению, до наших дней дошли не все исторические данные», – сообщил молодой человек и воззрился на мирно посапывающую супругу. Володя не понимал, откуда в его голове появились мысли о том, что им с Василисой следует заняться поисками пропавшего княжича.

Раздумья молодого человека прервал крепкий сон. Ему снился родной дом и знакомые образы близких ему людей. Вдруг Владимир явственно увидел лицо князя Ивана Андреевича Коврова. В его взгляде было что-то хищное. «Это сон или явь?» – попытался понять Володя. Молодой человек попытался разомкнуть тяжелые веки и осмотреться, но это ему не удалось. Усталость от треволнений прошедшего дня, а также ощущение необъяснимой тревоги взяли свое. «Это просто сон. Всё будет хорошо», – попытался успокоить себя Владимир, еще глубже проваливаясь в тяжелый сон.

Глава 4. Оперативно – розыскная деятельность

Проснувшись утром от отчаянного «Кукареку», молодые люди поначалу были огорчены тем, что по-прежнему находятся в прошлом. В глубине души Владимир и Василиса надеялись на то, что ситуация разрешится сама собой, и их миссия будет завершена практически не начавшись. Но чуда не произошло, и нашим современникам пришлось задуматься о их будущем в чужом для них времени. У наших путешественников во времени пока не было какого-то определенного плана действий, но из разговора с Мефодием они сумели сделать два немаловажных вывода.

«Что ты думаешь о загадочной болезни князя Василия Андреевича Коврова, его брате Иване Андреевиче и бедняжке, которую злой дядюшка собирается сослать в монастырь? – задалась вопросом Василиса, – Насколько я поняла нашего нового друга, в роли главного злодея он видит князя Василия. Думаю, что свою великую миссию нам стоит начать с этого высокопоставленного семейства». «Нам действительно следует присмотреться к княжескому семейству, но как подсказывает мне опыт любителя классических детективов, главным злодеем обычно оказывается тот, кто до последнего времени оставался вне подозрений».

– Вовочка, ты меня заинтриговал! Так это просто рассуждения любителя детективного жанра? А может ты имеешь ввиду, конкретного человека?

Владимир на минуту задумался, но по выражению его лица Василиса догадалась о ходе его мыслей. «Ты считаешь, что главным злодеем во всей этой истории является вовсе не брат князя Василия? – поинтересовалась девушка, – Но в таком случае, из известных нам персонажей остаются только княжич Семен и сестрица его Лада. Если Мефодий прав, и паренек действительно куда-то запропастился, то вывод напрашивается сам собой. К тому же барышню из хорошей семьи трудно заподозрить в чем-то криминальном, особенно в покушении на убийство кровного родственника. Насколько правильно я уловила ход твоих мыслей?».

– Ты всегда понимала меня с полуслова. Моя версия действительно строится на том, что дочь князя Василия Коврова решила устранить тех, кто встал на её пути к заветной цели. Нам остается выяснить лишь то, в чем именно она, то есть эта самая цель заключается. А еще неплохо бы расспросить Мефодия о том, кто из княжеской семейки находился в доме-тереме в момент его прибытия. Для кого были доставлены продукты и… Кроме провианта в телеге было еще что-то. Ценная вещица была завернута в кусок рогожи, и я не смог понять, что это был за предмет.

– А еще мы должны расспросить Мефодия о том, где находится дом Ивана Андреевича. Из его рассказа я поняла так, что он по какой-то причине обосновался в его тереме. Но так быть не могло. Василий мог поселиться в доме брата лишь на время болезни последнего.

– А что, если Иван Андреевич знает или догадывается о причинах болезни брата и желает предотвратить развитие событий по худшему сценарию?

– Если это действительно так, то Иван Ковров и сам может находиться в большой опасности. Мы ведь не можем знать наверняка, кто в нашей истории является плохим парнем.

«Кушать подано», – нараспев известил Мефодий наших путешественников. Молодые люди вскочили, как ошпаренные. Ведь в те давние времена не принято было бездельничать, пролеживая бока без веских причин. Все, или почти все, были заняты делом и к своим обязанностям относились чрезвычайно ответственно. Праздным времяпрепровождением можно было легко себя выдать. «Дело – прежде всего», – с улыбкой сообщил Владимир. Василиса кивнула и быстро облачилась в сарафан, предоставленный с вечера сыном купца. По пути в большой дом молодые люди затеяли спор по поводу того, можно ли доверить Мефодию тайну их появления в данном временном периоде. Владимир считал, что это сделать необходимо. Ведь тогда Мефодий сможет оказать им целенаправленную помощь. В противном же случае он наверняка неправильно оценит ситуацию и не предоставит всей имеющейся у него информации, посчитав излишней какую-то её часть. «Мы расскажем Мефодию о том, как оказались в этом времени, но только в том случае, если у нас не будет другого выхода! – резюмировал Владимир, – Попробуем расспросить его о князьях Ковровых, но так, чтобы наш повышенный интерес к их жизни не показался подозрительным».

В большой и светлой столовой хозяйского дома путешественников во времени ждал изысканный по нашим временам завтрак. Молодые люди не знали, с какого блюда начать трапезу. Василиса начала с пирогов, а Владимир – с блинов со стерлядью. За всеми этими разносолами наши современники не сразу заметили внимательный и даже несколько настороженный взгляд Мефодия. Сын купца оказался весьма проницательным и умным парнем. К счастью, он был еще и хорошим человеком. Иначе, не сносить бы головы гостям из будущего! «„Кушайте, кушайте“, – говорил купеческий сын, – Это вам не полуфабрикаты какие-нибудь, а натуральные продукты». Владимир и Василиса с нескрываемым удивлением посмотрели вначале друг на друга, а затем уставились на сына хозяина дома.

После завтрака Мефодий начал долгий, но чрезвычайно необходимый в подобных случаях разговор. «А теперь извольте поведать правду, гостюшки дорогие! – промолвил он решительно и даже властно, – Откуда вы прибыли в наши благодатные края?» «Отсюда же…», – начал было Володя, но запнулся, не закончив фразы. К великому изумлению молодых людей, Мефодий совсем не удивился услышанному. Более того, он задал совершенно нелогичный вопрос: «С какой целью направлены и за каким делом?» «В каком смысле «направлены»? Мы вообще ничего не понимаем», – ответила Василиса. «Я сразу понял, что вы не из нашего времени. Но вижу, что люди вы добрые. А, стало быть, и цель у вас благая. Поэтому и не донес на вас воеводе».

Владимир с Василисой, как можно проще для понимания не очень просвещенного человека, изложили обстоятельства их появления в давно прошедшем XVI веке. Они рассказали о своей жизни в будущем, то есть в том времени, из которого они были «направлены». «О цели своего визита в прошлое мы ничего не знаем, хотя понимаем, что она непременно должна быть, – пояснил Владимир, – Я и Василиса невольно оказались во власти петли времени, потому что неведомым нам образом, оказались вовлеченными в события, ход которых связан с днями, давно минувшими». «Что за события? Говорите вы непонятное. Не бесы ли вас направляют? – поинтересовался Мефодий, – А то будут вам петли на шеях!» «Как вы могли подумать такое о людях, которые ни разу в жизни не совершили никакого зла? – всхлипнула Василиса, – Мы не имеем вообще никаких дурных мыслей… и намерений. Более того, мы уверены в том, что должны сотворить какое-то доброе дело. Именно положительный результат некоего благочестивого и даже общественно полезного действия поможет нам вернуться домой!»

Мефодий смотрел на путешественников во времени то ли с недоверием, толи с все более возрастающим интересом. Во всяком случае, ни Владимир, ни Василиса не решились задать купеческому сыну вопрос о том, при каких обстоятельствах он сталкивался с перемещениями во времени. «А ведь Мефодий явно имел какое-то отношение к путешествиям в будущее, – прошептал Владимир супруге на ухо, – Иначе, откуда ему знать о полуфабрикатах? Сына хозяина дома интересует главным образом цель нашего визита, точнее, является ли она благой, или же наоборот. Что кроется за странным поведением Мефодия?»

Василиса не понимала, что происходит. Она настолько сильно растерялась и расстроилась, что не придумала ничего лучше, чем закрыть лицо руками и горько расплакаться. Владимир принялся её успокаивать. При этом он то и дело бросал на Мефодия переполненные негодованием взгляды. А сын купца и сам уже пожалел о том, что проявил излишнюю жесткость в разговоре с мало знакомыми ему людьми. Что, если они и впрямь не замыслили ничего дурного? «Ну будет, будет тебе, девица! – немного смущенно пробормотал Мефодий, – Рассказали бы мне сразу всё, как есть, так я и не стал бы гневаться! Или думаете, что не уразумею я планов ваших хитрых?» С этими словами купеческий сын достал из комода лоскут мягкой тряпицы и протянул его всё ещё всхлипывающей Василисе. «А тебя, девица красная и впрямь Василисой величать? Неужто это имя прижилось и в вашем времени?» – поинтересовался Мефодий у своей гостьи.