Надежда Исаева – Душеловы (страница 12)
Пожилая дама с собачкой на руках кивнула вслед девушкам, напевно осудив их неожиданно приятным звонким голосом:
– Понабрались жути заграничной. Чужой кошмар как хит народных гуляний. Бред! Хэллоуин какой-то выдумали.
Но молодой человек ей не ответил: его спина мелькала уже далеко в толпе.
– Всегда-то они спешат, – досадливо обронила дама вслух и, чмокнув собачку в мордочку, продолжила свой путь.
***
Игорь свернул в сквозную арку жилого дома и с разбегу попал в кучу-малу нетрезвых дерущихся парней. Вернее, двое забияк дубасили ногами скорчившегося на земле подростка, который не сопротивлялся и лишь прикрывал голову руками. Не успевая затормозить, рохля Игореша, как охарактеризовал его Дарий, споткнулся о лежачего юношу и, теряя равновесие, схватил для опоры одного из нападающих за полы куртки. Тут же получил от него удар в лицо и рухнул на асфальт как подкошенный.
– Диман, лупи подмогу! – пьяно скомандовал драчун товарищу.
– Четырехглазый уйдет, – указал тот в ответ на отползающего в сторону избитого мальчишку.
– За ним должок! Не упусти! – поступила очередная команда от лидера и оба с жаром налетели уже на две жертвы.
Из стены арки появились полупрозрачные колышущиеся тени в строгих похоронных костюмах с котелками на головах и скорбным выражением на лицах. Ярким пятном в этом мрачном облике потусторонних гостей выделялась синяя лента, привязанная к запястью одного из них. Сюда под арку пожаловали гости с того света – жнецы смерти: наставник со стажером. Значит, быть беде!
– Приготовься, сейчас будешь брать, – говорит тот, кто постарше.
– Может, я сначала посмотрю? – робко возражает молодой.
– Твоя стажировка подходит к концу, а ты еще ни одной души не принял. Из-за тебя я лишусь квалификации.
Жнец непреклонен. Стажер с лентой медленно отплывает от стены, затем останавливается в нерешительности.
В это время Игорь с распухшим окровавленным лицом встает на ноги, озирается в поисках букета. Футляр с кольцом крепко сжимает в кулаке – не вырвать. Кажется, он совершенно не понимает происходящего. На своей волне. Видит, как очкарик отмахивается от дуболомов его букетом. В разные стороны отлетают цветы, теряя в полете лепестки. Парень не задумывается, отчего наблюдает за цветочным полетом в замедленном темпе. Будто время остановилось. Нет прошлого. Нет будущего. Осталось только настоящее. И он – тихий и застенчивый когда-то, – сейчас просто звереет. Откуда накатила эта волна, вывернувшая его наизнанку?
– Вот сейчас! Не упусти! – предупреждает старший жнец младшего.
Игорь набрасывается на пацана в треснувших очках, отбирает то, что осталось от букета. Глухо рычит. Подросток прытко прячется за спины недавних оппонентов. Озверевший тихоня бесстрашно надвигается на дебоширов.
– Что за трясогузка?! – недоумевает один из них и интересуется у очкарика. – Ты кого привел?
Бедолага отнекивается:
– Да я его не знаю!
Долговязый детина протягивает к парням руку с пучком стеблей, грозно потрясает ею. Кулак с зажатой коробочкой поднимает над головой. Открывает рот, чтобы высказать наболевшее…
Подручный главаря втыкает нож в шею обезумевшего жениха. Жнец подталкивает своего помощника к нему. Удивленный Игорь с торчащим из шеи ножом, медленно переступая, поворачивается. И тут же сталкивается со Стажером, подминает его под себя и они оба падают на землю.
***
Игорь любуется стройной фигурой Иришки в купальнике, поливающей цветочные клумбы из шланга. Солнце больно светит в глаза, мешает наслаждаться прекрасным зрелищем. Он частенько тайком из-за забора наблюдает за своей богиней. Она его мечта, его недосягаемая звезда, его центр мироздания. Она – это все, он – ничто.
Ира высоко поднимает шланг, направляет струю в сторону прячущегося воздыхателя и окатывает его водой. Растерянный и мокрый влюбленный сосед вскакивает на ноги. Девушка задорно смеется в брызгах воды, откидывая голову назад. Безукоризненная в своих пропорциях шея вытягивается, вытягивается…
Маленькая пульсирующая жилка на ней привлекает его взор. Отчего жилка разрастается и пульсирует в такт его сердца? «Вот оно счастье, когда двое как одно целое», – млеет от восторга парень и летит в пустоту, разорванную взрывом.
***
Игорь лежит на земле, на нем лицом к лицу лежит Стажер. Оба удивленно смотрят друг на друга. «Ты кто?» – хочет спросить человек, но проваливается в бездну, из которой его, словно сорвавшегося в пропасть альпиниста, тянут канатом наверх.
Оглушенный взрывом парень постепенно выныривает из тишины, начинает различать звуки города: урчание автомобильных моторов, шелест шин по влажному асфальту, голоса людей. Да, голоса… Глухой голос, как выдох уставшей трубы, интересуется:
– Ты на фига его пырнул?
«Почему трубы? – удивляется своим ассоциациям жених. – Я никогда не слышал уставшую трубу…»
– Вы взяли нож на меня?! – пищит с придыханием ломающийся голос.
Игореша точно знает, что это тот, кого избивали, и тот, кто его букет превратил в веник.
– Припугнуть хотел, – сипло картавит убийца, воткнувший нож в его шею.
– Сдох? – это снова труба.
Осторожные шуршащие шаги, толчок ногой в тело Игоря.
– Делаем ноги! – приказывает главарь.
Картавый подносит кулак к лицу вжавшегося в стену очкарика.
– Нас тут не было! Понял?
Перепуганный парнишка согласно кивает головой и трясущимися руками поправляет очки. Его мучители со скоростью ракеты убегают из арки в сторону улицы. Подросток облегченно выдыхает испуг из тела и по стеночке идет из арки в сторону двора к своему подъезду.
Жнец подходит к лежащему на земле человеку.
– Эй, стажер! – зовет негромко.
Покойник поднимается в сидячее положение. В это время в арку возвращаются хулиганы. Игорь слышит командный голос трубы:
– Лох, тютя! «Пальчики мои, пальчики». Забираем нож и разбегаемся…
Слышит, как резко обрываются шаги… «Мною любуются, – отмечает про себя новопреставленный и со злорадной усмешкой медленно поворачивает к ним голову. – Любуйтесь, ублюдки!» Слышит, как с воплями и, спотыкаясь, те убегают.
Из лица Игоря высовывается улыбающийся Стажер. Жнец осуждающе качает головой и закрывает лицо руками. За этой сценой наблюдает нечаянно обернувшийся очкарик. Он тут же млеет и сползает по стенке на землю.
Глава II
По тротуару идут Игорь с лицом Стажера и Жнец. Из шеи жениха торчит нож, в руке зажата коробка с кольцом.
– Стажер, куда ты прешься? Что это еще за вечерний променад?
Сквозь Жнеца проходит женщина с коляской, оглядывается на окровавленного парня с ножом в шее, ускоряет шаг.
– Это не я!
– Как не ты? Трупы не ходят.
– А мой – идет!
Игорь и Жнец останавливаются, смотрят друг на друга.
Собачка пожилой дамы, проходящей мимо, лает и рвется с поводка.
– Ах, это вы, молодой человек! Очень натуральный костюм. Решили поучаствовать?..
Молодой человек недоуменно оборачивается на слова интеллигентной старушки.
– … в карнавале монстров?
Она указывает на спешащих подростков в костюмах скелетов. Женщина наклоняется к песику, ласково треплет у него за ухом.
– Зизи, и тебя черти напугали? Да уж, нам с тобою теперь не уснуть. Погуляли, называется.
Дама с тявкающей и упирающейся собачонкой сворачивает с тротуара к пешеходному переходу. Рохля-покойник садится на лавочку и обхватывает голову руками.
– Что это со мной? Что происходит?
– Ты помер. Я пришел за тобой. Такая процедура. Так что пошли уже, – звучит в голове недовольный голос.
Покойник так резко подскакивает, что Стажер наполовину вываливается из него. Тут же Жнец хватает напарника за плечи и тянет на себя. Мертвый клиент резво перепрыгивает через скамейку и прячется там.
– Штаны не обмочи, – насмехается голос в его голове. – Хоть и вымахал с версту, а труса из себя не выдавил.