Надежда Федотова – Воплощение снов (страница 52)

Слушатели опять зашумели. Из-за столика справа от ниши, где сидели притихшие адепты, поднялся грузный мужчина с окладистой бородой.

— Всё так, Теллер, — густым низким голосом, перекрывшим остальные, проговорил он, — но разве не обладающих даром свозят в Бар-Шаббу насильно? Они вольны решать сами — в отличие от нас. А мы не выбирали, кем родиться.

Мэтр улыбнулся:

— А разве я с этим спорю?.. Я такой же маг, как и вы. Но что касается отсутствия выбора… Вам не кажется, что отмеченные силой слишком уж часто апеллируют к «несправедливости судьбы», норовя при этом хорошо устроиться за ее счет? Маг — ценный ресурс! Маг — особая статья! Маг — носитель священного дара! Истинно так — ресурс и носитель, частенько неспособный даже шнурки самому себе завязать… Мы обленились, друзья, увы! И по доброй воле загнали себя в рамки, став пленниками собственной силы. Да! Мы сами себе тюремщики, хотя могли бы стать творцами новой жизни — не только для себя и своих детей, но и для тех, кто, обделенный даром, имеет мужество находиться рядом с нами денно и нощно, трудясь нам во благо!

Уэйн Теллер, на миг умолкнув, печально усмехнулся.

— Мы много говорим о правах, но почему-то редко вспоминаем обязанности… А обстоятельства таковы, что последних у не обладающих даром куда как больше, чем первых. Но ведь все мы рождены от матери и отца, все мы люди и все мы равны перед богами — отчего же тогда, хочу я спросить, маги то и дело забывают об этом?

Откуда-то из глубины притихшей залы долетел одинокий саркастический смешок. Мэтр обернулся. Нейл в своей нише тоже вытянул шею — и вытаращил глаза. Высокий сухопарый мужчина преклонных лет, что стоял, привалившись плечом к стене у самого входа, тот самый, кто только что подал голос, был ему знаком. Райан Рексфорд едва слышно выругался.

— Норвиль, — пробормотал он. — Да что им всем здесь сегодня, медом намазано? Прости, Нейл, старина. Не тот я, похоже, кабак выбрал для дружеских посиделок…

— Брось, — тоже шепотом отозвался адепт эль Хаарт. — Какое дело доверенному лицу архимага до нас с тобой? Он, верно, даже имен наших не знает.

— Да при чем тут мы! Норвиль Теллера на дух не переносит. По чьей указке, думаешь, Уэйна из школы выставили?.. Будет сейчас шороху!

Нейл с сомнением качнул головой, не отводя глаз от бесстрастного лица Хьюго Норвиля. Он тоже, конечно, не был с ним знаком. Но герцог эль Хаарт отзывался о доверенном лице архимага Бар-Шаббы с неизменным уважением, а мнение отца для Нейла являлось последней инстанцией. И чего так занервничал Райан? Ну не драки же он опасается! Барон Норвиль до такого не опустится, а что касается мэтра Теллера — так на забияку он точно не похож…

Предмет его мыслей, повернув голову в сторону дверной занавеси, мягко улыбнулся.

— Добрый вечер, барон, — сказал он, учтиво кланяясь высокому гостю. — Какая приятная неожиданность — увидеть вас сегодня здесь. Прошу, присаживайтесь!

Он выдвинул из-за стола собственный стул. Однако Хьюго Норвиль лишь коротко качнул головой, не двинувшись с места. Краем глаза Нейл отметил, что три молодых преподавателя за столиком в противоположном углу пригнулись к столешнице, словно боясь быть обнаруженными. Однако первый помощник архимага, судя по всему, пришел сюда не по их души. Вновь усмехнувшись, он поднял голову и посмотрел в лицо Теллеру.

— Проникновенная речь, Уэйн, — сказал он. — И очень убедительная, не спорю… За одним небольшим исключением. Вы так ратуете за благо тех, кто не отмечен даром — однако, похоже, забыли, что эти люди умеют держать в руках не только подносы и вожжи. Кто в свое время поднимал восстания, стремясь искоренить любую искру дара?.. Ночь Огня в Геоне, шесть опустошенных провинций в Данзаре, целое десятилетие, полное гонений и кровавых расправ в Алмаре — или все эти бесчинства творили не те, о ком вы так трогательно печетесь?

Он окинул холодным взглядом разномастное сборище. Многие заерзали на своих местах, однако Уэйн Теллер лишь вновь улыбнулся в ответ. Он словно ждал этого вопроса.

— Вы совершенно правы, барон, — спокойно ответил он. — Эти трагические события, увы, имели место, и ни я, ни любой из здесь присутствующих, даже если очень захочет, не сможет о них забыть. Однако нет дыма без огня! И прежде чем категорически обвинять одну из сторон в агрессии, нелишне было бы вспомнить, что ее спровоцировало…

Хьюго Норвиль нахмурился:

— Я ослышался? Или вы оправдываете массовую резню, унесшую тысячи жизней, какой-то несуществующей провокацией? Любопытно. И чем же, позвольте узнать, так провинилась вторая сторона? Тем, что владела даром, от которого при всем желании не смогла бы отказаться?

— Конечно, нет. И поверьте, барон, я никого не оправдываю — ни тех, ни других. Вы ведь не станете утверждать, что погибшие в те страшные времена маги все как один были невинными жертвами?.. — мэтр Теллер махнул рукой. — Однако оставим поиск правых и виноватых. Главный урок, который мы должны извлечь из нашего общего прошлого — то, что нельзя ударяться в крайности. Нельзя мнить себя избранными, замыкаясь в этой избранности, словно в крепости! Это сделает только хуже — и печальные события минувших лет, о которых вы нам только что напомнили, ярчайшее тому подтверждение… Да, теперь все это в прошлом. Но, положа руку на сердце, ответьте: а много ли с тех пор изменилось? Мы всё так же разобщены, даже несмотря на амулеты, и поколение за поколением маги продолжают строить стены, наивно полагая, что они смогут их защитить!

Первый помощник архимага с иронией приподнял брови:

— Вот как. И что же вы предлагаете, мэтр?

— Забыть о прошлом во имя будущего, — просто ответил Уэйн Теллер. — Старые, источенные временем камни не годятся для новых мостов. Довольно жить былыми обидами! Маги, как и те, кто не обладает даром, в первую очередь — люди. И если мы найдем в себе силы признать наше общее равенство, мы сможем построить новый мир, лишенный страха и предрассудков, мир, в котором маг и человек, обделенный даром, встанут плечом к плечу!

Хьюго Норвиль, глядя в его лицо, горящее огнем истинной веры, медленно покачал головой.

— Мне жаль вас, Теллер, — сказал он. — То, к чему вы стремитесь — чистой воды утопия. Нет никакого равенства, не было его и не будет, даже если вдруг все маги в одночасье лишатся дара или те, кто его не имел, вдруг обретут силу. Как раз потому, что мы, увы, люди… Однако вряд ли я смогу вас в этом убедить.

Он коротко поклонился и вышел.

Обратно в школу Нейл и Райан вернулись незадолго до полуночи. После того, как барон Норвиль покинул «Приют менестреля», в общей зале поднялся такой шум, что даже медоречивый мэтр не сразу смог его унять. Общество разделилось на тех, кто держал его сторону, и на тех, кто был согласен с Норвилем — правда, таких едва набралось полтора десятка. Адепты, затаившиеся в своей нише, в жарких дебатах участия не принимали: дождавшись, пока кто-то из несогласных с позицией Уэйна Теллера схлестнется в словесном поединке с одним из его ближайших соратников, молодые люди перехватили пробегавшего мимо ниши подавальщика, расплатились по счету и выскользнули из душной залы.

— Да уж, — сказал Райан, уже сидя в экипаже напротив друга, — насыщенный вечерок получился! Ты прости. Кто знал, что мы так вляпаемся?

— Ничего, — улыбнулся Нейл. — Хотя ваш Теллер, конечно, и впрямь человек своеобразный… У меня до сих пор голова квадратная от всей этой говорильни.

Райан согласно хохотнул.

— Уэйна хлебом не корми, дай только повитийствовать. Кстати, как тебе его возвышенные идеи?

— Не знаю. Вроде бы всё по делу, но я, пожалуй, соглашусь с бароном — как-то уж очень сказочно. Равенство это, мир во всем мире. Оно, конечно, прекрасно — на словах, но претворить это в жизнь вряд ли возможно. Да и надо ли?

— Консерватор, — добродушно фыркнул Рексфорд. — Ну, боги с ним, с Теллером! Что насчет завтра? Ты обещал меня с соседом познакомить, помнишь? Танцы под покрывалом, боюсь, вот так сразу мне вряд ли обломятся, но на каток сходить можно, я и Зигги прихвачу… Тем более, что уж туда-то Уэйн со своими проповедями точно не сунется!

Они рассмеялись.

— Я поговорю с Азатом, — сказал Нейл. И развалившись на мягком сиденье, зевнул в рукав. Что говорить, вечер и впрямь выдался насыщенный, но даже мэтру Теллеру не удалось его испортить. Райан вернулся, и они все-таки хорошо посидели, а завтра встретятся снова. И как раз суббота! Адепт эль Хаарт улыбнулся своим мыслям. Похоже, жизнь начинала налаживаться.

Глава XVI

Свое обещание Нейл выполнил и Райана с Азатом познакомил — на следующий же день. Алмарец, донельзя польщенный вниманием такой заметной фигуры, даже отказался от намеченной дружеской пирушки, так что сразу с катка на Береговой, вволю нарезвившись, четверка адептов отправилась в термы, а после — в один из любимых трактиров Рексфорда. Фаиз ан Фарайя, на счастье всей честной компании, явиться на каток не соблаговолил, так что повеселились они от души. И в школу вернулись едва ли не за полночь — благо, по субботам ворота ее запирали на час позже. Распрощавшись на площади с Райаном и Зигги, Нейл с Азатом поднялись к себе.

— Ну и денек! — приговаривал взбудораженный алмарец, растапливая камин. — Ну, денек! Вот каждый бы раз так-то!..