Надежда Федотова – Охота на гончих (страница 104)

– Можно.

– Что?..

– Убить зверя.

Снегопад, час назад прекратившийся, начался вновь. Солнце скрылось. С моря на Берген медленно наплывала огромная неровная туча. Тихоня, сбегая с крыльца, мельком глянул в небо. «Эвон как заволокло, – подумал он. – Будет буря!» Хриплое карканье кружащих над головой ворон только подтвердило его подозрения. Норманн запахнул плащ, перекинул полную флягу из одной руки в другую и заторопился к гостевому домику. За брагой пришлось побегать: во дворе, кроме десятка хмурых, встрепанных караульщиков, никого не нашлось, а они были пустые. Погреб хозяйский, само собой, оказался на запоре. Так что, кроме как искать своих да просить поделиться, Ульфу ничего не оставалось. Дружинники Эйнаровы, конечно, посочувствовали, но все равно быстро обернуться не получилось.

Не глядя по сторонам, Тихоня пронесся по двору и толкнул знакомую дверь.

– Ваше сиятельство! – нарочито громко возвестил он, вваливаясь в сени. – Я принес!

Никто не отозвался. Дурные предчувствия всколыхнулись с новой силой – сунув флягу за пояс, норманн шагнул в комнату и замер. Дом был пуст. Ни подозрительного руса, ни собственного хозяина, никого. Ну первый еще ладно! А второй куда мог деться, раненый-то?..

– Вот как чуял же, – свирепо прошипел Тихоня, разворачиваясь на выход. Шагнул через порог, огляделся. А потом с недоумением прищурился: в самом конце подворья, между створками распахнутых ворот, темнела неестественно прямая, застывшая фигура.

– Ваше сиятельство? – вякнул Ульф, смаргивая с ресниц снежинки. Дернулся было, опомнившись, вперед, но ему не дали. Чья-то цепкая рука ухватила норманна за локоть.

– Не лезь, – услышал он. И, обернувшись, скривился:

– Опять ты?..

Белоголовый Вячко вместо ответа пожал плечами. Но локоть Ульфа все равно не выпустил.

– Не лезь, – повторил он. – Лорд не в себе.

– Да уж вижу! – рявкнул норманн, делая попытку высвободиться. – И не одет к тому же! Куды ж на мороз да в одной рубахе…

– Тем лучше, – безмятежно отозвался дружинник. – Скорее в чувства придет. Не трепыхайся, говорю. Ты ему сейчас не нужен.

– Тебе почем знать? – буркнул Тихоня. И обернулся к неподвижной фигуре в воротах. – Что он там вообще забыл? Ждет кого?

Тонкие губы руса тронула невеселая усмешка.

– Нет, – сказал он. – Хоронит. Живых.

Ульф, ничего не поняв, только крякнул. Но вырываться перестал. Так или эдак, беспокоиться за жизнь нанимателя повода уже не было, а тот, кого Тихоня больше всего опасался, стоял сейчас рядом и нес какую-то чушь. Да и пускай несет, жалко, что ли? Главное, чтоб на виду был! Норманн снова взглянул на лорда Мак-Лайона, вспомнил Творимира и понимающе качнул головой. А потом, вздохнув, вынул флягу:

– Будешь? Раз уж у нас тут сплошные поминки?..

Дружинник молча кивнул.

Тихо поскрипывали створки ворот. Бесшумно падал снег. Убегала вниз по улице выбеленная дорога. Город казался серым и пустым. На душе было так же.

Гончие не должны иметь ни семьи, ни друзей, думал Ивар. Иначе рано или поздно за это придется платить. Не собой – теми, кто рядом. Справедливость, подобно языческой богине, не терпит конкуренции. И если ты предан не ей одной, она найдет способ, как это исправить: она будет отрезать от тебя по человеку, как по кусочку живой плоти, пока не останется только окоченелый обрубок, не способный ни на что, кроме служения ей, живущий ею и умирающий ради нее… Как раб, сам выбравший свою клетку. И не важно, что на ней нет замков, – он все равно никуда не денется. Не потому, что не хочет. Потому что не может.

Или все-таки наоборот?

Лорд Мак-Лайон устало прикрыл веки. Он чувствовал себя выброшенной на берег рыбой, но сил трепыхаться у него уже не осталось. Это, конечно, пройдет. Все проходит. И финал уже близок. Доползти бы до него только! Ивар опустил голову и сделал глубокий вдох. Потом выдох. Не помогло. И сосредоточиться на деле тоже не вышло. Перед глазами, заслоняя все остальное, вставали только потерянные жена и друг. Не окончательно еще потерянные, но… «Кого я обманываю? – безучастно подумал он. – Слишком много времени прошло. Нэрис забрали два дня назад, и до сих пор ничего, кроме той записки. Может, будет еще одна, может, нет. В конце концов, при таком раскладе оставлять заложника в живых необязательно».

Лорд потер пальцем ноющий висок. Он сделал все, что было в его силах. Херд со Сваном перевернули вверх тормашками всю торговую слободу, но «охранников» так и не нашли. Дружинники Харальда, вместе с Жилой и Ормом, по приказу командира прочесали порт в поисках бывшего товарища-изгоя – тоже ничего. Химиш отчитался поименно обо всех, кто сходил на берег в ближайший месяц, упомянул несколько подозрительных, с его точки зрения, людей, но среди них искомых не обнаружилось. Понятно, что похитители действовали по указке определенного человека, а его имя прозвучит в стенах большого дома еще до утра, но даже это – вовсе не гарант возвращения Нэрис. Ее могли убить сразу – и ловушка, устроенная в амбаре, это только подтверждает…

А Творимир? Не будь Вячко прав, он тоже давно вернулся бы. Значит, некого ждать. И этой ночью зверь должен встретить свою смерть – иначе ее встретят другие. Вячко говорит, что Эйнар проболтался священнику. А тот наверняка уже разнес это по всему городу или разнесет в ближайшие дни – и тогда у Харальда будет право распорядиться шотландским гостем по собственному усмотрению. За себя бояться смысла нет, но Ульф? Его величество? Шотландия? Норманнам дай только повод, да и Кеннет Мак-Альпин убийство первого советника им с рук вряд ли спустит. Выхода нет. Остается надеяться только на то, что «последний удар», как его назвал Вячко, он же и нанесет. «Я вряд ли смогу, с одной-то рукой», – подумал Ивар и скрипнул зубами. Он опять себе врал. Уже который раз.

Лорд, сжав кулаки и сморщившись от боли, открыл глаза. Увидел все то же – осточертевший снег, летящий с неба, теряющийся за его зыбкой пеленой город… И улицу, которая уже не была такой пустынной. Кто-то поднимался по дороге прямо ему навстречу. «Творимир?» – мелькнула безумная мысль, но надежда умерла, едва успев родиться: выплывающая из снегопада размытая фигура не принадлежала воеводе. Она была вообще какая-то странная, слишком широкая и непропорциональная. К тому же, как, приглядевшись, понял Ивар, у нее было две головы.

А ног почему-то шесть.

Сощурившись, лорд Мак-Лайон шагнул вперед и нахмурился. Он вспомнил рассказ Творимира о каком-то бугае, что терся у дверей. Тот, конечно, был один, а этих двое… Советник мельком оглянулся назад, заметил маячащего за спиной караульного, открыл рот, чтобы позвать, но его опередили.

– Ивар!

Он споткнулся. И, не веря своим ушам, сделал еще один шаг вперед – неуверенный, словно на ощупь. Этот голос!..

– Ива-а-ар!

Ветер донес новый крик, в котором мешались радость и слезы. От темной двухголовой фигуры отделилась третья – маленькая. Не фигура даже, а фигурка. Без плаща, с непокрытой головой, женская… Ноги советника приросли к земле.

– Нэрис? – глухо пробормотал Ивар. И медленно вытянул руку – словно желая хоть кончиками пальцев коснуться чудесного видения, подарком судьбы взявшегося из ниоткуда.

А видение, метя снег рваным подолом, вихрем взлетело к воротам и с громким всхлипом повисло у него на шее.

Глава 31

В котелке, подвешенном над очагом, бурлил ягодный взвар. На столе громоздились пустые миски, исходили горячим паром кружки в руках. Темная комнатка, еще недавно такая пустая и холодная, словно ожила. И огонь горел жарче, и голоса звучали громче, и жизнь уже не казалась такой пропащей.

Ивар с Нэрис, до самых подбородков закутанные в одеяла, сидели рядышком на кровати. Нежданное пополнение в лице братьев Мак-Тавишей – у стола. Ульф, с черпаком наперевес, был на подхвате то тут, то там. Приглядывал за очагом, доливал в пустеющие кружки, с тихим удовольствием поглядывал на чету Мак-Лайонов и – с уважением – на близнецов. Вот уж кто его удивил так удивил!.. Положа руку на сердце, к непоседливой госпоже и ее постоянным исчезновениям Тихоня давно привык. И пусть беспокоился каждый раз не на шутку, но в глубине души жила непоколебимая уверенность – что бы ни случилось, шустрая леди все одно выйдет сухой из воды. Ну, уж живой так точно. Неприятности на одно место супруга советника находить умела как никто, но точно так же умела найти и заступников… Другое дело, что о Марти с Мэтом в этом смысле Ульф бы подумал в последнюю очередь.

Если по совести, лорд Мак-Лайон с ним в этом был солидарен. Так что когда утихли первые восторги и приветствия, а дело дошло до вопросов, главный даже не подлежал обсуждению.

– Вы здесь откуда вообще взялись? – спросил Ивар.

Нэрис с Ульфом дружно кивнули. Мак-Тавиши смущенно потупились.

– Дык, – наконец сказал Мартин, – из Шотландии же!

– Понятно, что не с неба упали, – буркнул Тихоня. – Ты дурачка-то из себя не строй…

– Вы же сбежали? – подала голос леди. – Или нет?

– Не, – сконфузился Мэтью. – Мы так… случайно как-то вышло…

– Случайно? – встрял Ивар. – А пропавшие лошади?

Близнецы переглянулись.

– Для отводу глаз увели, – вздохнув, повинился Мартин. – Чтоб вы одни уехали. Там… долго рассказывать-то!

– А мы не торопимся, – отозвался лорд. – Так что давайте, выкладывайте.