Надежда Черпинская – Спящая царевна. Своих не бросаем (страница 21)
– Мама… прости меня за всё!
– И ты меня прости, сынок! Береги любовь свою!
Делия!
Андрея тряхнуло так, будто сквозь него заряд электричества проскочил. Как вспышки замелькали воспоминания.
И душным, жутким осознанием накрыла страшная мысль – его царевна в лапах Серых и проклятого предателя. Он не успел спасти, не успел защитить, он…
Андрей забарахтался в сверкающем потоке, как утопающий в волнах, отчаянно рванулся из крепко держащей паутины небытия, и вдруг… увидел над собой бревенчатый потолок.
Правда, картинка перед глазами тотчас поплыла. Сил хватило только на резкий вдох, потом он рухнул обратно на постель, тяжело дыша и дрожа всем телом.
И всё-таки зрение возвращалось довольно быстро.
Андрей разглядел незнакомую комнату, уловил странные едкие запахи – сильно пахло травами и ещё чем-то знакомым… Кажется, лекарствами…
Точно! Помнится, так пахло в деревенском медпункте. Но место, в котором он находился сейчас, больше напоминало уже привычный царский терем.
Он попытался привстать, однако тело упрямо не желало подчиняться.
Зато над ним тотчас нависло веснушчатое лицо Анжея. Царевич был бледен, растрёпанные волосы торчали во все стороны, а в глазах мигом заблестели слёзы.
– Андрей! Очнулся… – с какой-то недоверчивой радостью всхлипнул мальчишка и закричал во всё горло, уже кому-то далёкому: – Очнулся! Очнулся!
***
Память возвращалась не сразу, какими-то урывками… Вспомнилось, что переживал за Анжея… Как столкнулся с ним в лесу, велел бежать в терем.
И сейчас они, кажется, как раз здесь. Значит, всё удалось.
– Ты цел… – Андрей попытался улыбнуться, но вышло, пожалуй, кривовато и вымученно. Но тут же раскалённым ножом по сердцу полоснула новая мысль: – А Делия?
Царевич протяжно шмыгнул носом и, зажмурившись, замотал головой.
– Пропала наша Делюшка, – раздалось откуда-то сбоку, и в поле зрения появился сам Ратмир.
Царь был мрачен и темен, как грозовая туча.
– Увели её Серые, – процедил государь, глядя в сторону. – Не смогли мы догнать, не смогли отбить. Как сквозь землю провалились, твари поганые!
Несколько секунд Андрей смотрел на царя молча, пытаясь понять, о чём тот толкует – никак не мог поверить Беркут в то, что слышит. Вроде бы, все слова были ясны, а смысл ускользал.
А потом… потом… как-то сразу навалилась страшная правда.
– Да… как же это? – хрипло прошептал он. – Нет! Быть не может!
Разум будто помутился…
С каким-то нечеловеческим воплем Беркут попытался вскочить – он готов был бежать прямо сейчас, туда, в лес! Искать ту проклятую тропку, вынюхивать, высматривать следы…
Он найдёт её, найдёт непременно! Он этих тварей из-под земли достанет! Он…
Сил хватило лишь на то, чтобы грохнуться с кровати на пол.
Наверное, так бы и уполз. Но царь-батюшка навалился всем могучим телом – не пустил.
Тут ещё кто-то подоспел, все вместе угомонили – вернули шального обратно на койку.
– Ты это… спокойно лежи! Не то… связать прикажу… – пригрозил царь и устало опустился на скамью рядом. – Делюшке ты тем не поможешь, что себя угробишь. И так вон… чудом выходили! В тебя из огнестрела попали. Помнишь?
Андрей ничего не ответил – не до разговоров сейчас: горло сдавило, сердце разрывалось от боли, вины и страха.
Не уберег! Не уберег он свою родную! Догеройствовался…
– Хорошо, Анжей, смог в терем вернуться… – угрюмо и тихо продолжал царь. – Я тут же с дружиной к вам бросился. Да поздно уже было… Нашли тебя, чуть живого, спина разворочена, кровью всё залито… Но хоть дышал ещё. А те двое, что я с тобой отправлял, и вовсе мёртвые. Ну… ещё там трое Серых обнаружилось, околевших… И всё. Ни Делии, ни Рарига, изменника проклятого… И след вскоре оборвался. Сколько мы ни рыскали по лесу, никого не нашли. Тебя в терем сразу отправили. Трое целителей над тобой тут, как орлицы над орлёнком… И кровь остановили, и раны, вроде, сразу зарастили, а ты всё равно как мертвец лежишь… Третий день уж пошёл…
– Что? – ахнул Андрей и застонал от отчаяния. – Третий день?
Вот же напасть, вот беда! Теперь если и были какие следы, всё утеряно… Как же ему Делюшку искать? Что делать?
Видно, у него на лице всё было написано, потому что царь вдруг угрюмо и холодно бросил:
– Ты это, Беркут, брось! Пока на ноги не встанешь, никуда не пущу! Сейчас целителей позову… То, что сам жив остался, это диво. Верно, богами ты отмечен. Теперь надо, чтоб окончательно оправился. Тогда уж будем думать, как дальше быть…
– Я всё равно её найду! – прошептал Андрей, в отчаянии сжимая кулаки. – Где угодно найду! А тварям этим не жить! И Раригу первому…
– Верю, – Ратмир кивнул коротко, – верю, Андрей! На тебя одного у меня вся надежда. Если кто и вернёт мне дочь, то только ты!
25 Серый сумрак рассвета
Ещё вчера Делии казалось, вот и сбываются самые заветные мечты.
Отец наконец-то признал её право на счастье и благословил союз с Андреем. Пред светлым ликом богов они стали мужем и женой. Делия обрела такую любовь, о которой лишь в песнях да легендах слышать доводилось. Она носила под сердцем своего первенца – маленькое чудо, плод этой сказочной любви, дитя, подаренное ей лучшим мужчиной во всём мире. Остались позади годы испытаний и одиночества, а впереди – лишь долгие лета безмятежного счастья, заслуженного и выстраданного ими обоими.
Так казалось ещё вчера…
Но этот серый рассветный час разрушил всё, смёл, сломал, будто порыв неистового ураганного ветра. И на смену грёзам и мечтам Делии явились её самые страшные кошмары.
Нападение врага, страх за родных, за любимого…
Опасность, нависшая над единственным оставшимся в живых братом.
Она не могла допустить гибели Анжея. Она была готова рискнуть собственной жизнью ради младшего.
Но только не жизнью Андрея!
А потом случилось самое страшное, что только могла представить Делия.
Сколько раз в кошмарных снах являлась ей эта картина: оглушающий выстрел, её собственный крик, Андрей, оседающий на усыпанную хвойными иголками тропинку, и жуткое кровавое пятно, расползавшееся по его одежде.
Тогда ей казалось, что она умерла вместе с ним. Всё потеряло смысл в один миг. Все великие цели, ради которых её отправили в будущее, весь их трудный путь, всё, за что она так отчаянно боролось. Всё померкло, когда она решила, что потеряла его навсегда.
Но милостивые боги подарили им чудо. Спасли её любимого.
Ради неё он выжил, пришёл за ней, вырвал из рук чудовища.
С тех пор этот страшный миг отпечатался в памяти Делии, врезался, как самое ужасное, что ей довелось пережить. Даже гибель любимой матушки, старших братьев и мужа принять было легче.
И теперь больше всего на свете Делия боялась, что такое однажды повторится, и ей снова предстоит испытать тот выжигающий душу ужас.
Увы, именно то, чего больше всего боишься, чаще всего и случается.
Всё действительно повторилось. Будто они застряли в каком-то проклятом колесе судьбы, где жизнь бежит по замкнутому кругу.
Он снова пришёл за ней, бросился спасать, не думая о себе, и снова расплатился за это жизнью…
И Делии сейчас бы вспомнить о том, что тогда, в такой же тёмный час отчаяния, когда казалось, что это конец всему, Андрей нашёл в себе силы выжить и отыскать её. А значит, и сейчас нужно верить в чудо, в невозможное чудо, в то, что любовь сильнее всего на свете, даже смерти.
Но в этот жуткий миг она не могла верить, не могла думать, не осознавала, что происходит вокруг… Она оцепенела от ужаса, зашлась в надрывном горестном крике, сквозь который не слышала даже грохот выстрелов рядом.
Вокруг сверкали молнии огнестрелов, Серые сражались с дружинниками, что пришли вместе с её мужем. Но Делия видела лишь окровавленное тело любимого.