Надежда Черпинская – Спящая царевна. Своих не бросаем (страница 16)
– И я тебя люблю! – улыбнулась она, а на глазах счастливые слёзы засияли. – За каждый день рядом с тобой благодарю богов! Спасибо, что ты у меня есть, Андрей, спасибо!
О любви можно говорить долго… Но сейчас говорить не хотелось. Ведь душой и сердцем они и так всё знали, всё слышали.
А потому Андрей притянул к себе любимую и с жаром накрыл её губы, одаривая сладким, долгим, нежным поцелуем.
И никто их сейчас осудить, кончено, не посмел. Даже строгий волхв улыбнулся в бороду. Но счастливые влюблённые этого, разумеется, не замечали…
19 Серый сумрак рассвета
Андрей проснулся, едва начало светать, резко, словно кто-то в бок толкнул.
Приподнялся осторожно, чтобы не потревожить мирно спящую Делию, сел.
От окна на безмятежное лицо царевны падала полоса тусклого света, так что можно было рассмотреть нежные черты любимой, даже чуть подрагивающие длинные ресницы. Золотистые локоны растекались шёлковой волной по подушке. Так и хотелось нырнуть в них лицом, медовый аромат вдохнуть, прижаться к ней, окунаясь в негу, тепло и уют.
Но странная, зудящая, как комариный писк, тревога, разбудившая Беркута, никак не затихала, только царапала душу всё сильнее.
Андрей прислушался. Сонная тишина царила в тереме, покой да благодать.
Шумный веселый пир давно закончился. Даже самые стойкие гости разбрелись отсыпаться.
Андрей со своей желанной удалился, едва обычаи и приличия позволили это сделать.
Нет, праздник в самом деле был хорош. Стол от угощений ломился. Поздравления на молодожёнов сыпались как из рога изобилия. Даже музыканты были и песни.
Но Беркут желал это волшебное время разделить лишь с любимой Делей, теперь уже его законной женой.
В эту ночь жаркий шёпот и несдержанные стоны в опочивальне не смолкали ещё дольше, чем обычно. Андрею очень хотелось, чтобы Делия запомнила эту ночь навсегда, и он старался сделать её особенной. А уж в том, что он сам никогда не забудет всё, что происходило между ними здесь, Беркутов даже не сомневался.
Утомлённые и счастливые они уснули в объятиях друг друга. И было это не так уж давно. Ещё спать бы да спать…
Но Андрея накрывало странным ощущением надвигавшейся опасности, словно беда подкрадывалась к ним бесшумно, как кошка на мягких лапах, незамеченная никем в этой мирной утренней тишине.
Глупости это всё, конечно…
Но уснуть сейчас всё равно не получится.
Андрей прокрался потихоньку к сундуку, где теперь уже хранились его вещи, ведь отныне они с женой делили общие покои. Крышка скрипнула чуть слышно, Беркут пугливо оглянулся на спящую Делию. Та заворочалась, но тотчас снова притихла.
Андрей вынул из сундука огнестрел. Так… на всякий случай… Покосился на запертую изнутри дверь и уже привычно двинулся к окну.
В этот раз он, правда, не пошёл по карнизу в свою бывшую комнату, а аккуратно приземлился на резной балкончик чуть ниже. Замер, прислушиваясь. Оглядел широкий двор, лес вдалеке, хмурое серое небо, снова двор. Всё тот же мир и покой.
Взгляд зацепился за одного из ночных дозорных. Царский терем и двор были под охраной дружины и днём, и ночью. Но сегодня, вполне возможно, что даже эти ратники позволили себе немного вольностей и пропустили по чарке за молодых.
По крайней мере, Андрею показалось, что добрый молодец явно задремал прямо на посту, полусидя, привалившись к забору.
Да уж! Праздник праздником, но это же не в какие ворота! Надо срочно разбудить.
Андрей направился прямиком к безответственному соне. Держался в тени забора, куда ещё не добралось с трудом пробивавшееся сквозь тучи солнце. Беркут не забывал при этом настороженно поглядывать по сторонам. Но в сером сумраке утра всё было спокойно, вокруг царила благодатная тишина.
Беркутов хотел слегка напугать уснувшего дозорного, хлопнуть по плечу или гаркнуть в ухо. Но это надо было делать осторожно. Спросонок с перепугу и пальнуть может.
До спящего гридня Андрей так и не дотронулся…
Острый запах крови уловил раньше, чем успел склониться над ратником. И уже после этого разглядел, что у бедняги горло разорвано или перерезано. Уснул парнишка навсегда.
Андрей сдавленно охнул, отступил на шаг. В глазах на миг потемнело, холодный пот прошиб. Беркут вскинул взгляд, головой закрутил по сторонам.
Никого нигде не видно. А ведь ещё на крыльце стража должна быть, и вот на том углу.
«Что делать? Что делать? Что делать?» – болезненно пульсировало в голове.
Первым порывом было закричать во всё горло, тревогу поднять. Но Беркутов медлил, понимая, так можно навредить ещё больше.
Если враги уже внутри терема…
Услышав крики, они, скорее всего, нападут немедленно. А люди спросонок даже не поймут, что происходит. Паника погубит многих.
Но ведь и промедление смерти подобно…
И всё-таки Андрей не стал звать на помощь. Метнулся обратно к терему, намереваясь вернуться к Делии тем же путём, каким оказался здесь.
Ох, светлые боги, помогайте! На вас теперь вся надежда. Сколько раз выручали, не оставьте и теперь! Лишь бы успеть!
План уже выстраивался, становился всё чётче. Сперва разбудить Делию, потом найти дозорных внутри терема, отправить к царю и за подмогой. Дальше поднять всех, кого можно, предупредить, кого успеют, по-тихому. А уж там и тревогу поднимать, когда хотя бы часть дружинников будет наготове.
Андрей уже почти дотянулся до карниза, с которого можно было добраться на балкон, но тут краешком глаза зацепил какое-то движение сбоку. Нырнул в сторону от мелькнувшей тени и чудом избежал удара святящимся лезвием.
Серый!
Следующий ход был за Беркутом. И он не растерялся. Вскинул огнестрел и пальнул прямо в жуткую морду чудища.
При всей живучести этих тварей, такой удар стал для Серого смертельным. Монстр грузно осел. Однако вспышку и звук выстрела уже услышали. Терем зашумел, как растревоженный улей. Где-то вдалеке протрещало ещё несколько выстрелов.
Таиться больше не имело смысла.
– Тревога! Серые! Серые здесь! – заорал во всё горло Андрей, при этом, не теряя времени, с проворством обезьяны карабкаясь в заветное окно.
Испуганная Делия высунулась на его голос. Сон у неё как рукой сняло, но растерянность на лице любимой заставила Беркута действовать ещё быстрее.
– Дель, одевайся! – он ввалился в комнату, тотчас вскочил. – Серые в тереме.
Она сразу всё поняла, даже слова не сказала, схватила платье. А Беркут, держа наготове огнестрел, отпер дверь и выглянул наружу.
Двое дружинников торопливо спускались по лестнице.
– Что за шум, не знаешь? – тревожно окликнул один.
– Серые напали! – Андрей в сумраке утра пригляделся к их глазам. Вроде, свои. – К царю дуй немедля! – велел он одному. – Предупредить Ратмира надо. А ты давай назад и через крышу выбирайся! Подмога нужна! Всех поднимай! Да смотри в оба, Серые и вокруг терема засели!
Ратники без лишних слов бросились выполнять распоряжение.
А Беркут заскочил обратно в опочивальню, вцепился в руку Делии, потащил за собой. Вверх, по узкой тёмной лестнице, которой редко кто пользовался. Андрей и сам нашёл её совершенно случайно, во время одного из своих ночных визитов к царевне.
Он старался не смотреть в её полные ужаса глаза, от этого взгляда у самого подгибались ноги, и разом все силы куда-то уходили. На то, чтобы успокоить, обнять, утешить, совсем не осталось времени.
Сейчас важно одно – успеть увести её отсюда, спрятать надёжно, спасти…
А всё остальное подождёт.
20 Серый сумрак рассвета
– Андрей, постой! Куда мы? – до чердака, к которому рвался Андрей, оставался один пролёт, когда Делия вдруг заартачилась и даже приостановилась. – Куда ты меня ведёшь? Там же отец… Они ведь первым делом к нему пойдут. К отцу надо, немедля!
– Непременно, – кивнул Беркут. – Вот только спрячу тебя так, чтоб ни один Серый не нашёл, и сразу к царю-батюшке на выручку побегу!
Андрей даже хохмил немного, лишь бы не показывать Делии собственный страх и ярость.
– Я пойду с тобой! – вполне ожидаемо заявила эта упрямица.
– Даже слышать это не хочу! – сразу посмурнел Андрей. И уже мягче добавил: – Родная моя, ты у меня очень смелая, я знаю, но там тебе сейчас не место. И пререкаться времени нет!
– Там отец мой, там Анжей, и ты собрался… – со слезами на глазах зашептала она. – А я тут отсиживаться буду? Видно, плохо ты меня ещё знаешь!