Надежда Черпинская – Лисичка для Стального Волка (страница 9)
Я фыркнула сердито. Вот же упёрся! Не Волк, а баран, самый настоящий баран!
Обо мне он печётся, ага, так и поверила! Просто злится на меня за то, что цапнула его... и, вообще, осадила там, у ручья.
Тут я невольно бросила взгляд на припухшую губу Вира и сразу ощутила, как щёки загорелись, будто кипятком ошпарила. И всё из-за него, из-за нахала этого! Ух, и за что он на мою голову свалился! То целоваться лезет, то рычит и отделаться от меня хочет – сам не знает, что ему надо. Небось, привык, что девки на шею вешаются, а тут – я, этакая недотрога. Вот точно из-за этого он так на меня и взъелся.
Ничего, ничего… Всё-таки главный тут Рыжий… А с Ильдом я договорюсь.
– А ежели Улах меня и там найдёт? – я решила давить на жалость. – Или другой кто обидеть захочет… Не совестно вам будет? Сперва спасли, а потом сами и бросили на растерзание…
– Да никто тебя не бросает! Зачем ты так… – дёрнулся Вир. – Это ж не яма со змеями, а город с людьми. Живут же как-то там…
– Постой, Вир! – Рыжий наконец-то очнулся и одним властным движением руки заставил умолкнуть своего внезапно разговорившегося друга. – Не руби с плеча! Покумекать надо! В том, что девке в дороге не место, ты, конечно, прав. Да и дальше… Мы ведь и сами не знаем, что нас там, в Огнеже, ждёт. Однако и Эрика права – Радун слишком близко. Если этот Улах не совсем дурак, то быстро смекнёт, куда она податься могла. А там уж не так велик городок, захочет найти – найдёт. Я смотрю, этот гад настырный, так просто не отступится. Стало быть, нельзя тебе в Радун, Лисичка… Но и с нами нельзя. Вот что… – кажется, Лис что-то придумал, – давай так поступим! Возьмём мы тебя с собой…
Я аж взвизгнула от радости, не сдержалась. Знаю, не стоило так открыто показывать, что мне без этих двоих никак, но не научилась я ещё притворяться.
– Погоди, я ещё не всё сказал! – с беззлобным смешком осадил меня Ильд. – В Радуне тебя оставлять не будем, но дорогой всё равно куда-нибудь пристроим. Не знаю пока где. Как говорится, там видно будет…
– И на том благодарствую! – лучезарно улыбнулась я и смиренно добавила: – Благослови вас Сестрица-Лисица за вашу доброту!
В самом деле,
Главное, сейчас не прогонят, а дальше… Я же как репей, который за лисий хвост прицепился – попробуй потом оторви!
Однако не все разделяли мою радость.
– У нас всего две лошади… – угрюмо напомнил Вир.
– Ничего, завтра в Радуне купим третью, – беспечно пожал плечами Рыжий.
– А до Радуна она пешком пойдёт? – скривился Стальной Волк.
– Почему
Вир посмотрел на нас с Рыжим так, словно желал надеть кому-нибудь на голову котелок с остатками бульона от пельмешек и решал, на ком из двоих заговорщиков остановиться.
– Да ну вас! – Вир проворно вскочил и, уже исчезая в сумраке летней ночи, буркнул:
– Уступлю. Куда ж мне деваться…
***
11 Пригрейте бедную сиротку!
– Не надо мне лошадь. Я могу и лисой рядышком бежать, – тихонько шепнула я Ильду.
Затея, конечно, была не из лучших. Всё-таки каждый из нас в первую очередь был человеком, и долго носить облик зверя никто не любил – тяжело его удерживать. У некоторых и вовсе не получалось. Но когда выбора нет, и не такое сделаешь.
Так что я готова была потерпеть и на весь день в лисицу превратиться. Уж лучше я, чем Вир или Ильд. Совестно мне как-то стало, что я столько хлопот доставляю – и в нежеланные попутчицы напросилась, и неудобства всякие причиняла.
– Волку-то, пожалуй, легче будет. Он у нас крепкий, выносливый… – возразил Рыжий и подмигнул лукаво. – Ладно, не бери в голову! Завтра всё решим. А сейчас спать пора. Давай ложись, отдыхай спокойно! Мы посторожим по очереди. Вир первый в дозор заступает. А мы с тобой – спать.
Вот, вроде, ничего такого же не сказал, но, как известно, пуганая ворона и куста боится. Все мои страхи и сомнения мигом головы подняли, как змеи в гнезде, зашипели, зашевелились. И я так на Ильда глаза вытаращила, что тот расхохотался в голос.
– Ну что ещё? – хмыкнул он, отсмеявшись.
– Сперва поклянись, что… приставать не будешь и силой не тронешь! – выпалила я.
Ну а что, надо сразу всё прояснить. Раз пока у нас всё мирно и дружно складывается, может, и здесь повезёт.
– Вот прямо поклясться? – хохотнул Ильд.
– Да, – я усиленно делала строгое лицо. – Вон… Вир уже пообещал, что не тронет. Теперь твоя очередь.
– Ох, Эрика, Эрика… – продолжая ухмыляться, покачал головой Рыжий. – Ну, зачем я к тебе полезу? У меня, между прочим, жена есть, Мала. Любимая. Заботливая. Красавица. В том году сыновей мне подарила. Сразу двух.
– Как это двух? – я от удивления даже забыла, о чём мы вообще толкуем.
– Да близнецы у нас, Агрид и Дан, – с гордостью пояснил Лис. – Все в меня, такие же рыжие.
– Вот это да! Пусть хранят Великие ваше счастье! – я порядком успокоилась. Ильд с такой особым чувством говорил о своей семье, что у меня аж слёзы навернулись от умиления. Но я была бы не я, если бы так просто сдалась. – Но, знаешь, жена-то сейчас далеко…
– И что же, я её от этого любить меньше стал? – хмыкнул Ильд. Потом шумно вздохнул: – Ладно, Лисичка, вижу, тебя не переспоришь. Чтоб тебе спалось мирно и сладко… Клянусь жизнью своей, что не обижу и не стану на твою девичью честь покушаться. И да покарают меня Великие смертью, если слово своё нарушу. Довольна? Можно спать идти?
– Угу, – радостно кивнула я и отчётливо услышала язвительный смешок со стороны едва различимого в темноте Вира.
– Ложись тогда здесь, к костру поближе, – указал мне Ильд. – Здесь теплее будет.
Я стала моститься прямо на траве, только дорожную сумку под голову положив. Завернувшись в его плащ, как в кокон, я, наконец, улеглась более-менее удобно, прикрыла глаза, проваливаясь в дрёму.
И уже сквозь сон услышала негромкий голос Ильда:
– Смешная ты всё-таки, Эрика! Зароки какие-то требуешь. Неужто сама не понимаешь, что если у мужчины совесть есть, он и без клятв женщине зла никогда не сделает. А тех, кто может женщину обидеть, и клятва не сдержит. Что им слово данное, если они чести не ведают? Но мы тебя таким в обиду не дадим. Так что спи, Лисичка! Доброй ночи!
– Доброй ночи! – чуть слышно отозвалась я и тотчас провалилась в сон.
***
Спалось мне, правда, тревожно. Хоть и уснула быстро, просыпалась много раз за ночь. Во сне забывала, где я, а потому пугалась, открывая глаза неизвестно где. Успокаивалась, лишь заметив могучий силуэт Вира у костра. Стальной Волк бдительно охранял наш сон.
Но мне всё равно было как-то боязно. Лежала, вслушиваясь в тишину. Всё чудилось что-то, голоса леса пугали: шорохи, ветер, крики ночных птиц.
А ещё вскоре зябко стало, от ручья туман пополз. Я с головой закуталась в плащ, свернулась клубочком, колени к животу подтянула, а всё мёрзла. В одной тонкой рубахе особо не согреешься. Хорошо ещё, что я не в мокром платье. У меня уже зубы слегка постукивали.
Сон никак не шёл. Я ёрзала, вертелась. И всё никак не могла решить, что лучше сделать: пойти ближе к костру, погреться немного, или просто перекинуться в лису и полежать пусть без сна, но в тёплой меховой шубке. Однако из лисы я обернусь обратно в Эрику, как только сон меня сморит. А вот костёр – костёр манил…
Но у огня сидел Вир. И мне заранее становилось неловко от понимания, что придётся сидеть с ним рядом, наедине, без разговорчивого Ильда. Ведь Лис спал преспокойно – я слышала его размеренное дыхание.
Я не знала, о чём говорить с Волком, а молчать и вовсе было бы неудобно. Потому я лежала и мучилась от озноба, но к огню не шла.
И тут моё внимание привлёк тихий шорох рядом, следом ещё один, и ещё…
Шаги. Шаги приближались.
Я мгновенно навострила ушки, чуть приоткрыла один глаз…
Вир ступал почти неслышно и степенно, как настоящий матёрый волк. Позади него, слепя глаза, танцевало рыжее пламя. И даже не знаю, что завораживало сильнее: он или огонь. Но мне не до красоты было – сердечко сжалось испуганно.
Что ему нужно?!
Я затаилась, замерла, не дыша, отчаянно молясь про себя Великим, изо всех сил притворяясь спящей. Обещания обещаниями, но ничего хорошего я сейчас, разумеется, не ждала. Глаза больше не открывала, но чувствовала, как он склонился надо мной, коснулся края плаща.
Я сжалась, готовясь дать отпор – впиться в руку, в лицо, да куда угодно, но не даться легко!
А он вдруг поправил ткань, укрывая меня почти до самого носа, как в детстве кутал в одеяло батюшка. После чего я ощутила, как меня накрывает ещё один плащ, нагретый у костра, пропахший смолистым дымом. Мгновенно стало так тепло и уютно, что я наконец вдохнула глубоко, полной грудью, и вытянулась в полный рост, прекратив скрючиваться.
Подумать только – этот ворчливый, хмурый, злой
Изумление моё было так велико, что я всё-таки открыла глаза. Наши взгляды встретились. И хоть в сумраке ночи и слабом свете костра видно было не так уж много, обоюдное смущение, думаю, разглядели мы оба.
– Спасибо… – шепнула я.
– Не за что, – буркнул Вир. – Спи!
Стальной Волк поспешно выпрямился и вернулся к огню.