Надежда Черпинская – Елена Прекрасная и Белый Волк (страница 28)

Но он лишь шумно втянул воздух и отвернулся к камину.

– Что? – Лена невольно вздрогнула. – Что я такого сказала?

– Тебя никто здесь силой не держит, – буркнул он, так и не повернув к ней лицо. – Не нравится, можешь убираться к себе!

Это уж слишком! Лена в гневе вскочила, сжала кулачки.

– Тогда позвольте откланяться! С удовольствием убралась бы и подальше. Я уже жалею, что послушала Рагни и, вообще, здесь осталась. Нужно было уйти ещё утром…

Звонко топая каблучками домашних туфель, она бросилась к лестнице.

– Сядь на место! – рявкнул ей вдогонку Хозяин.

– Ещё чего! – не оборачиваясь, крикнула Лена, уже взлетев на один пролёт. – Место… Я тебе не собака… и не прислуга…

А дальше случилось то, чего она точно не ожидала.

Хозяин метнулся следом.

Да так быстро! С его-то ростом и длинными ногами, он нагнал беглянку в два шага. Схватил за плечи, развернул, словно куклу, оттесняя в угол. Его руки упёрлись в стену по обе стороны от неё, не давая вырваться из тесного плена.

Лена прижалась спиной к прохладной каменной кладке, замерла испуганно, боясь шевельнуться, не зная, чего ждать от этого буйного сумасшедшего.

Хозяин склонился к ней, буравя сверкающими синими глазищами. Лена чувствовала, как часто и тяжело он дышит. Ей даже чудилось, что она улавливает, как громко бухает в груди сердце надменного красавца.

А потом он потянулся ещё ближе к ней. И Лена с ужасом поняла, что сейчас он её поцелует…

Его губы уже почти коснулись её, кожу обожгло горячим дыханием, а она даже не пыталась оттолкнуть наглеца. Лену словно парализовало с ним рядом, всё тело стало таким ватным и тяжёлым, что даже пальцем двинуть не получалось.

Не отводя синего взгляда, в котором Лена тонула, как в опасном омуте, Хозяин замер у самого её лица, будто сопротивляясь из последних сил магнетическому притяжению её губ.

И в последний миг, за секунду до… он внезапно прикрыл веки, зажмурился, судорожно вздохнул… и прижался лбом к её лбу, так и не коснувшись губ.

Лена ощутила, как земля уплывает из-под ног. Кажется, ещё секунда, и она просто лишится чувств. Разве можно вот так издеваться над её бедными нервами?

Она по-прежнему боялась даже вздохнуть.

А он… чуть отстранившись, погладил её кончиками пальцев по скуле. Потянулся к виску, скользнул губами по её волосам, замер, касаясь прохладной щекой её щеки. Будто надышаться хотел ароматом её кожи…

Так, по крайней мере, показалось Лене, ошарашенной этой внезапной, неуместной нежностью.

А потом, словно желая окончательно свести её с ума, хрипло выдохнул ей в ухо:

– Ненавижу!

Лена вздрогнула.

Будто в тумане глядела, как он медленно отстранился и снова наградил её таким жутким, беспросветно-отчаянным, болезненным взглядом, что она задохнулась на миг, сердце сжалось от боли.

Безумные синие глаза лихорадочно блестели. Но сейчас Лена отчётливо видела, что в них стояли… слёзы.

Да что же это такое?! Хозяин точно не в себе!

И словно подтверждая её мысли, он отступил на шаг, убрал руки и угрюмо бросил:

– Пошла прочь!

Лену не нужно было просить дважды. Пусть ноги по-прежнему её не слушались, но она заставила себя поскорее обогнуть этого неадекватного и поспешила на лестницу. Поднимаясь, Лене приходилось держаться за перила – колени дрожали.

Несколько раз она оглядывалась, всё ещё шокированная произошедшим, а, может быть, подсознательно опасаясь, что он кинется за ней.

Но Хозяин так и остался неподвижно стоять на лестнице, обречённо понурив голову.

***

32 Сны, разговоры и загадки

Он напугал её. Напугал так, что Лену до сих пор лихорадило.

Причём напугал не столько своей грубостью, приказным тоном и тем, как накинулся на неё на лестнице – к подобному Лена была готова, скорее уж, всем остальным…

Этот взгляд, который ей теперь не забыть, бережные, почти нежные прикосновения…

Что за раздвоение личности? Как объяснить эти дикие перепады настроения и необъяснимые противоречия? То, что Хозяин делал, никак не совпадало с тем, что он говорил. Он вёл себя как безумец, и это действительно было страшно.

Лене так хотелось сейчас поговорить с кем-то разумным, понимающим, с кем-то, кто смог бы успокоить, отогнать прочь наступавшую панику. И, вместо того чтобы пойти в свою комнату, она двинулась по сумрачному коридору, прислушиваясь к сонной тишине.

– Рагни! – робко позвала Лена.

Но её тихий голос поглотила ночная мгла, и никто, конечно, не откликнулся.

Кричать громко Лена опасалась – не хватало ещё, чтобы на её зов явился кое-кто другой.

Она просто шла по сумрачному коридору и время от времени с мольбой повторяла снова и снова:

– Рагни! Рагни…

Только сейчас сообразила, что так и не удосужилась спросить, где комната управляющего. Обычно он сам всегда появлялся, словно чувствовал, когда был ей нужен.

Но ведь часто случалось и так, что Лена не могла найти его. И следовало бы давно уже выяснить, где обитает местное чудище. Чудище с добрым, открытым сердцем.

Но, увы, она этого не знала.

«Завтра же спрошу!» – решила для себя Лена.

Но тотчас подумала, что, может, оно и к лучшему.

Знай она, где искать Рагни, сейчас бы точно пошла к нему. А разве это уместно – беспокоить кого-то в такой час.

Пусть на душе муторно и страшно… Но она ведь не ребёнок, чтобы искать убежище от своих страхов в чьих-то надёжных объятиях.

И всё-таки сейчас ей до слёз хотелось увидеть того, кто за такое короткое время стал ей настоящим другом, даже несмотря на то, что по-прежнему прятал от неё и своё жутковатое лицо, и свои неразгаданные секреты.

Что ж… придётся обойтись без Рагни.

Тяжело вздохнув, Лена отправилась в свою комнату и впервые… заперла на ночь дверь.

***

Несмотря на такие меры предосторожности, уснуть Лена не могла ещё долго. Всё прислушивалась к тихим ночным звукам, боялась уловить шаги у своей двери.

Нет, она, конечно, не думала, что Хозяин ворвётся в её спальню, но от него можно было ожидать всего.

Лена, несомненно, вызывала в нём вполне определённые желания, и, вероятно, он так бесился как раз по этой причине. Когда мужчина не может получить женщину, которую хочет, это зачастую приводит его в ярость.

А в том, что Лена манила Хозяина, как влечёт мотылька огонь, она теперь нисколько не сомневалась. Сегодня, когда тот оказался так близко, она всем своим существом уловила эту ауру едва сдерживаемой страсти. Её обдало такой горячей волной, что, к стыду своему, она не смогла не откликнуться.

Этот надменный грубиян вызвал в ней только одно желание – ответить на его хамство столь же язвительно и резко. Но в тот короткий миг, когда он застыл у самых её губ, так непозволительно близко, что-то внутри замерло в предвкушении. Ей нестерпимо захотелось, чтобы он нарушил все приличия и коснулся её губ.

Уже через секунду Лена, разумеется, опомнилась и даже испугалась. Но на один короткий миг позволила себе такую слабость, поддалась его притяжению.

Да и когда он дотронулся до её щеки, она не чувствовала отвращения, наоборот…

А сейчас злилась на саму себя за это.

Конечно, всё произошло неосознанно… И, вообще, Лена тут же взяла себя в руки.

Но выкинуть из головы этот знойный момент никак теперь не получалось. Лена до сих пор ощущала его прикосновение, обжигающее и нежное одновременно.