Надежда Черпинская – Единственное желание. Книга 5 (страница 69)
И Эл осёкся на полуслове.
— Я и так знаю, что это правда! — вымученно улыбнулась девчонка. — А Граю… она…
Эливерт глубоко вздохнул — отлегло от сердца.
— Поладишь с ней, не сомневайся! Будет у тебя младшая сестрица…
Настя не очень удивилась решению Эливерта. Точнее, вовсе не удивилась. После всего, что случилось… Настя, как и Ворон, иного варианта просто не видела.
Кайл недоумённо пожал плечами — ему казалось, разумнее девочку оставить здесь, в Эруарде. Отсюда её никто не выгонит: накормят, оденут, присмотрят, воспитают. Но советы полукровка давать поостерегся, не его это дело — пусть Ворон сам разбирается.
Орлех фыркнул насмешливо: дескать, давай-давай, одной чужой сиротки мало!
А Эливерт на всё это сказал:
— Спасибо хозяйке за гостеприимство, но пора и честь знать! Давайте-ка домой!
Вот тут Кайл и выдал:
— Может быть, ещё хоть на недельку останемся? Куда так спешить?
Эливерт посмотрел на него в упор, моргнул удивлённо, и твёрдо добавил:
— Я дочь уже третий месяц не вижу! Как хочешь, рыцарь… Я тебе указывать не могу. Но мы с Ланой и Орлехом уезжаем утром.
И отправился в дорогу собираться.
Дело было в Каминном зале. Кайл покосился на Рыжую.
— Может, в самом деле, ещё погостим? А то… когда потом вернёмся на Побережье? Пусть едут без нас.
Настя поднялась из-за стола, усмехнулась невесело:
— Так, может, ты здесь насовсем останешься?
И, не дожидаясь ответа, ушла прочь.
Чуть погодя Кайл отыскал Настю на замковой стене. Подошёл, обнял сзади, полюбовался, как гулявший на равнине ветер гладит нежной рукой курчавые пряди вереска.
Наконец, заговорил:
— Дэини, ну, что с тобой? Я же просто спросил…
— Давай вернёмся домой! — дрогнувшим голосом произнесла Настя.
Она обернулась, и полукровка разглядел горькие слёзы отчаяния в её изумрудных глазах.
— Я боюсь, Кайл! Я прошу тебя! Умоляю! Уедем, пока ещё можно! Мне кажется, этот замок тебя уже не отпустит…
— Что ты говоришь? — хмыкнул он, но вышло несколько фальшиво. — Я могу уехать отсюда хоть сегодня, если захочу.
Кайл отвернулся к морю, помолчал.
И добавил тихо:
— Только я не хочу…
[1] В греческой мифологии нимфа, влюблённая в Одиссея, несколько лет удерживала героя на своём острове, не отпуская домой, к жене.
45 Время прощаться
Настя спустилась по лестнице, толкнула тяжёлую дверь и обомлела…
Двор устилал пушистый ковёр снега. Все камни укрыло белое сверкающее одеяло.
Светлые Небеса! Разве бывает снег летом? Даже здесь, на Побережье, в это сложно поверить.
Всё ясно — они так долго не решались уехать, что наступила зима!
— Кайл! — громко позвала Настя, но мужа нигде не было.
И никого не было. Заснеженный двор был пуст и безмолвен, словно уснул, укутавшись в снежное одеяло.
Пугающее безмолвие. И только снег сыпал, и сыпал, и сыпал, погребая замок в россыпи своего серебра.
Странно, снег идёт. Но почему-то совсем не холодно. И даже босые ноги не мёрзнут, проваливаясь в белоснежный мех, устилающий древние камни.
— Кайл!
Звонкое эхо её голоса отзвенело и угасло в безмолвии этого странного утра.
Настя бродила по узким переулочкам меж стылых камней, в мёртвой тишине. Искала, искала, искала… И не могла найти.
Сердце забилось встревоженно, сжалось от страшного предчувствия.
«Неужели я его потеряла?»
И тут она увидела его. Он шёл по двору и держал за руку стройную высокую даму.
«Проклятущая Келэйя! Она опять за своё…» — с горечью подумала Дэини, чувствуя, как от возмущения и обиды закипает кровь.
Но женщина, что сжимала руку её мужа, оказалась не хозяйкой Эруарда.
Настя бросилась вдогонку, но они шагали так быстро, что Рыжая никак не могла их догнать.
Снег хлопьями сыпал с неба. И в этой белой кутерьме, фигуры, маячившие впереди, расплывались, терялись, казались такими далёкими…
Незнакомка обернулась. И Настя отчётливо разглядела длинные чёрные волосы, безупречное до совершенства лицо, ослепительно синие глаза.
И Кайл тоже оглянулся. Улыбнулся Насте, привычно не размыкая губ — ясно, светло, беспечно.
И Дэини улыбнулась в ответ на эту искреннюю радость.
А потом они снова пошли прочь, а Анастасия снова бросилась их догонять. И снова никак не могла настигнуть, хоть казалось, что они в пяти шагах, не больше.
Рыжая бежала и кричала надрывно:
— Кайл! Кайл! Подожди!
Внезапно незнакомка очутилась прямо перед ней. Рыжая едва в неё не врезалась с разбега.
— Тебе с нами нельзя! — строго молвила эта женщина удивительной красоты. — Отпусти его! Здесь ему не будет покоя. А ты ведь хочешь ему счастья, правда?
Настя кивнула согласно. По щекам отчего-то катились слёзы, и больно щемило в груди.
— Тогда не держи! — мягко добавила незнакомка. — Мой Кайл должен остаться со мной. А с тобой… будет твой…
Она протянула изящную тонкую ладонь, дотронувшись осторожно до Анастасии, и её ледяного лица впервые коснулась тень улыбки.
— Кайл теперь с тобой навсегда!
Она отвернулась и пошла прочь, не оставляя следов на белоснежном полотне. И тотчас оказалась на другом конце двора. Рядом с ней снова шагал Кайл. Они почти исчезли, растворившись в слепящем облаке пурги.
А Дэини всё бежала, падала, вставала, бежала снова. И не могла догнать…
Настя проснулась в слезах: с ощущением беспредельного ужаса, отчаяния и бессилия.
Кайла рядом не было…