Надежда Черпинская – Чужая невеста для Снежного Волка (страница 48)

— Всё гораздо хуже… — Я набрала побольше воздуха и выдала, зажмурившись: — Я… не Хельга!

Я рискнула приоткрыть один глаз, потом второй… Так хотелось видеть его реакцию!

Ард смотрел на меня в упор, молча, хмуро, и суровая складочка вновь залегла меж красивых тёмных бровей.

Но взгляд князя — прошивающий насквозь, изумлённый, жёсткий — я всё-таки выдержала. Небольшим утешением стало, что я не увидела в его лице признаков того, чего больше всего опасалась — праведного гнева, желания казнить меня немедленно или того хуже — снисходительной жалости к душевнобольной девице.

— Рассказывай! — сдержанно велел ярл-князь.

Значит, поверил сразу. Или уже давно подозревал? Сколько раз, Аррден бросал фразы, что ярла Хельга на саму себя не похожа…

Я была готова провалиться. Сумасшедший пульс стучал в висках, а руки дрожали.

Наверное, я ненормальная… В здравом уме и рассудке никто не станет разрушать собственное счастье, а ведь именно это я и собиралась сделать.

Только вот… на лжи настоящее счастье тоже не построишь.

— Я — не Хельга, — твёрдо повторила я и добавила уже тише: — Меня зовут Ольга Князева. Оля… И я не княжна. Случилось нечто странное…

— Да уж, — угрюмо хмыкнул Ард. — И… как же ты… там, в лесу, на месте княжны, оказалась? И где настоящая ярла Хельга?

— Я… не знаю, ничего толком не знаю, — судорожно вздохнула я. — Со мной произошло… какое-то необыкновенное… чудо. Я не из этого мира, я жила совсем в другом месте, непохожем на вашу Зимень. И я не знаю, как я сюда попала. Я просто заблудилась в метель. И оказалась в вашем лесу… А потом волки, и ты, и… Ох! Ты сейчас решишь, что я сошла с ума! Я бы сама никогда не поверила, если бы мне кто-то такое…

Губы у меня уже дрожали, слёзы были готовы хлынуть из глаз.

— А я поверю. Рассказывай! — вновь повторил мой князь твёрдо и почти спокойно.

А потом… внезапно накрыл мою руку широкой тёплой ладонью, чуть сжал пальцы, словно ободряя. И от этого простого жеста мне захотелось разрыдаться ещё сильнее.

Вот так, без лишних слов, без всякого пафоса, он ясно дал мне понять, что мы всё ещё заодно, мы — вместе, что бы я там сейчас ему ни наговорила.

— Хорошо, я попробую, — кивнула я, — попробую не сбиваться…

Пару раз глубоко вздохнув, чтобы немного успокоиться, я всё-таки натянула на себя край одеяла — мне нужна была хоть какая-то мнимая защита. Хотя, если честно, рука Аррдена, согревавшая мои холодные пальцы, действовала куда надёжнее.

— Всё началось с того, что я загадала желание… — начала я. — На Новый год. Обычно в этот праздник все загадывают, чтобы исполнились их мечты. Так просто принято, традиция такая. Никто на самом деле не верит в это. Ведь у нас, там, где я жила, нет никакой магии, никакого волшебства… Так я думала! А оказалось… Всё исполнилось, понимаешь? Я пожелала обрести настоящую любовь! Загадала встретить того, кому смогу доверять, кому я нужна, вот такая, как есть, кто будет меня любить, и оберегать, и…

Я осмелилась поднять на Аррдена глаза, и сердце ёкнуло — столько тепла было в его взгляде, столько нежности! Он больше не хмурился, пусть и не улыбался, слушал внимательно, удивлённо, но этот взгляд — он меня буквально окрылил.

И я затараторила, спеша рассказать всё, что знала: как сразу после загадывания рокового желания, была вынуждена одна добираться домой, и угодила в пургу, и нашла сани княжны, а потом напали волки, и я потеряла сознание. А потом как-то оказалась здесь, в его замке. О том, что с Хельгой мы похожи, как две капли, и даже, скорее всего, моя душа оказалась в теле княжны. О том, что как раз по этой причине, я ничего не помню о Зимени, и о прошлом Хельги, ведь мой родной, привычный мир — совсем другой. И собственного жениха не узнаю по той же причине, ведь впервые увидела его всего несколько дней назад.

Не забыла напоследок добавить, что я вовсе не хотела выдавать себя за ярлу Хельгу, и, вообще, никому не желала зла, не замышляла ничего дурного, просто всё случилось так неожиданно и странно, что я совершенно не понимала, что мне делать.

Аррден меня не перебивал, слушал задумчиво и хмуро, иногда кивал чуть заметно, подтверждая мои догадки, что он давно заподозрил неладное, просто не мог предположить, как обстоят дела на самом деле.

Ещё бы… — такое предположить никакой фантазии не хватит!

Наконец, вывалив на князя весь поток невероятной информации, я испуганно умолкла, ожидая своего приговора. Но он не спешил ничего сказать, всё ещё переваривая услышанное.

Лишь головой покачал, очевидно, не в силах поверить в мою историю — слишком уж невообразимо всё это прозвучало.

— Почему ты сразу всё не рассказала? — наконец произнёс Аррден.

Я виновато пожала плечами, отводя взгляд.

— Боялась. Думала, ты решишь, что я сумасшедшая… или того хуже… Я… знаю, что надо было, но… — я подняла голову, с тревогой вглядываясь в любимое лицо, добавила чуть слышно: — Прости меня, пожалуйста!

— Если бы я только знал… — устало вздохнул Ард.

Значит, не простит.

Горький ком застрял груди, я судорожно втянула воздух и пискнула, едва сдерживая слёзы:

— Выгнал бы меня, да?

Голос дрогнул, надломился, и Аррден, словно очнувшись, вскинул на меня взгляд, посмотрел прямо в лицо.

— Вот же глупая! — фыркнул он, а потом совершенно неожиданно сгрёб меня в охапку, прижал к сердцу, поцеловал в висок и проникновенно шепнул на ухо: — Просто не маялся бы столько, а взял бы тебя в первую же ночь…

Вздох облечения, вырвавшийся из моей груди, одновременно был похож и на всхлип, и на смешок.

Мамочки, как же я боялась его потерять! Спасибо тебе, Мать-Рысь! Спасибо, Отец-Волк! И все, кого тут ещё благодарить принято, спасибо! Какое же счастье, что я не ошиблась в этом мужчине!

— О-о-о-ля… — протянул он, совсем как тогда во сне, будто прислушиваясь и привыкая к звучанию нового имени.

Окончательно осознав, что всё самое страшное позади, я рассмеялась и игриво возмутилась, припомнив его фразу до этого:

— Ишь ты какой — взял! Я не вещь. А если бы я не захотела?

Аррден изобразил возмущение, приподнял бровь, горделиво вскинул подбородок:

— Ужели посмела бы самому ярл-князю отказать, дерзкая?

— Ещё как! Подумаешь… персона! — фыркнула я, продолжая дразнить его.

Разумеется, я видела улыбку в его глазах и понимала, что он несерьёзно. И это радовало — я столь адекватного и терпеливого мужчину и в моей прошлой жизни никогда не встречала, а уж в эпоху сурового средневековья, обрести такого, что сокровище найти.

— У нас… там… знаешь ли, князей нет, так что я к покорности не привыкла, — с шутливым пафосом доложила я. — Любому ярлу отказала бы запросто.

Я потянула к нему, запуская пальцы в волосы, с нежностью глядя в светлые, проницательные глаза, прозрачно-льдистые, как озёра.

— А вот любимому… — никак не могу.

Поцелуй выпрашивать не пришлось. Его губы снова обжигали, пробуждая во всём теле невыносимое желание. Я даже не подозревала, что я настолько темпераментная натура. Или я просто откликалась на его притяжение ко мне?

Я заподозрила, что сейчас всё-таки дано случиться третьему разу, но Ард отстранился и усмехнулся.

— И ты любимого столько времени терзала? Я ведь себе запрещал даже думать о тебе, — его тёплые пальцы чувственно поглаживали меня по щеке, так что хотелось мурлыкать. — Если бы ты знала, что со мной в эти дни творилось! Невеста брата. Чужая женщина. Неприкосновенна. Ненавидел себя за то, что не могу сдержаться. И на тебя злился, что ты брату обещалась, а сама про него и не вспоминаешь. А выходит, что и думать не о чем было! Никакие клятвы тебя не держат.

Я, улыбнувшись, кивнула. Пусть для всех я официально невеста Ольвейга, с этим мы что-нибудь придумаем. Тем более, это Аррден ещё о наших с Лисом подозрениях не знает. Но сейчас главное, что совесть моего князя мучить не будет.

— Запрещал себе… — выдохнул он мне в волосы, пряча в свои объятия. — Да только не мог забыть, как ты тогда льнула ко мне, дрожала, как думал, что у меня сердце разорвётся, если не смогу тебя спасти, отогреть! Впервые в душе моей такое творилось… А потом… ещё и зависть с ревностью сердца коснулись. Кажется, тоже впервые. Всё в мыслях так и крутилось, что ты Ольвейга любишь, что я тебе чужой, что никогда моей не будешь…

— А я его вовсе и не люблю, и не любила, — мурлыкнула я, прижимаясь щекой к горячей коже моего ярла. — А вот ты, кажется, с первого взгляда мне в душу запал…

— Правда? — шепнул он.

— Честно-честно!

— Вот так-то лучше… — Аррден провёл рукой по моим растрёпанным косам. — Не надо больше притворства! Ты ведь рысь, а не лиса. Не скрывай от меня ничего! Я всё готов выслушать и постараться принять, только лжи и притворства не потерплю. Я доверять тебе хочу, всегда и во всём, знать, что не предашь, не обманешь. С ума ты меня свела, Оля! Сердце к сердцу привязала, цепями приковала накрепко. Не могу без тебя! Не могу другому отдать. Даже брату. Никому. Никогда! Ты моя, моя Хельга, любимая, отрада моя! Наваждение моё зеленоглазое…

Думаю, эти трогательные признания наверняка бы закончились ещё одним головокружительным всплеском страсти. По крайней мере, проказливые руки моего любимого князя уже так и норовили добраться туда, куда не каждому дорога открыта.

Но тут наш откровенный разговор прервал тихий, но настойчивый стук в дверь. Стучались столь робко и деликатно, что я заподозрила, не Мала ли это явилась.