Надежда Чародейская – Я видела, как ты умрешь (страница 9)
Не подпись даже — надпись, мелкую, кистью, по охре: буквы старые, но читаются.
Я стою перед этой строчкой очень долго.
— Вер, а тут написано чего-то, — говорит Соня из-за плеча. — «Кто смотрит, платит»? Это к чему?
— Это про зрителей, — говорю я. — Восемнадцатый век. Заказчик так шутил: мол, любуетесь — раскошеливайтесь.
Соня смеётся. Я тоже смеюсь.
Вечером я остаюсь в доме одна.
Не специально — просто в семь у меня ещё не сделаны обмеры по буфетной, а в восемь я уже понимаю, что не пойду домой, и в девять я перестаю врать себе и иду в овальный зал.
Ключ, конечно, в кармане. Он там с утра. Я вынимала его вчера, положила на подоконник у Валентины Петровны, а сегодня в автобусе нащупала в куртке и даже не удивилась.
Дубовая дверь.
Второй замок, накладной, с фигурной скважиной.
Я стою перед ним и держу руку в кармане на ключе.
Я думаю: о Лизе. Мне нужно про Лизу. Мне нужно понять, что было той ночью на затоне, — и если эта проклятая комната показывает будущее, то, может быть, она покажет хотя бы того, кто знает про прошлое.
Я думаю: о Лизе, о Лизе, о Лизе.
За спиной щёлкает выключатель, и в овальном зале загорается лампочка на проводе.
— Вера.
Я оборачиваюсь.
Марк стоит в дверях анфилады. В рубашке, без пиджака, с закатанными рукавами — он приезжал днём, что-то смотрел с кровельщиками, я видела его машину и старательно не выходила.
Он смотрит на мою руку в кармане.
— Отдай ключ, — говорит он.
Он знает.
Он знает про ключ, знает, что он у меня, и, судя по лицу, знает уже не первый день.
— Какой ключ? — говорю я.
— Вера.
— Ты запретил мне северное крыло по договору. В договоре не написано, что я не могу стоять в овальном зале.
— Отдай ключ.
Он делает шаг.
И я вдруг понимаю, что он идёт не ко мне. Он идёт к двери — встать между мной и дверью, — и он идёт быстро, и на лице у него то самое, что я видела в первый день: не злость. Страх.
Я успеваю раньше. Не потому что быстрее, а потому что ближе.
Я встаю спиной к дубовой доске и упираюсь в неё ладонями.
— Что там? — говорю я.
— Уйди оттуда.
— Что там, Марк?
— Вера, я тебя прошу.
— Ты меня просишь. — У меня начинает звенеть в голове, тонко, как перед обмороком. — Ты меня просишь. Знаешь, сколько раз я тебя просила? Один. Ровно один раз, десять дней назад, на крыльце. Сказать одно слово.
— Это другое.
— Это то же самое! — Я слышу собственный крик и не могу его остановить. — Ты опять решаешь за меня, что мне можно знать! Ты девять лет назад решил, что мне нельзя знать, и я уехала из города с клеймом, и мой отец умер через полтора года, и он до последнего дня думал, что я...
Я замолкаю.
Он стоит в двух шагах. Не подходит.
— Договаривай, — говорит он тихо.
— Нет.
— Договаривай, Вера.
— Он думал, что я убила Лизу! — Голос срывается. — Мой отец. Он меня не спрашивал ни разу, понимаешь? Ни разу за полтора года. Потому что боялся, что я отвечу «да».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.