Надежда Чародейская – Салон Три сестры (страница 6)

— Сера — это не криминал, — заметила Рита. — Сера есть в любой квартире. В спичках, например.

— В спичках сера на кончиках, а не в жидкости для снятия лака.

— Мало ли! Может, у нас экспериментальная формула!

— Вот именно, — кивнула Зина. — Экспериментальная. Поэтому мы её прячем. В подвал.

К полуночи салон было не узнать. Он стал... нормальным. Пугающе нормальным. Зеркала, задёрнутые тканью, молчали. Пластиковые цветы на подоконнике замерли в позе «мы просто цветы, ничего особенного». Даже воздух в салоне стал каким-то пресным — без привычных ноток волшебства, тайны и лёгкого безумия.

— Ужасно, — выдохнула Рита, оглядывая результат. — Мы выглядим как обычный салон.

— В этом и был план, — напомнила Зина.

— Я знаю. Но это... унизительно.

— Лучше быть униженным салоном, чем закрытым, — философски заметила Василиса.

— Или сожжённым на костре, — добавила Надя.

— Ковен не жжёт на кострах, — поправила её Зина. — Это средневековье. Сейчас они просто блокируют магические способности и отправляют на перевоспитание.

— А что такое перевоспитание? — с опаской спросила Надя.

— Никто не знает. Те, кто прошёл перевоспитание, не рассказывают. Они вообще мало что рассказывают. В основном улыбаются и предлагают травяной чай.

По спине Нади пробежал холодок. От одной мысли о том, что кто-то может заблокировать её магию, ей становилось дурно. Магия Воздуха была не просто способностью — она была частью её существа. Без неё Надя стала бы... обычной. Как тот самый огуречный крем.

— Мы справимся, — сказала Зина, кладя руку ей на плечо. — Мы всегда справлялись. А теперь — последний рывок. У нас остался корень мандрагоры.

Корень мандрагоры был самой большой проблемой. Во-первых, он был живой. Во-вторых, он был капризный. В-третьих, он кричал. Не постоянно, конечно, но когда его пересаживали или перевозили — кричал так, что стёкла дрожали. Именно поэтому он жил в подсобке в специальном звуконепроницаемом ящике, который Зина соорудила из старого холодильника, обложенного поролоном.

— Я возьму это на себя, — сказала Зина, решительно направляясь к подсобке.

— Может, помочь? — предложила Рита.

— Нет. Корень меня знает. Я его растила. Он мне доверяет.

— Он тебе доверяет? — усомнилась Василиса. — В прошлый раз, когда ты его пересаживала, он укусил тебя за палец.

— Это был любящий укус.

— У тебя палец был синий неделю.

— У мандрагоры свои способы выражать привязанность, — отрезала Зина и скрылась в подсобке.

Сёстры замерли в ожидании. Из подсобки донеслось приглушённое ворчание Зины, потом тихий скрип открываемого ящика, а затем...

Звук был такой, будто кто-то одновременно дунул в трубу, ударил по струнам расстроенной скрипки и наступил на хвост рассерженному коту. Стёкла в окнах задребезжали. Пластиковые цветы на подоконнике подпрыгнули. Одна из банок на полке Василисы треснула.

— Тихо, тихо, маленький! — донеслось из подсобки. — Это я, тётя Зина! Мы просто переезжаем! Временные неудобства!

Корень мандрагоры, судя по звуку, был категорически не согласен с такой формулировкой. Он закричал снова, на этот раз громче. С потолка посыпалась побелка.

— Может, оглушить его? — предложила Рита, зажимая уши.

— Не смей! — крикнула Зина. — Он от испуга сбросит листья! А новые листья у мандрагоры растут три месяца!

— Тогда заткни ему рот!

— У него нет рта! Он кричит душой!

После пятой попытки Зина всё-таки уговорила мандрагору переселиться в переносной ящик. Ящик был обмотан тремя слоями одеял, а сверху перевязан бельевой верёвкой. Изнутри доносилось обиженное сопение.

— В подвал его, — скомандовала Зина, передавая ящик Рите. — И осторожно. Если уронишь — он обидится на год.

— А что будет, если он обидится? — спросила Рита, принимая ящик на вытянутых руках.

— У прошлой хозяйки, которая его вырастила, был случай. Она забыла полить его вовремя. Всего на день. Он обиделся и проклял её.

— И что случилось?

— У неё выпали все волосы. И зубы. И брови. Но брови потом отросли.

— А волосы?

— Волосы нет. Она до сих пор носит парик. Очень дорогой, кстати. Из натуральных волос. Я ей помогала выбирать.

Рита побледнела и понесла ящик в подвал с осторожностью сапёра, обезвреживающего атомную бомбу.

К трём часам ночи операция была завершена. Всё магическое было надёжно спрятано. Подвал, который раньше пустовал и пылился, теперь напоминал склад волшебных артефактов из сказки. Здесь было всё: от сушёных крыльев ночной феи до коллекции зачарованных пилок для ногтей, которые Зина собирала последние двадцать лет. В центре подвала, на специальном ящике, обиженно сопел корень мандрагоры.

— По-моему, неплохо, — сказала Зина, оглядывая результат. — СЭС сюда не сунется. Даже если найдут вход — он заставлен коробками с шампунем.

— А если сунутся? — спросила Надя.

— Тогда у нас будут проблемы серьёзнее, чем Амалия Голд.

Сёстры переглянулись. Им очень хотелось верить, что всё обойдётся. Но где-то в глубине души каждая чувствовала: эта ночь — только начало.

— А теперь спать, — скомандовала Зина. — Завтра трудный день. Всем быть в салоне в семь. Форма одежды — парадная. Никакой магии. Никаких файерболов. Никаких ветров.

— Даже маленьких? — жалобно спросила Надя.

— Даже сквозняков. Ты меня поняла?

— Поняла, — вздохнула Надя.

Но когда сёстры расходились по домам (точнее, по своим комнатам — Рита и Надя жили в квартире над салоном, Василиса в соседнем подъезде, а Зина — в доме напротив), Надя на секунду задержалась на крыльце. Ночной ветер трепал её светлые волосы, и она улыбнулась.

— Завтра, — прошептала она ветру, — завтра ты мне понадобишься. Но не сегодня. Сегодня отдыхай.

Ветер шевельнул ветки тополя, словно кивая в ответ, и затих.

Надя вздохнула и закрыла за собой дверь.

Утро началось с крика.

— ЧТО?! — голос Риты разнёсся по салону, как раскат грома. — Что значит «закрыто»?!

На экране её телефона светилось уведомление из соцсетей. Амалия Голд выложила новый пост. И он уже набрал больше ста тысяч просмотров.

«САЛОН "ТРИ СЕСТРЫ": РАССЛЕДОВАНИЕ ПРОДОЛЖАЕТСЯ! Эксклюзив: нам стало известно, что у салона есть конкуренты. И они готовы дать показания! Встречайте: сеть салонов "Эльф-Краса"!»

Ниже прилагалось фото: улыбающиеся эльфы с неестественно острыми ушами на фоне сияющей витрины салона «Эльф-Краса». Подпись гласила: «Они знают правду. И они её расскажут. Оставайтесь с нами».

— Эльфы, — прошептала Зина, и в её голосе впервые за долгое время прозвучало что-то похожее на страх. — Этого ещё не хватало.

Конец третьей главы

Глава 4. Санитарный день, или Почему эльфы не любят чеснок

Ровно в семь утра четыре ведьмы стояли в боевой готовности посреди салона «Три сестры». Выглядели они при этом как сотрудницы обычного салона красоты — никаких искрящихся шлейфов, никаких парящих пинцетов, никаких светящихся зелий. Только халаты, только профессиональная косметика, только улыбки. Ну, почти.

— Рита, убери молнии из волос, — скомандовала Зина, даже не оборачиваясь. Она стояла спиной к сестре, но чувствовала магию Земли, Огня, Воды и Воздуха лучше любого сейсмографа.

— Я убрала! — возмутилась Рита. — Это статическое электричество! От расчёски!

— От расчёски не бывает такого треска. И от расчёски не пахнет озоном.