Надежда Борзакова – Я не ваша, босс (страница 2)

Когда выходила из метро пошел снег. Крупные хлопья неторопливо опускались на землю, жаль только сразу таяли. Похоже не видать мне не то что личной, но даже просто зимней сказки.

— Ноги не промочила? — спросила с порога мама.

— Нет, — я стянула ботинки и аккуратно поставила их на коврик у двери, чтоб не наследить. Положила сумку на обувную тумбу, сняла пуховик.

Фокси — наша кошка с густой и длинной иссиня-черной шерстью и желтыми глазами — выскочила из залы, подбежала ко мне и потерлась о ноги. Присев на корточки, я погладила ее. Не спрашивайте как так вышло, что я назвала черную кошку Фокси, я и сама не знаю.

— Дай я тебя обниму, моя хорошая, — сказала мама. — Вот увидишь, все будет хорошо. Ты обязательно встретишь хорошего парня…

Почему-то в этот момент в памяти всплыл инцидент на переходе и синие глаза его виновника.

— Ну уж нет, мам. Хватит с меня “хороших парней”. Наелась отношениями и браками до тошноты уже. Займусь тем, чем надо было заняться в двадцать вместо того, чтоб выскакивать замуж за первого попавшегося смазливого дурачка, умеющего давить на жалость.

Мама вздохнула.

— Лера, ты же знаешь, мы с папой особо не одобряли… Я все время думаю, может, могли бы что-то сделать, как-то переубедить тебя…

— Мам, не могли! — перебила я, — Я верила, что меня очень сильно любят, сама любила именно этот факт, но было слишком мало мозгов, чтоб это понять. И считала, что одной любви для брака достаточно по этой же причине. Я не слушала никого. Так что… Слава богу, мы развелись без судов на годы.

В кухне меня поджидало картофельное пюре с куриной грудкой. Сделав над собой усилие, я принялась за еду. Нужно есть. И так вон о мои скулы и тазовые кости можно порезаться. Минус шесть килограммов за этот месяц. Ерунда в принципе, не будь я от природы худощавой.

Покончив с едой, двинулась в снова только свою спальню. В ней не осталось ни одной вещи бывшего. Я его заставила все забрать, а что не забрал, то выбросила в мусор. Половина шкафа, в которой раньше лежало его барахло, пустовала. Почему-то я не была пока готова заполнить ее.

Выудив со своей половину трикотажное платье, я разложила гладильную доску и включила утюг. Погладив наряд, повесила на вешалку, а сама пошла в ванную. Душ, легкая укладка, макияж, удачно скрывший синяки под глазами из-за бессонницы.

Надев сапоги и пуховик, я попрощалась с мамой и вышла из дому. Добралась до суши-бара раньше оговоренного времени, но Саша меня уже ждала.

— Ой, как же ты отлично выглядишь, — сказала она, поцеловав меня в щеку.

— Развод мне к лицу, — отозвалась я.

— За него и выпьем. Я заказала нам стандартный сет и белого вина, ты же не против?

Опять еда! Мамочки!

— Тебе нужно есть, Лер. Ты очень похудела. Что бы не происходило, нельзя забывать о себе!

— Я и не забываю. Это просто реакция организма на стресс, Саш.

— А говорила, что не любишь уже его.

— Не люблю и давно. Жила с ним потому что как родственник уже стал, думала он меня капец как любит и понимает. Доверяла ведь мудаку этому как самой себе. Да и привыкла за столько лет.

— Все так живут, — перебила Саша. — Я вообще не понимаю, зачем было разводиться. Поссорились — помирились бы. В первый раз что ли? Столько лет вместе…

— Вот и я думала — все так живут. Хоть плохонький да мой, столько лет вместе, мне не двадцать пять и так далее. Все из-за внутреннего страха остаться одной, на самом деле.

— Психотерапевта цитируешь? — Саша закатила глаза.

— Да. Начать терапию было лучшим моим решением после решения развестись. Лена весь бардак в моей голове в порядок приводит. Если бы не она, я бы вряд ли так легко переживала ситуацию.

Официант принес нам заказ. Поставил огромный сет в центр стола, налил вино в бокалы.

— Ты, Лерка, не слушай, что я говорю, ладно? Сама бы просто так не смогла, вот и все. Давай, за твою новую жизнь!

После пары глотков вина возникло ощущение, что до предела сжатая пружина внутри меня наконец разжалась. Стало тепло и спокойно. Даже аппетит появился. Вроде бы.

— Я так рада, что мы с тобой теперь вместе работаем.

— Я тоже. Спасибо тебе, Саша, огромное.

— Ой, мне-то за что? Если б ты дурой какой-то была, никто б тебя не взял. Это вообще тебе спасибо. Настю вон выручила. Ейчаров знаешь как дрючат за незакрытые перед новым годом вакансии? Ой, — она махнула рукой, — ты как себя чувствуешь-то? Ну, после аварии?

— Да какая там авария, Саш? Так, соприкоснулись слегка. Пара синяков, заживет. Я испугалась больше, чем пострадала.

— И все равно зря полицию не вызвали. Такие вещи нельзя спускать…

— Саша, тот мужик, судя по тачке, бизнесмен какой-то, богатый. Молол чушь про то, что это все его жена подстроила, представляешь? Они разводятся, она против, вот и заплатила мне, чтоб под колеса ему бросилась. Мол, потом шантажировать будет — он забирает свое заявление, а я свое. Ну его. Еще б меня виноватой сделал.

— Да ты что? Во страсти. Давай за твою новую работу!

После бокала вина суши стали заходить еще охотнее. По жизни малопьющей мне даже такое небольшое количество вина играло свою роль.

— Знаешь, Лер. У меня задержки пятый день. А обычно день в день приходят, — в какой-то момент выпалила Саша. — А у нас с Ромой в этом месяце без защиты было… Так страшно. Тридцать два уже все-таки.

Я чуть палочки не уронила.

— Может тебе бы тогда не пить?

Она ошарашенно посмотрела на свой бокал. Похоже, мысль об этом не приходила девушке в голову.

— Давай тебе водички закажем, хорошо? — я махнула официанту.

— У нас с Ромой ипотека, Лер. И Яне только четыре…

— Давай так: ты завтра утром сделаешь тест чтоб не гадать и в зависимости от результата будешь думать что да как.

— Ой, ты прости меня, что рассказываю тебе, Лерка!

— В смысле?

— …Просто некому особо больше. Два года с тобой знакомы всего, а ты мне как сестра стала. Прости!

И поймав мой вопросительный взгляд добавила:

— Ну… У вас же не получилось за столько лет. А теперь вообще…

— И ты подумала, что мне будет обидно? — засмеялась я. — Саш, во-первых, не не получилось, мы не пробовали. Сначала я думала, что Паша хоть минимально чего-то добьется, и что сама добьюсь. Что будет возможность от родителей переехать. Да и попутешествовать хотелось, мир посмотреть. Потом, как стало понятно, что не видать нам условного первого миллиона, а время идет, случился коронавирус. А там уже скандалы постоянные начались. Ему стало интереснее мышцу качать и тачку побыстрее купить, чем о планировании семьи думать.

— Может… может, появился кто-то?

— У Паши? Не-е-т. Спать с кем-то на стороне он бы не решился. Слишком страшно. Ну как я узнаю и папа мой? Пашка ж трус последний. Все время боялся виноватым в чем-то оказаться. А тут такое, — я усмехнулась. — Даже хорошо, что у нас нет детей. Если б были, это бы связало навсегда так или иначе. Но даже если б я считала по-другому, то все равно бы обрадовалась за тебя. Как ты могла подумать, что нет?

Она сконфуженно пожала плечами.

— Что до тебя — с каких это пор тридцать два года это много для беременности? Не в совке таки живем. Насчет остального — повторюсь, сначала нужно узнать, да или нет, а потом уже решать.

Глава 3

— Вот смотри, — глотнув кофе, начала Лена, — есть человек, он хочет себе персиковое дерево. Покупает его. Но оказывается, что он перепутал и купил яблоню. И он думает: “Ай, ладно, яблоня тоже дерево. Яблоко тоже тоже фрукт. Пусть будет. Зато не голодаю. А потом вдруг, если я очень постараюсь, то на яблоне вырастут персики”. И сажает в своем саду яблоню. Поливает ее, ухаживает, удобряет. Ест яблоки. Давится, но ест. И все ждет, что начнут расти персики, не понимая, что это просто невозможно. Время идет, понимание приходит. Появляется раздражение, злость. Человек перестает ухаживать за яблоней, а яблоня, в свою очередь больше не плодоносит. И в лучшем случае в итоге человек продает яблоню, в худшем либо продолжает снова и снова пытаться получить от нее персики, либо давится яблоками… Понимаешь, о чем я?

Я понимала. А еще понимала, что если бы избавилась от глупых нарративов прошлого, что психотерапевт это стыдно и “для психов”, то жизнь моя сложилась бы намного лучше.

— А вдруг свой “персик” не найти? — выдавила я.

— Каждый человек сам выбирает, что для него лучше. Очень многие живут с неподходящим для себя человеком из страха не найти подходящего либо остаться в одиночестве. В твоем случае был второй вариант. Но ты сумела пойти этому страху вопреки и разорвать отношения.

— Трудно было поступить иначе, когда он мне в лицо сказал, что больше меня не любит, — я скривилась, вспоминая этот момент.

Очередной скандал из-за ерунды, я в соплях, он, как и всегда в последнее время просто молча наблюдает, словно получая какое-то садистское удовольствие от того, что довел меня. А потом все же говорит, разлюбил, мол.

— Но, если я перестану его “пилить” за то, что спускает деньги на тюнинг машины, пропадает в зале вечерами в будни и с друзьями в гараже в выходные, не уделяет мне время, не хочет снимать квартиру, ибо жалко на это денег, то, может полюбит снова.

Чувствуя, что снова начала заводиться, я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула.

— Ты должна понимать, что какая-то другая женщина на твоем месте так бы и поступила. Но это деструктивный, разрушительный для психики сценарий.