Надежда Борзакова – Наследник от предателя (страница 7)

- Мам, ну что ты со мной как с маленьким? Я уже взрослый, справлюсь. Иди со спокойной душой на свое свидание, - с очень важным видом сказал сын.

Улыбнувшись, я потрепала его по темноволосой макушке.

- Я буду дома до одиннадцати, сынок.

- Пусть только он тебя домой отвезет, чтоб я не волновался!

- Непременно, - я поцеловала его в щеку.

Руслан умчался в свою комнату к компьютеру. Нет, конечно же, “официально” он не будет играть больше двух часов, но кому я вру? Меня дома не будет, кто проконтролирует? Хоть бы поужинать не забыл…

Всякий раз уходя на свидание я чувствовала вину перед своим сыном за то, что оставляю его одного. Именно поэтому крайне редко оставалась у двух своих кавалеров, что были до Паши, до утра и в таких случаях просила Таню присмотреть за ребенком. Да и в целом начала задумываться о возможности попробовать с кем-то построить отношения лишь когда Руслан пошел в школу. До этого момента не могла… И далеко не только потому, что у меня был маленький ребенок.

Мысли снова вернулись к Воронову. Вот, чтоб его, а! Какого черта я вспоминаю об этом мужчине снова и снова? Разве может обида быть жива десять лет спустя? Я-то думала, что уже перегорело совсем все…

Подошла к зеркалу, взглянула на себя. На мне трикотажное платье-миди на широких бретелях кремового цвета и лодочки на каблуках. Крой такой, что классно подчеркивает стройную фигуру и при этом добавляет объемов в нужных местах. Придает какой-то нежности, мягкости, женственности. Рыжие волосы уложены плавными, объемными волнами. Чтоб научиться такой укладке на моих буйных кудрях я потратила много часов и нервов. Ресницы подкрашены коричневой тушью, брови - гелем. Веснушки… Немногочисленные веснушки тщательно замазаны тональным кремом, а скулы подчеркнуты румянами и бронзером. Губы - нюд.

Красивая. Взрослая. Успешная. Мама прекрасного, самого лучшего на свете мальчика. Девятилетнего, при том, что мне самой нет еще и тридцати. И при этом я всего добилась сама. Селф-мейд. Да еще и личная жизнь, судя по всему, налаживается.

Есть чем гордиться и чему радоваться, да. И я гордилась и горжусь, и радуюсь. Но почему во всем вот этом вот, в этой прекрасной жизни, нашлось место для мыслей о призраке из прошлого?

Качнув головой, я вышла за дверь. На улице было довольно тепло, но при этом и свежо. Замечательная погода, для прогулки то, что надо. Паша говорил что мы идем в какой-то ресторан у речки. Будет здорово.

Сев в машину, покатила по намеченному адресу. Пробок нет - выходной день. Двадцать минут и я на месте. Паша меня ждал прямо на стоянке. Белая рубашка, в руках букет лилий. Я их не любитель, но сам факт того, что подумал, заморочился - это уже классно. Далеко не все мужчины считают необходимым дарить цветы не только по какому-то случаю.

- Привет!

- Привет, Ника, - клюнув меня в губы, отдал букет.

- Очень красивые, спасибо, Паша.

- Рад, что угодил, - он взял меня за руку, - Ну, идем?

Я кивнула. Мы пошли по ведущей к ресторану выложенной камнями дорожке.

- Как дела?

- Отлично. Столько всего успела сделать за полдня, что как-то самой не верится. А твои?

- Да я к родителям заезжал в гости. Вот от них сразу и к тебе, - ответил Паша.

Разговаривая о том, о сем, мы зашли в ресторан. Хостес провела нас на летнюю террасу, с которой открывался безумно красивый вид на речку. Ниже по набережной сновали люди. Подростки катались на самокатах, держась за руки прогуливались парочки. Возникала ассоциация с каким-то курортом. Если представить вместо речки море, то легко мысленно переместиться, например, в Анталию. Это единственная заграница, в которой я успела побывать. Когда более-менее все наладилось по работе сразу взяла путевку и отвезла сына на море. Конечно же я любила Черное, на котором выросла. Безумно любила. Но все же разница со Средиземным в частности и уровнем курортного сервиса в общем - глобальная.

Да и родное Черное прочно ассоциировалось с тем самым летом вот уже долгие годы. Конечно же я приезжала к родителям и водила сына на пляж, но наслаждаться родными местами полностью не получалось. Они продолжали хранить память о событиях десятилетней давности, которую я никак не могла отпустить. Старалась и не могла. Смотрела в льдисто-синие глаза сына - и не могла.

- Выбрала? - осведомился Паша, выдергивая меня из раздумий.

- А? Да, сейчас, - осознав, что несколько минут просто сидела и бестолково смотрела в меню, я покраснела.

Торопливо пробежала глазами по названиям блюд. Выбрала салат с морепродуктами, брускеты, кофе.

- Эх, жаль, завтыкал я. Надо было нам на такси ехать, чтоб можно было вина выпить.

- Я не слишком люблю пить алкоголь, так что…, - я пожала плечами.

- Ну да, конечно, - сказал он.

Сделал заказ официанту и, положив на столешницу локти, устремил на меня взгляд. В глазах мужчины были теплота и восхищение, которые он показывал и ни капельки не пытался скрыть. Видеть это, чувствовать было очень приятно. Но мне… Мне вспомнились другие глаза. Льдисто-синие, взгляд которых обжигал огнем, от которого мурашки рассыпались по коже и перехватывало дыхание… Который ощущался каждой клеточкой кожи…

Воспоминание настолько живое, осязаемое, что мне показалось будто я ощущаю этот взгляд наяву. Машинально я повернула голову. И встретилась с льдисто-синими глазами. Встретилась взглядом с Вороновым.

Размашистым шагом он с грацией хищника двигался следом за хостес неотрывно глядя на меня. За ним шла высокая и стройная девушка. Выше среднего, длинные волосы до талии, упругая и явно не родная троечка в глубоком вырезе трикотажного топа, обнажающего рельефный загорелый животик, упакованный в широченные “палаццо”. Высокие скулы, непропорционально пухлые губы и неестественно идеальный нос. Короче говоря, компанию Воронову составляла типичная для людей его круга безупречная во всех смыслах девушка.

Они прошли к столику. Он не озаботился тем, чтоб отодвинуть ей стул, а сам сразу развалися напротив. Сказал что-то подошедшему официанту…

- Ника? На кого ты смотришь?

- А? Да так, ни на кого. У девушки костюм красивый, - покраснев, залепетала я.

Отвернулась. И снова почувствовала на себе тот самый взгляд. Или это только показалось?

- Вот у той? Ага, ничего так. Но на тебе он смотрелся бы лучше, чем на этой пластиковой фигуре.

Я улыбнулась. Комплимент приятно польстил самолюбию.

- Не люблю сделанных. Во-первых, как его понять, что там и как было до тюнинга. А во-вторых, это же все каких-то нереальных денег стоит, которые она будет требовать у меня. Кому оно надо?

- Угу, - рассеянно хмыкнула я.

Чуть-чуть повернула голову. Смотрит. Прямо-таки буравит взглядом. Я изогнула бровь. Что тебе надо, м? Смотри на свою девушку. Она вон как натянутая струнка сидит. Такое ощущение, что и не дышит.

Принесли наш заказ и мы отвлеклась на еду. Паша между делом начал рассказывать о том, что ему надоело работать на кого-то и он планирует открыть свою школу самбо. Даже помещение уже присмотрел и смету прикинул. Спросил, смогу ли помочь по рекламе.

- Без проблем. Как будешь готов я составлю план, просчитаем бюджет… Нам новые клиенты нужны.

- А я думал ты так, по-свойски поможешь, - бросил он.

- В смысле?

- Да я шучу, Ника. Шучу, - слез с темы он. - Чего не ешь? Не нравится?

- Нет, очень нравится, - сказала я.

Стало не по себе. Может быть зря я так? Что мне трудно что ли было бы помочь ему просто так? Мы же пара… Подумает еще, что я меркантильная какая-то. Но как теперь снова вернуться к этой теме, чтоб все не выглядело глупо? Ладно…

Паша спрыгнул с темы и я немного расслабилась. С ним было легко поддерживать разговор, он смешно шутил. Настолько, что я искренне смеялась до слез. Ровно до того, как мы оказались с Вороновым в одном помещении и на расстоянии двух столов. Потому, что мне казалось, я смеюсь слишком громко, так словно бы пытаюсь привлечь его внимание. Ем некрасиво. Сижу как-то не так. Говорю громко.

Да-а-а-а, черт. Так недолго сойти с ума.

- Паша, я отойду на минутку, - сказала я и, стараясь не бежать, поскакала в уборную.

Там намочила руки холодной водой, быстро промокнула их бумажным полотенцем и приложила к пылающим щекам. Ну ты даешь, Ника! Дура ты. Как есть дура.

Сделала глубокий вздох. Спокойно. Все нормально. Ничего особенного не происходит. Ну реагирую так на его присутствие, ну и что? Многие бы смогли иначе? Главное, что этого никто не замечает. И не заметит.

Добавив к одному глубокому вздоху еще парочку, поправила свое каре, провела кончиками пальцев под глазами, стирая фантомные точки от туши… Вышла… И чуть ли не столкнулась с Вороновым.

- Добрый вечер, Артем Анатольевич, - очень стараясь не дать голосу дрогнуть, сказала я.

- Привет, Ника, - медленно растянул губы в улыбке он, преграждая мне путь.

- Дайте я пройду, пожалуйста.

- Нет, сначала мы поговорим.

- Рабочие моменты мы обсудим с вами в рабочее время Артем Анатольевич, а других между нами быть не может…

- Так спешишь к своему лошку, да? - мужчина шагнул ко мне почти вплотную, вынуждая вжаться в стену.

- Жаль, что вы не спешите так же к своей девушке, Артем Анатольевич! Или, благодаря вашим деньгам, ее не беспокоит ваше внимание к другим женщинам?

- А ты изменилась, Ника, - усмехнулся он.

- Было кому научить, - отозвалась я.