Надежда Борзакова – Любить тебя (страница 11)
Наткнулась на его взгляд и осеклась. Подавилась словами, осознав, что именно натворила. На кого наорала...
Он обхватил меня за плечи, потянул вниз, заставляя сесть.
- Нина, давай с начала и без истерики, - надавил тихим приказом.
- Илья...Он сказал, что, - мысли путались, слова ускользали.
- Сосредоточься на дыхании. Глубокий вздох, подержи десять секунд и медленный выдох.
Я подчинилась. Превратить несколько рваных вдохов в один глубокий вышло, хоть и не с первого раза. Истерика немного отступила.
- Я слушаю.
- На свадьбе вместо нашего видео запустили то, как Илья с какой-то девкой в «вип-ке» клуба... Он сам мне сказал, что его опоили, девку подослали, и сделал это ты из мести, что он тебя арестовал.
- Просто супер, - усмехнулся так, что у меня мороз прошел по коже. - А он сам вообще не при делах, да? Что изнасиловали, не говорил?
Я невольно хихикнула. Всего-то в понедельник, а по ощущениям сто лет назад сама говорила Илье нечто подобное. Но веселье мигом прошло.
- Хорошо,- проговорил после паузы. - Допустим, это все я. Зачем тогда обретался возле места, кишащего силовиками? Просто, чтоб увидеть реакцию на мелкую пакость? Каким образом, Нина, учитывая место, где мы с тобой пересеклись?
Я сглотнула сухой ком в горле. А ведь Андрей прав. Это глупо. Очень. Особенно для того, кто смог провернуть такие преступления. А то, что я прибегу, он вообще не мог предвидеть от слова совсем.
- Не веришь мне? - по-своему истолковав мое молчание, спросил Андрей.
- Что из слов Ильи правда? - задала встречный вопрос вместо ответа. Отвечать на его я не была готова.
- Только то, что дал слово отомстить, - проговорила Андрей после паузы.
- А я...., - едва смогла выдавить. Шепотом, почти одними губами. Тело сжалось в его руках, будто в ожидании удара.
- Я не знал, где будет свадьба. Не узнавал этого. Ехал, увидел бегущую девчонку в свадебном платье...
- Но ты не мог не узнать меня!
- Нина, тобой я ему не мстил и не собирался, - глухо выдавил он через силу.
Не собирался. Не мстил.
Я поверила. Не только ему, но и самой себе. В голове все как-то резко сложилось в четкую картинку.
Это я думала, что меня любят, считала себя «той единственной», довольствовалась лежащим на поверхности, как и многие другие женщины с времен сотворения мира. А другие видели правду. Особенно тот, кто намеренно изучал Илью, планируя месть. И он не мог не знать, что любые последствия обнародованного видео будут для того не страшнее булавочного укола. К тому же, хоть каких-то гарантий, что они вообще настанут, что моя реакция будет именно такой, не было. Девушка из другого социального слоя, младше на четырнадцать лет, которую из любовницы «повысили» до жены богатого и успешного мужика. Как такая с большей долей вероятности поступит, узнав об измене, в случае, если вообще не привыкла молча их терпеть, опасаясь потерять тепленькое местечко? Ну, максимум, устроит истерику, которая стихнет после какой-то дорогой безделушки в подарок.
Мелочи. Однозначно не стоившие того, чтоб ими привлекать к себе внимание, готовясь к преступлению. Андрею бы вообще очень выгодно, было чтоб Илья - тот, кто ведет его дело, тот, кто его однажды уже поймал - точно оказался в нужную дату на другом конце планеты...
- Если не из мести, то зачем? Зачем тебе жена врага?
- Затем, что я захотел ее себе! - хрипло прошептал, полыхая взглядом.
Я уже открыла рот, чтоб ответить, как взгляд наткнулся на струйку крови, медленно вытекающую из-под подкатанного рукава его толстовки.
Глава 16
Проследив за моим взглядом, Андрей выругался. Стер второй рукой кровь.
- Ты ранен! - ахнула я.
- Царапина, дернул шов видно...
- Я аптечку достану. Снимай толстовку!
С этими словами я сползла с кровати и, не обращая внимания на различные вариации со словом «нормально», подошла к шкафу. Нашарила там полотенце и запасную аптечку автомобилиста. Купила как-то две по акции, и вот, пригодилась.
Под толстовкой обнаружилась черная футболка и пропитанная кровью повязка на левом предплечье. Игнорируя возникшую дурноту, я натянула перчатки, села возле Андрея и поставила рядом аптечку. Положив полотенце на колени, устроила сверху его левую руку. Выудила из аптечки ножницы и неожиданно твердой рукой разрезала бинт и кинула его на пол.
Шесть грубых швов, два из которых лопнули. С помощью пинцета и ножниц удалила нитки, чтоб не попали в рану. Обработала ее и сумела даже вполне умело перевязать. Все это под пристальным нечитабельным взглядом потемневших глаз и без единого слова. В полной тишине.
Андрей не издал ни звука, даже не сбил дыхание, терпя мои неумелые манипуляции, помогал, буквально чувствуя, когда нужно.
До этого момента мне не приходилось перевязывать ничего страшнее глубоких порезов, и все же я справилась.
Сунула использованные бинты в пакет, туда же отправились перчатки. Завязав его, отнесла в кухню и выкинула в мусорное ведро. Вымыла руки, поставила чайник. Заглянула в холодильник. Пусто. Ладно, круглосуточный супермаркет недалеко, можно и сходить. Да, глубокая ночь, ну и что? Я быстренько. Не съедят же меня по дороге!
Услышала, как побежала вода в ванной. Хорошо, хоть не душ, повязку не намочит.
Когда чай заварился, прихватила чашки и направилась в спальню. Стоя боком к окну, Андрей смотрел в ночной двор. Только сейчас заметила, что у него сзади за поясом пистолет.
- Что ж не сдала меня? – спросил, глядя на меня в отражении окна. – Думала, что использовал, боялась?
Я вздрогнула от резкого звука его голоса и расплескала немного чая. Поставила чашки на стол, стряхнула с рук капли.
- Почему, Нина? – повернулся ко мне.
- Не знаю.
А он вдруг возник рядом и схватил пальцами за подбородок, чтоб видеть лицо. Не сжимал, не причинял боль, просто придерживал, чтоб не отвернулась, и буравил взглядом. Наклонил голову, теперь наши лица совсем близко. Еще чуть-чуть, и черты бы сливались.
Будто в душу смотрел, читал в ней ответ, который не могло озвучить тело.
Я не знаю, сколько мы так простояли. Секунды, минуты, часы. Время не имело значения. Ничто не имело значения кроме потемневших глаз напротив, пальцев, обхвативших подбородок. Кроме мужчины передо мной. Близко, на расстоянии дыхания.
В какой-то момент он не поцеловал, он со зверским голодом набросился на мои губы. Смял их своим твердым и требовательным ртом. Стиснул до боли подбородок, не контролируя силу, но сразу же разжал пальцы. Погладил, будто извиняясь.
Я забралась пальцами в его волосы. Ерошила их, гладила затылок, притягивая ближе.
Разорвал поцелуй, подтолкнул меня к кровати, глядя в глаза. А дальше не напирал, давая возможность решить самой.
Пока ты не захочешь, ничего не будет.
А я хотела. До безумия хотела. Я хотела его. Того, кем он так невозможно быстро успел стать для меня.
Взяла за здоровую руку, переплетая пальцы. Легла спиной на кровать, притягивая его к себе.
Андрей навис сверху, опираясь на локти. Сдавленно охнул.
- Рука!
- Забей, - набрасываясь на губы.
Когда обнимала, наткнулась на холодную сталь пистолета. Андрей вытащил его и отбросил на пол, стянул с себя футболку. Пистолет тихо стукнулся приземляясь.
Каменные мышцы под моими пальцами подрагивали от напряжения. Горячие губы вновь на моих. Не пробуя, не смакуя, но пожирая. Мои рваные вздохи, приглушенные стоны.
Шелковый топ, бесящая преграда его рукам. Они забирались под него, ласкали голую кожу с алчной потребностью, которая сводила с ума. Между ног влажный жар, хоть он меня там еще даже не трогал.
Бретельки неприятно впились в плечи на миг, когда Андрей рывком дернул ткань, разрывая.
- Прости...
- Забей!
Его улыбка коснулась моей груди, когда горячие губы накрыли сжавшуюся горошинку соска. Отросшая щетина слегка царапала кожу, обостряя ощущения.
Мурашки по телу. Обжигающая дорожка губами ко второй груди. Нетерпеливые пальцы под полоской белья. Круговые дразнящие движения по пульсирующему клитору, доведшие до грани.
- Скажи, что у тебя есть резинки.