Надежда Березкина – Звезда по имени Аурита (страница 9)

– Нина, расскажи Ире, как мы с тобой в эстакаду упали и как чудесно провели вечер, – попросил Никита. Я рассказала, впрочем, без всякого энтузиазма.

– Рада, рада за Вас, – сказала подруга, переводя взгляд от Никиты на меня. Мы отнесли кружки на кухню, и я спросила у Иры, как ей понравился Никита.

– Лучше, чем Георгий, – уклонилась она от прямого ответа. Потом мы все вместе стали разгадывать кроссворд. Времени на разговоры совсем не было. Я разрывалась между двумя людьми – лучшей подругой и другом, из – за которого я всё больше и больше волновалась. Мне хотелось посекретничать с Иринкой о нём, а с ним поговорить о его сыне. С ума сойти! У него есть сын!

Я пригласила всех отметить мою первую заработную плату. Ирина отказалась, так как ей надо было ехать в этот день к родителям на выходные. Никита удивился, что я ему оказала такую честь, как он выразился и согласился.

Когда я получила в кассе деньги, то увидев Никиту, помахала ими в воздухе. Он улыбнулся и подождал, когда я подойду к нему. Мы мило беседовали, а сторож Алексей Иванович всё поглядывал в нашу сторону. Наконец Никита не выдержал и спросил:

– Алексей Иванович, ну что Вы на нас так смотрите?

– А что мне на Вас смотреть? – ответил тот вопросом на вопрос, – Может я красивым и не был, но молодым я был.

Мы пошли с Никитой по магазинам, чтобы купить продукты к празднованию моей первой «получки». Он нёс сумки, а я тратила свои заработанные собственным трудом, денежки. Никита при этом качал головой и говорил:

– Побереги «бабульки». Их у тебя так мало.

Затем, опередив меня, купил баночку майонеза и бутылку газировки. Я уже не думала о его сыне и даже не пыталась о нём расспрашивать. У нас нашлось много общего. Его, как и меня с двух лет воспитывал неродной отец. Но если мой отец имел право называться папой, то у Никиты, по его словам, был ужасный отчим. Он не очень хорошо о нём отзывался и даже сказал, что бил его с двенадцати лет. Пока я готовила на стол, Никита сидел в комнате с Пашкой, и они смотрели телевизор. Когда пришла с работы Лина, стол уже был накрыт. Мы не стали дожидаться Антона и сели ужинать. Никита произнёс тост, чтобы моя заработная плата росла ни по минутам, а по секундам. Лина пила по полной, чему я очень удивилась. Она всегда отказывалась от водки. Лина уже была довольно весёленькая и вводила меня в краску, когда говорила Никите:

– Ты нашу девочку не обижай!

– Да кто её обижает? – возмущался Никита. Пришёл с работы Антон и присоединился к нам. Когда мужчины вышли покурить на балкон, Лина стала нести абсолютную чушь. Она вспомнила, как у них с мужем всё произошло в первый раз и если бы она ему «не дала», то не вышла бы замуж. Мне был очень неприятен этот разговор. Сестра совсем чокнулась, перейдя на мои отношения с Никитой. Она уже подумывала о том, чтобы всё произошло у них, если бы они жили отдельно от свекрови. В общем, она сильно увлеклась этой темой. Я совсем не думала об этом. Более того, я хотела, чтобы всё произошло иначе. Когда Никита с Антоном вернулись, Лина стала спрашивать у Никиты его биографию. Ему пришлось доказывать сколько ему лет, и он даже принёс свой паспорт. Лина стала его листать и остановилась на графе «Дети». Она округлила глаза, увидев там записанное полное имя его сына – Егор Никитьевич Любич. Я видела, как Никита стал ей объяснять, что с матерью ребёнка не расписан и что как «настрогал», так и будет нести ответственность. Антон включил музыку, и мы все стали танцевать.

– Нина, ну покажи ему класс! – крикнула Лина, и я разошлась не на шутку. На Никиту мой танец произвёл впечатление. Антон с Линой любовались нами. Никита очаровал моих родственников. Они уверяли меня, что он понравится моим родителям. Сестра с мужем ушли спать, а мы всё танцевали и танцевали. Никита не позволял себе ничего лишнего и мне эта его черта нравилась больше всего. Мы целовались и опустились на пол. Когда мы прямо на ковре легли рядышком, он сказал:

– Ты такая нежная! Такая добрая!

– Никки, скажи мне, что ты обо мне думаешь?

– Ты – хорошая, – ответил он просто и добавил, – Ты достойна, чтобы тебя любили. Ты достойна любви!

Наступило молчание, которое нарушала едва слышная мелодия. Я не знала, как воспринимать эти его слова. Какой смысл он вложил в эту фразу? Я не могла понять, поэтому промолчала. Так мы лежали рядом на ковре и думали – каждый о своём. Через какое – то время я услышала его равномерное дыхание и поняла, что Никита уснул. Я разбудила его и предложила лечь на диван, но он отказался. Мне очень хотелось спать, и я ушла в другую комнату, накрыв его одеялом. Только я уснула, как меня разбудила Лина. Она сообщила мне, что Никита не спит. Мне стало очень неудобно, что ему пришлось сидеть одному в кресле. Я вышла из комнаты, а он уже умылся и причесался. Я предложила ему выпить чай, но он отказался. Он поцеловал меня, потёрся об меня своим телом и ушёл. Только потом я опомнилась, что вышла к нему в ночной рубашке, которая почти ничего не скрывала. Всё получилось как- то не так. За выходные Никита ни разу не позвонил мне. Я успела соскучиться по нему. Поэтому в понедельник я так спешила на работу. Я увидела его вместе с Виктором. Они разгружали с грузовика рулоны бумаги. Помахав им, я принялась за работу. Через какое – то время ко мне подошёл Виктор и вдруг спросил:

– А что это Никита сегодня при параде? Вы что куда – то собрались?

– Не знаю, – пожала я плечами. Виктор ушёл, а я задумалась. Что ещё придумал Никита? О каком параде говорил Виктор? И вот я увидела его из окна кабинета начальника. До сих пор я видела Никиту в одном и том же – в спортивном костюме и кожаной куртке. Я считала, что больше у него из одежды ничего не было и ошиблась. То, что я увидела сейчас из окна, меня поразило. Что за преображение? Что за красавчик? Никита стоял на крыльце проходной вместе с Димой, курил и смотрел в мою сторону. Конечно же он не видел меня, но я – то отлично его видела. На нём был чёрного цвета костюм и бирюзовая водолазка. Весь отутюженный, чистенький и аккуратно причёсанный. Я заволновалась. В честь чего этот наряд? Неужели и правда решил меня куда – то пригласить? Я стала мыть коридор, когда в дверь постучали и вошёл Никита.

– К вам можно, девушка?

– Конечно можно, – ответила я, не скрывая своего волнения и сняла с рук рабочие перчатки.

– Как настроение? – поинтересовался он.

– Классное, – ответила я, не зная к чему он клонит.

– А у меня ужасное, – сказал он опечаленно.

– Какой ты сегодня красивый, Никита! – не удержалась я. Он покраснел, произнёс «спасибо», поцеловал и сказал:

– Нинуль, я сегодня не смогу тебя проводить. А завтра я тебя обязательно провожу. Честное слово!

– Конечно, Никки. Я понимаю, – быстро проговорила я, а сама ничегошеньки не могла понять. Он вышел, а я украдкой смотрела на него из окна. Никита неожиданно оглянулся, но меня уже не увидел. Я прикрылась шторой. Меня разбирало любопытство, куда в таком виде мог отправиться Никита. Я решила сходить к Виктору и узнать что-нибудь от него. Он стал мне жаловаться на свою жизнь и рассказал о том, что у него вымогали деньги. Я рассеянно слушала его, а он показывал мне побои на лице. Они были едва заметны, но всё – таки были. Я не выразила ему никакого сочувствия, попросила тряпочку, чтобы протереть свои ботинки. Он стал, несмотря на моё сопротивление сам чистить мне обувь. Мне было очень неловко, но Виктор продолжал начищать мне ботинки и сообщил:

– А Никита сказал, что с тобой пойдёт сегодня на дискотеку. Я ему не поверил. Какая может быть дискотека в понедельник? А он мне говорит: «В ресторан пойдём значит». Вот зачем мне – то врать? Не люблю я этого. Слушай, Нина, а может мы сейчас пойдём с тобой в ресторан? Как ты на это смотришь?

– У тебя же денег нет, а какие есть все уходят на алименты. – печально усмехнулась я.

– Для тебя деньги найдутся! По секрету скажу тебе, что деньги у меня всегда есть, – сказал Виктор и заговорщицки подмигнул мне, – Только ты никому на автобазе об этом не говори. Они думают, что я дурак. Я же вижу, как они ко мне относятся. Между прочим, я умнее их. А ты куда собралась сегодня такая красивая? В гости? Может тебе денег дать? А на Никиту ты не смотри. Он скупой и жадный.

Я ничего ему на это не ответила. Мне надо было съездить в отдел кадров и узнать про комнату в общежитии. Я уже переговорила со своим начальником Ромашиным. Он пообещал мне помочь в решении жилищного вопроса. Меня радостно встретили Татьяна Александровна и Валентина Николаевна. Лёд тронулся, и они уже спрашивали комнату у коменданта общежития Лидии Герасимовны. Меня предупредили, что у этой женщины очень тяжёлый характер. Она грубая и невоспитанная. Я слушала о ней с улыбкой на лице. Что это за женщина, которая так всех пугает? Я была уверена, что найду к ней подход. В конце концов мы люди и должны идти навстречу друг другу.

– А я жениха нашла, – похвасталась я добрым женщинам. Они вопросительно посмотрели на меня, и услышав фамилию, разочарованно вздохнули.

– Любич, – протянула Валентина Николаевна, – Он женат и у него есть ребёнок.

– Я знаю, – досадливо отмахнулась я от протянутой личной карточки Никиты Любич, – Он просто записал ребёнка на себя. А с этой девушкой он не расписан.