Надер Мусави – Дом неба 1 (страница 3)
Рука Лили на миг замерла. — Мама научила. Говорила: женщина, которая уважает себя, расчёсывает волосы — даже когда всё рухнуло. Ровно сто раз.
Между ними повисла тишина.
— Не знаю. — Голос не изменился — всё тот же ровный, без интонаций. — С тех пор как меня сюда привезли, я её не видела.
Нин-Сун ничего не сказала.
Лили провела гребнем. Раз. Два. Три.
Ночь первого обряда
В первый вечер был небольшой обряд для вновь прибывших.
Их было семеро — Нин-Сун, Лили и ещё пятеро девушек, чьи имена Нин-Сун запомнила в ту ночь, но со временем забыла. Это забывание преследовало её многие годы, хотя она ничего не могла с ним поделать — одни вещи остаются в памяти, другие нет, и выбирает не память, а жизнь.
Зал был большим — настолько, что звук в нём отражался, даже шаги семерых девушек. Потолок уходил так высоко, что свет факелов не достигал его и терялся в темноте — и эта темнота вверху не пугала и не была просто темнотой: она давала ощущение бесконечности.
Стены были покрыты рельефами.
Нин-Сун смотрела на них. Мужчины с бычьими рогами на головах — большими, изогнутыми, которые в те времена были знаком силы. Женщины, простёршие руки к небу — руки, застывшие в камне, но сохранившие что-то от того движения ввысь. Существа — полулюди-полузвери — высеченные в камне.
Нин-Сун смотрела на эти рельефы и думала: эти боги очень похожи на несчастных людей.
Потом послышались шаги.
Эн-Киду вошёл через боковую дверь.
Первое, что бросалось в глаза — его рост. Он был выше большинства мужчин своего времени, заметно выше обычного. Но это был не рост юноши. Это был рост старика, который годами держался прямо — из привычки или из гордости, Нин-Сун не могла определить.
Борода была белой — той белизной, которой достигают некоторые волосы в старости: не серой, не кремовой, а совершенно чистой и ровной. Доходила до груди. Ухоженная — той ухоженностью, что приходит от ежедневной привычки.
Одежда тёмно-синяя — синева неба через час после заката, когда уже не день, но ещё не ночь. На груди — лазуритовый знак Ану, бога небес, с его звёздами, поблёскивавший в свете факелов.
Он шёл медленно.
Именно эта медленность привлекла внимание Нин-Сун — потому что это было внутреннее спокойствие, а не внешнее. Человек, спокойный снаружи, иногда выдаёт себя взглядом, руками, уголком рта. Но Эн-Киду был спокоен так, словно выучил это спокойствие — не природное, а натренированное.
Он остановился. Обвёл взглядом семерых девушек.
Взгляд скользнул по всем — быстро, собирая информацию — и задержался на Нин-Сун.
На мгновение. Может быть, полсекунды. Может, меньше.
Но Нин-Сун это почувствовала.
Голос был низкий — не слабый, а весомый. Из тех, что заставляют вслушиваться, боясь упустить слово.
Он сделал паузу. Нин-Сун в этой паузе пыталась понять: верит ли Эн-Киду в то, что говорит. Так и не смогла.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.