Н. Кабал – Короли и Шуты (страница 94)

И мои секреты в том числе…

– Я благодарен тебе за возвращение Адалии, – сказал Арын, повернувшись к Дарену. Ему не нужно было говорить это вслух: благодарность и так читалась в его глазах. – Но, – продолжил он, – ты же понимаешь, что это не возместит ущерб? – Его слова звучали отрывисто. Мутная вода передавала лишь образ, и я не могла понять, благодарен ли Арын или зол. А может быть, и то и другое.

– Да, я знаю, – отозвался Дарен, не отрывая взгляд от земли. – Я сделал это не ради Новы, Арын. Я сделал это ради себя. Я не хотел, чтобы ты потерял еще одного друга. — Мне стоило бы согласиться с Арианой и не подслушивать их разговор, но откуда мне было знать, что я буду первой, о ком они заговорят? Начнут обсуждать тему, которую я избегала больше всего? Теперь оторвать взгляд от мутной воды в чаше было так же трудно, как дышать.

– Какое отношение к этому имеет Нова? – спросил Сина, и я вцепилась пальцами в край стола.

– Нова – его близнецовое пламя, – в отчаянии прошептал Арын и отвернулся. Как будто хотел сбежать от этой мысли. Внезапно все девушки уставились на меня. Но я смотрела только на Ариану.

– Ты знала, не так ли? – спросила она.

– А ты? – отозвалась я.

– Тогда это все объясняет, – сказал Сина и поднялся с земли. – Значит, ты с самого начала все делал для нее? – Он колебался. И в его голосе, и в его позе чувствовалась отрешенность. Лорд Воздуха потерпел неудачу. Он глубоко ошибался, а сейчас будто получил недостающие фрагменты, которых не было у меня.

Дарен несколько секунд смотрел на него, а потом молча кивнул.

– Что? – спросил Арын, затем покачал головой, как бы говоря: «Неважно». – Почему Адалия сказала, что ты похитил наследницу? Я сам отдал им ребенка той ночью, чтобы они увезли ее подальше. Но Адалия видела, как ты напал на них и похитил младенца.

Я совершенно не понимала, о чем он говорит, и поэтому вопросительно посмотрела на остальных.

– Потому что шаманы отнесли ребенка к богиням, – ответил Дарен. – Я спас ее.

– Какого еще ребенка? – спросила Сонай. Слава богу, кто-то задал этот вопрос.

Адалия быстро повернулась к нам.

– Они говорят о наследнице. Во время Великого Разрушения мы решили отправить ее в мир людей, чтобы защитить. Но меня схватили, и когда насильно уводили, я увидела, как Дарен забирает младенца.

– О чем ты говоришь? – перебила ее Айзер. – Разве мы не наследницы? Разве Нова – не тот ребенок, о котором идет речь?

– Наследницы проходят цикл перерождения, чтобы появиться в свою эпоху. Вот почему вас отправили на Землю. Это своего рода обмен душами. Душа та же, но тела меняются.

– Как реинкарнация? – спросила Сонай.

Арын уже объяснял мне, что это такое. Обмен жизнями. Уход в сторону, пока не придет твое время.

– Да, так это называют смертные.

– Дарен спас меня? – прошептала я. Равновесие, которое я пыталась обрести до сих пор, пошатнулось. Все мысли в голове спутались. Существовало столько вариантов, столько возможностей, но ни один из них не казался возможным.

– Именно тогда он узнал, что вас двоих связывает близнецовое пламя. Он не мог поступить иначе. – Адалия говорила спокойно, доступно все объясняла. – Тогда я все неправильно поняла.

– Тогда это объясняет шелест крыльев, – донесся голос из мутной воды. Мы снова сосредоточились на чаше. Говорил Сина. Он выглядел испуганным. – Дарен, – с болью произнес он. – Значит, ты защищал не Гелу, а Нову.

Дарен только покачал головой.

– Не понимаю, – сказал Арын. – Что случилось с твоими крыльями? Я думал, ты просто спрятал их с помощью заклинаний.

Дарен даже не поднял головы.

– Какие крылья? – спросила я.

Адалия и Ариана переглянулись. Ариана выглядела расстроенной, Адалия – нерешительной. Я знала: что бы они ни скрывали, это станет для меня еще большим потрясением. Мои инстинкты вновь взыграли, и я захотела вылить всю воду из чаши и сбежать отсюда, но в кои-то веки осталась. Я не убежала, как делала всегда.

– Мы не имеем права говорить, – ответила Ариана. – Тебе придется пойти и самой спросить их, Нова.

– Расскажите! – процедила я. Я знала, что это мой последний шанс, что у меня больше не будет такой возможности в этом мире. Это касалось не только меня, настало время всем узнать правду. Если они решали свои проблемы сами, я должна была сделать то же самое. Я не могла хранить свои собственные секреты и требовать, чтобы остальные раскрыли свои.

– Нагвалем Лорда Огня был феникс. Нагваль отдает частичку себя эльфину, с которым связан узами. Эльфины даже могут принимать их форму. Феникс подарил Дарену крылья, но…

– Подождите минутку, – буркнул Арын. Он заговорил так неожиданно, что мы вскочили со своих мест. – Расскажите все с самого начала. – Я снова увидела в его глазах страх. Мне было трудно следить и за отражением в воде, и поддерживать разговор с девушками. Адалия собиралась что-то сказать, но я жестом заставила ее замолчать.

– Черт возьми, Дарен! – выкрикнул Сина. Я впервые видела его в таком возбужденном состоянии. Да и все остальные наверное тоже. – Если бы ты сказал мне, я бы помог!

– Если бы я сказал тебе, нас обоих бы потопили, – спокойно ответил Дарен. – Один из нас должен был выжить, один из нас должен был сохранить свое королевство целым.

– Ты стольким пожертвовал.

– А кто из нас не пожертвовал?

– Рассказывай! – Я видела глаза Арына даже сквозь мутную воду. В них бушевал настоящий океан. И скоро мы все погрузимся в него. В ушах уже зашумели волны.

– В день Великого Разрушения, — начал Дарен, – я наконец-то понял, что задумали богини. Я уже давно потерял тебя, Арын. Но хотел защитить твою наследницу, как и Адалия. Я видел шаманов по пути во дворец. Вот почему не смог добраться до Адалии. Я послал Шафака, но мы не успели. Я забрал малышку и отвез ее в безопасное место. Позже узнал, что мы с ней связаны близнецовым пламенем. С самого начала я хотел защитить то единственное, что у меня осталось от тебя. Однако богини преградили мне путь. Каким-то образом мне удалось выкрасть малышку, но она отправилась в мир людей одна. Потом Амон нашел меня. Он охотился за Гелой. К этому времени он уже захватил остальных богинь. Мы не знали, что он заключил сделку с Эдик. – Он выстреливал предложения одно за другим. Говорил очень торопливо. Говорил скороговоркой, чтобы поскорее закончить. Как будто не желал запоминать то, что рассказывал. Он ущипнул себя за переносицу. – Я спас Нову, но меня поймали. Амону нужна была Гела, и он хотел узнать, где находится Нова.

– Он пленил феникса, – закончил за него Сина.

– Нет, не пленил, – отозвался Арын, качая головой. – Он бы не зашел так далеко. – Я не понимала, о чем он говорит, но Сина и Дарен одновременно замолчали.

– Скажи что-нибудь!

Молчание продолжалось.

Арын двинулся к Дарену.

– Покажи! – приказал Арын.

– Оставь это, Арын, – выкрикнул Дарен. – Что сделано, то сделано! Я защитил тех, кого должен был.

– Покажи мне!

Дарен прерывисто выдохнул и неохотно стянул с себя рубашку. Его плечи поникли, когда он низко склонил голову и медленно повернулся к нему спиной. Когда Арын посмотрел на него, я поняла, что океан вот-вот выйдет из берегов и поглотит нас всех. Перед глазами промелькнуло множество образов. Я уже видела спину Дарена, исполосованную шрамами. Он рассказывал о пытках со стороны матери, но не отца. Я почувствовала, как мое сердце разрывается от боли.

Мне не нужен липовый чай, когда я рядом с тобой.

Липа может стать бальзамом, но лекарством станет та, что откроет рану.

Мои руки инстинктивно потянулись к спине.

Я вспомнила ту сокрушительную боль, которую испытывала, когда жила в человеческом мире. Она всегда возникала внезапно, после кошмаров. Я вспомнила, как после очередного кошмарного сна во Дворце Огня рассказала об этом Дарену. Вспомнила, как он протянул руку и схватил меня за плечо так, что мне стало больно, как он запаниковал, как почувствовал себя виноватым. Я была причиной его самой большой боли.

Я будто падала с высоты.

– Неужели Амон оторвал ему крылья? – прошептала я. И тут все события одно за другим обрушились на меня, заполняя сознание. Это не было похоже на огромную волну, разбившуюся о скалу. Это был настоящий оползень, который крушил все на своем пути, оставляя после себя хаос и беспорядок. Боль в спине стала настолько сильной, что я сгорбилась, едва ли не сложившись пополам. Я не могла пошевелиться. Боль, которую я сейчас испытывала, не шла ни в какое сравнение с тем, что пережил он. Я не имела права ныть и жаловаться, поэтому не проронила ни звука.

– Он пожертвовал крыльями ради тебя! – сказала Ариана.

– Амон! – прорычал Арын.

Я отцепила руки от края стола и медленно начала отходить назад.

– Нова, – позвала Айзер.

Мои глаза налились кровью, когда я вышла за дверь. Я не могла плакать, не могла как-то реагировать. Мне казалось, что я потеряла себя, но на самом деле я себя нашла. На этот раз я не поднималась по лестнице, а медленно спускалась вниз. Леденящее душу спокойствие охватило меня. Я знала, куда иду и зачем. Пока шла к темницам, кто-то пытался меня остановить. Стражи говорили, что вход запрещен.

Но у меня не было времени кому-то что-то объяснять. Да и как я могла объяснить, если сама не до конца понимала? Даже мой разум отказывался принимать эту реальность. Может быть, поэтому я все время убегала. Может быть, я слепо боялась посмотреть правде в лицо, потому что с самого начала ощущала тяжесть этой боли.