Н. Фишер – Герой не моей книги (страница 11)
– Надеюсь, ты права. Просто как будто что-то изменилось. Когда мы виделись почти каждый день, он был такой близкий, понятный и осязаемый. А сейчас он будто отдалился и вот-вот исчезнет.
– По моему опыту, мужику надо постоянно попадаться на глаза, только так он о тебе не забудет. Шли ему фотки.
– По твоему опыту? – усмехнулась я. – Да кто ты вообще такая и куда дела мою сестру?
– Тебя долго не было дома, – ухмыльнулась Нина. – Я эту глупость с окном придумала для мамы, а на самом деле мы со второго этажа на стройке прыгали.
– Нина! – вырвалось у меня.
– Ну что! Мне надоело быть милой правильной и женственной! И парней у меня уже было трое.
– Я просто промолчу, хорошо? – усмехнулась я.
– Сразу бы молчала! – Нина затушила окурок о каменную стену дома и отшвырнула в кусты. – А насчет твоего Тимура – не бойся навязываться, пиши ему. Веди себя как прежде, не пытайся быть лучше. Будь собой, ты же понравилась ему такой, какая ты есть. А сейчас ты начнешь искать проблему в себе и подстраиваться.
– И откуда ты все это знаешь? – Слова сестры оказались суровой правдой, которую я сама себе боялась озвучить.
– Слишком долго с тобой жила. Ладно, пошли в магазин за жвачкой, а то мама запалит. И не засиживайся в Яре, поезжай в Москву и напомни Тимуру, кто ты такая, и почему он выбрал именно тебя!
В Москву я уехала не сразу. Через пару дней, когда голос перестал хрипеть, а температура упорно ползти по вечерам в красную зону, я все же выбралась с одноклассницами на стрелку, где узкая своенравная Которосль растворялась в водах величественной Волги. Ленка и Леська, совершенно не отличимые друг от друга год назад, теперь казались кардинально разными. Новые прически, пирсинг, татуировки и прочие атрибуты бывших отличниц сначала повергли меня в шок, но после привыкания я поняла, что нам так же весело, как было раньше, хоть мы почти и не общались целый год.
Закупившись, как в детстве, чипсами и Спрайтом, мы сидели на берегу и лениво наблюдали, как мимо тянутся круизные корабли и лодки с рыбаками. Слушали, как за спиной ревут двигатели приезжающих посмотреть на закат машин, как шумные компании с громкими криками открывают шампанское, а девушки визжат от восторга, бегая между фонтанами. Центр города не сулил уединения, но почему-то сейчас я чувствовала себя хорошо. Как будто среди привычной обстановки, переносящей в недавнее детство, я на миг забывала о неопределенных отношениях с Тимуром.
Девчонкам я про него так и не рассказала, хотя несколько раз порывалась. Тимур был чем-то сокровенным, чем я ни с кем не хотела делиться. Только моим. Моим навсегда.
Москва
Я запрыгнула в поезд, сообщив Тимуру, во сколько он прибывает в Москву, и отключила телефон. Накануне Нинке сняли гипс и заменили на лонгету, и мы с мамой вдоволь посмеялись, что одна рука сестры так и осталась без загара, будет теперь зимой вспоминать свои приключения. На вокзал нас всех отвез дядя Валера, папин брат, первый раз за три недели вырвавшийся из душного офиса на встречу с любимой племянницей. Меня снабдили едой, как будто ехать было не одну ночь, а пару суток и я, полная предвкушения, отправилась в большой город.
На вокзале я ожидала, по меньшей мере, букета цветов и радостных объятий, но не получила даже сообщения. Я внимательно оглядела перрон, обошла соседние, в душе все еще надеясь, что Тимур просто заблудился. Прошлась по залу ожидания и пропустила несколько поездов с загорелыми курортниками, но меня никто не встречал.
Горькое чувство волной раскатилось по телу, скрутив желудок болезненным спазмом. Нет же, Тимур просто занят. Он приедет вечером, и мы отправимся кататься по Москве, как тогда.
У меня всегда были наготове оправдания для Тимура. Нелепые и бессмысленные, они сами всплывали в моей голове, словно защищая от правды, которая так и пробиралась наружу сквозь плохо выдуманное алиби, которое я сама же и изобретала. Тимур же редко уходил от ответа, только я боялась спрашивать. Мне вообще всегда было проще самой придумать ответ, чем услышать от него то, что может ранить.
Я замерла на перроне, глотая слезы обиды и разочарования, и достала блокнот с начатыми рассказами и зарисовками, в который так ни разу и не заглянула за все время в Ярославле. Теперь здесь рождались стихи. Нелепые и неумелые, полные страхов и ожиданий. Пропитанные необъятным чувством ко Вселенной по имени Тимур.
Он не позвонил и не написал. Что уж там, на мое сообщение о том, что я наконец в Москве, ответил нечто односложное. Я вернулась под конец каникул, и общежитие уже полнилось людьми. Ритка приехала за день до меня, и теперь спокойно повыть в подушку от безысходности я себе позволить не могла.
А когда вечером соседка заснула, я тупо смотрела в экран ноутбука, где красовались совсем свежие фотографии Тимура в компании той же самой девушки в окружении ближайших друзей. Лика, два Димы, друг детства, имя которого я упорно не могла запомнить, и пара ребят из Строгановки. Счастливые, улыбающиеся, на пороге кинотеатра. А я глотала слезы и запивала их домашним компотом, который мама положила мне с собой.
Неужели все? Неужели эта история закончилась, толком и не начавшись? Разве это честно? И почему, почему он ничего мне не сказал? Ничего не объяснил! Так вообще поступают?
Нет, я так просто Тимура не отпущу! Я должна все выяснить.
Учебный год навалился так стремительно, что выдохнула я только на третьей неделе сентября. Новые предметы, незнакомые преподаватели, дорога до университета, к которой пришлось заново привыкать. Погрузившись в пучину учебы, времени задумываться о том, что же могло произойти за такой короткий срок, почти не оставалось. А может быть, я специально гнала от себя чувства, мешавшие дышать. Ну, было и было. Просто веселое летнее приключение. История, которая помогла мне разойтись с Сашей. Я благодарна Тимуру, но наши пути разошлись, что ж, бывает.
Уговаривать саму себя получалось отвратительно. И стоило свободной секунде появиться в насыщенном графике, как мыслями я вновь возвращалась к той летней ночи. К ощущению скорости, когда он гнал Форд по предрассветным улицам, к улыбкам и тому первому поцелую, который я столько раз прокручивала в голове, пока была в Ярославле.
Главное здание МГУ, пропитанное знаниями и зыбким временем, всегда напоминало мне сказочный замок или магическую академию, где спрятаны тайны намного более глубокие, чем те поверхностные истории, которые нам рассказывают на лекциях. Высокие потолки и мраморный пол холла на первом этаже мысленно переносили меня к фантастическим сюжетам, упорно плодящимся в моей голове. Вот только записывать хоть что-то сейчас не получилось. Состояние тотальной напряженности, как будто внутри меня взвели курок, но так и не решились на выстрел, мешало складывать буквы в слова. Вновь писались стихи. И все они начинались с имени «Тимур», как бы я ни убеждала себя, что это всего лишь остаточное явление от безрассудной случайной влюбленности.
Потоковые лекции проходили в многоярусной аудитории со скрипучими деревянными рядами и массивной кафедрой. От каждого слова, сказанного в полголоса, эхо долетало до самых дальних уголков помещения, не давая заснуть даже нерадивым студентам. Я влюбилась в эти живые аудитории со своим духом и привычками с первой секунды, как увидела. Мне все мерещилось, что вместо ручки в руке моей появляется пушистое гусиное перо, а блочная тетрадь обращается в пергамент, истрепанный временем и магией.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.