Mythic Coder – Первая любовь Ромки (страница 13)

– Очень надеюсь, – кивнул физрук. – Второй тайм играем по вашей «хитрой» схеме. Только хитрость начинается с головы. Сергеев, – он перевёл взгляд, – ты сегодня работаешь до конца. Хочешь турнир – вытащи этот матч.

– Принято, – коротко ответил Серёга, и в голосе впервые не было хихиканья.

Второй тайм начался с ощущения, что время ускорили. Ромка заставил себя дышать ровнее, чаще оглядываться, говорить, подстраивать. Несколько раз они красиво выходили из-под прессинга, но до нормального удара всё никак не доходило.

За пять минут до конца, когда трибуна уже начала шептаться «ну всё, понятно», им наконец улыбнулась какая-то школьная футбольная богиня. Защитник восьмого «А» завозился с мячом у своей штрафной, Лёха неожиданно вцепился в него, как клещ, выбил мяч вперёд.

– Ромыч! – крикнул он.

Мяч покатился прямо к Ромке. Тот уже занёс ногу для удара… и в последний момент вспомнил: «читай игру заранее». Вратарь соперников выскочил слишком резко, защитники рванули на него.

– Серый! – завопил он и, вопреки всей логике собственного эго, скинул мяч чуть вправо.

Серёга выскочил будто из ниоткуда. Один шаг, второй – и удар, чёткий, в дальний угол. Вратарь даже прыгнул в нужную сторону, но кончиками пальцев только коснулся мяча.

Сетка взвилась, как парус. Стадион, насколько он мог быть стадионом, взорвался. Кто-то заорал так, что сорвал голос, Настя чуть не выронила телефон, Лёха начал бегать кругами, размахивая руками.

– Есть! – завопил Серёга, поднимая руки к небу. – Я же говорил!

Ромка врезался в него, обнял так, что у того хрустнули кости.

– Красавец, – охрипшим голосом выдохнул он. – Вот за это я тебя и держу в команде, огурец.

– А ты за то, что наконец-то пас отдал, – задыхаясь, рассмеялся Серёга.

Последние минуты они просто доедали время, выбивая мяч, закрывая зоны. Свисток о конце матча прозвенел, как музыка. Официально – ничья, 1:1, но по ощущениям – вытащенный из ямы матч.

– Ну что, – подошёл Павел Сергеевич, когда они собрались у бровки, – поздравляю. Не победа, но и не провал.

Он задержал взгляд на Ромке.

– За пропущенный гол я ещё с тебя спрошу, капитан. Но за этот пас – отдельное спасибо. Умение вовремя отдать – тоже часть таланта.

– Понял, – кивнул Ромка, чувствуя, как внутри медленно выпрямляется что-то, что весь день было скрюченным.

Он посмотрел на Серёгу, тот уже спорил с Лёхой, чей гол «красивее по траектории». Колено ныло, футболка прилипла к спине, впереди были новые игры, новые разборки и завуч с вечным блокнотом. Но сейчас, среди криков, смеха и хлопков по спине, Ромка впервые за долгое время почувствовал: да, вот здесь он точно не один.

После матча поле медленно пустело, как столовка после звонка: народ ещё что-то обсуждал, кто-то допинывал мяч, кто-то делал вид, что вообще случайно тут оказался. Колено у Ромки ныло, но внутри всё никак не успокаивалось после гола Серёги и того паса, который он всё-таки отдал вовремя.

– Кэп, ты видел, как я им положил? – в который раз спросил Серёга, подпрыгивая на месте. – Прям траектория судьбы!

– Видел, видел, – ухмыльнулся Ромка. – Не переживай, включу в свои мемуары: «И тут этот огурец сделал что-то полезное».

У ворот толпились одноклассники. Лёха раздавал «пять», Пашка с кем-то спорил, был ли у соперника офсайд. Настя стояла у сетки, облокотившись на неё, как будто это её личный балкон. Лера держала телефон, доснимая сторис.

– Ну что, звёзды, – подошёл к ним Игорь, прижимая к груди папку. Щёки у него были раскрасневшиеся, глаза светились. – Круто сыграли. Пас в конце – вообще… – он замахал рукой, подбирая слово. – Правильный.

– Это ты сейчас про меня? – Ромка даже на секунду опешил.

– Про кого же ещё, – Игорь смутился, но не отступил. – Ты раньше всегда сам ломился. А тут… стратегический ход. Ну и… ты, – он кивнул Серёге, – красиво добил. Прям учебный момент.

– Ого, – протянул Серёга. – Официальное одобрение от отдела мозгов.

– Да хватит уже, – отмахнулся Ромка, но внутри неожиданно потеплело. От Игоря комплименты про футбол – это как от Нины Петровны мем: редкость. – Чё, прям так заметно было?

– Было, – серьёзно сказал Игорь. – И, если честно… – он немного понизил голос, – завидую. В хорошем смысле. Вы выходите на поле, и весь этот шум вокруг – он про вас. Крики, эмоции… А мы свои победы по олимпиадам сами с собой отмечаем. Никто не орёт «гооол», когда ты задачу решил.

– Могу приходить и орать в кабинет, – предложил Серёга. – Ты решаешь уравнение, я за дверью: «ЕСТЬ! МАТЕМАТИКА!»

Игорь фыркнул, но улыбка осталась.

– Не отвлекайте его, – вмешался тихий голос Леры. – У нас тут, вообще-то, герой дня.

Настя наконец отвела взгляд от экрана и смерила их сверху вниз.

– Герой дня, – протянула она, глядя на Ромку. – Один раз пас отдал – и уже культ личности.

– Настюш, ну признай, красиво же сыграли, – Лера качнула плечом. – Ты сама в момент гола подпрыгнула, я видела.

– Это я от комара, – невозмутимо ответила Настя. – А так да, было… нормально. Для школьного уровня.

– Ой, королева, – не выдержал Серёга. – Если бы ты полуромантическим голосом так же правила знала, как сейчас язвишь, у нас бы средний балл по классу взлетел.

– Зато у меня по жизни всё взлетит, – парировала она. – Не обязательно уметь пинать мяч, чтобы чего-то добиться.

– А уважение зарабатывать как? – прищурился Ромка. – Красивыми сторис?

– Например, – она чуть вскинула подбородок. – Зато я не летаю по завучам и не вешу в каждом отчёте.

Слова задели, но не так, как раньше. После тренера, родителей, раздевалки у него будто выработалась новая кожа. Толще.

– Зато ты сейчас стоишь у сетки и смотришь сюда, – спокойно сказал он. – А не в своё расписание маникюров. Значит, всё-таки не зря мы тут бегаем.

У Насти что-то мелькнуло в глазах – то ли злость, то ли признание.

– Я смотрю, чтобы потом не слушать ваши крики в коридоре, – отрезала она. – Знаю результат заранее – могу наушники брать по размеру.

– Конечно-конечно, – Лера закатила глаза, но улыбка спрятаться не успела. – Записываю: «Настя невзначай пришла поддержать команду, но это никому».

– Удали, – шипнула та, но телефон у подруги из рук уже не выбивала.

Игорь кашлянул, поправляя ремень рюкзака.

– Короче… – сказал он, снова глядя на Ромку. – Круто. Правда. Если нужна будет помощь с тактикой… ну, типа схемы нарисовать, статистику собрать… я могу.

– Вот так, – подмигнул Серёга. – У нас теперь не только команда, но и аналитический отдел.

– Договорились, – кивнул Ромка. – Ты нам – формулы, как обойти соперника, мы тебе – крики «гооол» за каждую пятёрку.

Игорь улыбнулся уже широко.

Настя фыркнула, отвернулась к Лере:

– Пошли, а то сейчас ещё фан-клуб организуют. Без меня.

Она развернулась, волосы взлетели, как флаг, и ушла к школе. Но Ромка заметил, как по пути она всё-таки оглянулась на поле. Быстро, на секунду.

Он усмехнулся себе под нос.

Внутри странно переплелись усталость, гордость и что-то новое: ощущение, что даже те, кто язвят, всё равно смотрят. И кто-то из «ботанов» честно говорит «завидую», а не делает вид, что им всё равно.

Неожиданное уважение и скрытая зависть – тоже часть игры. Главное, чтобы голова выдержала этот турнир вместе с коленями.

– Короче, официально заявляю, – провозгласил Серёга, когда они уже выходили со стадиона, – ничья, вытащенная в конце, считается моральной победой. Предлагаю отметить масштабно: чай, печеньки, печеньки, ещё печеньки.

– Ты просто хочешь сожрать всё, что есть дома, – хмыкнул Ромка. – Но я за. Нужен банкет в честь героического паса и тупо красивого гола.

– Разрешаю вам провести торжественный приём у меня на кухне, – важно кивнул Серёга. – Приглашённые лица: капитан, аналитический отдел, декоративный элемент.

– То есть я, Игорь и Лёха, – уточнил Ромка. – Вадика тоже берём. У нас теперь тайное оружие, надо его подкармливать.

Вадик, шедший чуть позади, смущённо дёрнул рюкзак.

– Я не против чая, – тихо сказал он. – Главное, чтобы без котлет.

– У нас в доме котлеты не летают, – заверил Серёга. – Их съедают до взлёта.

До Серёгиной пятиэтажки было минут десять пешком. Осень уже подсвечивала дворы жёлтым светом фонарей, лужи блестели как кривые зеркала, из подъездов пахло пылью и чем-то жареным. Ромка чувствовал, как с каждым шагом колено ноет всё привычнее, как старая царапина, а не как смертельная рана. Внутри было странно светло: голос тренера с упрёком и задвиги дома будто отодвинулись куда-то в фон.