Муса Джалиль – Избранное (страница 65)

Какие ручки пухлые у ней! Как вешняя заря, она румяна, А зубы молока белей. Притихшему влюблённому сдаётся: Права корова. Разве ей легко? Ведь на лугу весь день она пасётся, Чтоб принести на ужин молоко. Утешился парнишка. Этим летом Цветы он близ речушки собирал. А после к девушке спешил с букетом, Но все цветы корове отдавал. Ну, так и быть. Бурёнку угощаю. Иной любви, нет, не желаю сам. Я счастлив оттого, что дорогая Пьёт молоко с любовью пополам!

Капризная любовница

Красотка говорила молодая Царевичу: – Ты ждёшь моей любви, Но чтоб поверить в страсть твою могла я, Эй, шахский сын, ты брата умертви. И шахзаде, ослушаться не смея, Пошёл и брату голову отсёк. И вот он появился перед нею И череп положил у милых ног. Красотка в череп наливает яду, Любимому его подносит: – Пей! Тот яд царевич выпил как отраду… Любовь слепа и тем стократ сильней. Любил я жизнь всем сердцем, и награды Я наконец дождался, но какой? Коварная даёт мне чашу яду, Та чаша – череп юности былой!

Последняя песня

Ширь просторов земных, Светлый радостный мир! Здесь, за лязгом дверным, Липкий сумрак тюрьмы. В небе птица летит Высоко… Высоко! Стынь полов леденит, Режут цепи оков. Ждёт на воле цветок Щедрых капель дождя. Я в тоске занемог, Больше нечего ждать. Смерти лишь. А пока, Эту песню про жизнь, Что безумно сладка, Напоследок сложил.

Осуждённый

Приговор сегодня объявили: К смертной казни он приговорён. Только слёзы, что в груди кипели, Все иссякли… И не плачет он. Тихо в камере… С ночного неба Полная луна глядит, грустя. А бедняга думает, что будет Сиротой расти его дитя.

Сон в тюрьме

Дочурка мне привиделась во сне. Пришла, пригладила мне чуб ручонкой. – Ой, долго ты ходил! – сказала мне, И прямо в душу глянул взор ребёнка. От радости кружилась голова, Я крошку обнимал, и сердце пело.