Мурат Карадениз – Стеклянный потолок (страница 2)
Телефон завибрировал. Сообщение от Ильи Сергеевича, начальника: «Клиент на месте. Впусти».
Анна вернулась в прихожую, отворила дверь.
На пороге стоял мужчина.
С виду — сорок пять, может, пятьдесят. Средний рост, среднее телосложение, лицо, которое сложно запомнить. Серое пальто, чёрные брюки, серая шапка-бини. На руке — часы. Дорогие. Анна разглядела логотип — что-то швейцарское, не «Касио» точно. Шесть-семь тысяч евро, если не подделка.
Но обувь — ботинки. Дешёвые. Из строительного магазина, такие носят рабочие на стройках или дальнобойщики. Немаркая резина, толстая подошва, грязноватые шнурки.
Диссонанс резанул глаз, но Анна улыбнулась профессиональной улыбкой:
— Добрый день. Анна, агентство «Недвижимость-Столица».
— Кузьмин, — мужчина кивнул, не протягивая руки. — Можно без паспорта? Я по объявлению.
— Конечно, — Анна пропустила его внутрь. — Проходите, раздевайтесь. Я покажу квартиру.
Кузьмин разулся, но пальто снимать не стал. Прошёл в гостиную, остановился у окна. Анна ждала традиционного «ого, какой вид», но мужчина молчал. Он стоял спиной к панораме, смотрел на противоположную стену.
— Хорошая планировка, — начала Анна. — Угловая секция, две спальни, можно сделать третью за счёт гардеробной. Вид на набережную, закат прямо в окна.
Кузьмин не реагировал. Он подошёл к стене, провёл по ней ладонью, как будто что-то искал.
— Стены ровные? — спросил он.
— Абсолютно. Дом сдан в прошлом году, отделка черновая, но можно заезжать хоть завтра.
— Вентиляция где?
Анна моргнула. Вопрос был странным. Обычно клиентов интересовали потолки, звукоизоляция, планировка. Вентиляция — на последнем месте.
— Вот здесь, — она показала на решётку. — Принудительная, с подогревом воздуха. В доме хорошая система.
Кузьмин подошёл к решётке, присел на корточки, как Анна за несколько минут до него. Заглянул внутрь.
— Глубокая, — сказал он. — Метра полтора, наверное.
— Я не замеряла, — честно ответила Анна. — Но технические характеристики можно запросить в УК.
Мужчина выпрямился. Обошёл гостиную, заглянул в спальню, в гардеробную, на кухню. Везде повторял один и тот же ритуал: трогал стены, заглядывал в углы, иногда присаживался и стучал по полу костяшками.
— Вы строитель? — спросила Анна, пытаясь разрядить обстановку.
— Нет, — Кузьмин даже не обернулся.
— Просто спрашиваю. У вас профессиональные жесты.
Он замолчал. Подошёл к окну, наконец посмотрел на набережную. Секунд десять стоял, глядя на застывшую ленту реки и снежные шапки на парапетах.
— Вид хороший, — сказал он без интонации.
— Да, одна из лучших в доме, — Анна почувствовала, что надежда на сделку тает. — Если хотите, можем пройти в соседнюю квартиру, тоже продаётся, там вид на город.
— Не надо, — Кузьмин надел ботинки. — Я подумаю.
— Оставьте контакт, я пришлю варианты.
— У меня ваш номер уже есть. — Он открыл дверь. — Спасибо за показ, Анна.
И вышел.
Анна осталась в прихожей, сжимая планшет. Восемь минут. Весь показ занял восемь минут. Она готовилась полчаса, ехала через весь город, а этот тип даже не спросил про цену.
Она вернулась в гостиную, на ходу делая фото для базы. Ракурс №1 — вид из окна. №2 — кухня, островная планировка. №3 — ванная с тёплым полом.
Она уже собиралась уходить, когда за стеной что-то грохнуло. Следом — мужской голос. Крик. Не разговор — именно крик, глухой и злой.
— …ты мне… сука…
Женский голос, визгливый:
— Сама ты! Я не позволю…
Снова грохот. Что-то упало, разбилось. Анна замерла. Соседняя квартира — №89. Планировка зеркальная, стены тонкие. Крики доносились оттуда.
— …закрыла рот, понял?…
Анна сделала шаг к выходу. Не её дело. Не её дом, не её клиенты, не её ссоры. Она здесь чужая.
Она уже взялась за ручку двери, когда услышала женский всхлип — короткий, оборванный, как будто его зажали ладонью.
А потом — тишина.
Анна постояла секунду, прислушиваясь. Ни звука. Только вентиляция гудела ровно и равнодушно.
Она вышла в коридор, закрыла дверь квартиры №91, и нажала кнопку лифта.
Но в голове уже щёлкал счётчик деталей: номер квартиры, время, голоса, всхлип.
И странный мужчина в дешёвых ботинках, который трогал стены.
И вентиляция, пахнущая чем-то сладким.
Но память уже сохранила всё.
До мельчайших деталей.
До последнего всхлипа за стеной.
Глава 2. Чистый дом
На первом этаже Анна свернула не к выходу, а к подсобке.
Она знала, что за дверью с табличкой «Служебное помещение» есть кулер. Консьерж Слава показал его в первый день работы — «для своих». Анна тогда решила, что «своими» считают всех, кто имеет доступ в дом дольше двух недель.
Она толкнула дверь.
Внутри было тесно. Метров восемь, наверное. Пластиковые стулья, складной стол, микроволновка, холодильник, кулер. На стене — расписание уборок и график дежурств консьержей. И три женщины.
Две сидели на стульях, пили чай из пластиковых стаканчиков. Третья стояла у раковины, мыла тряпку.
Воздух в подсобке был тяжёлым — пахло хлоркой, старым кофе и ещё чем-то кислым, больничным.
— Девушки, здравствуйте, — Анна кивнула. — Можно воды?
— Ой, конечно, — отозвалась одна из сидящих — молодая, лет тридцати, с усталым лицом и резинкой для денег на запястье. — Только стаканов нет, мы свои.
— Я из горла, — Анна подошла к кулеру, наклонилась. Холодная вода пошла тонкой струйкой, она пила жадно, чувствуя, как уходит напряжение после странного показа.
— Вы риелторша? — спросила вторая сидящая. Та, что постарше, лет пятидесяти пяти. В синей униформе «Чистого дома», с седыми прядями, выбившимися из-под косынки. Руки у неё были страшные — вены натруженные, узлы на суставах, пальцы скрюченные, как у прачки из прошлого века. — Вас тут раньше не было.