Мурад Алискеров – Жизнесмен 2.0 (страница 17)
На ежемесячном итоговом совещании я, как и обычно, взял слово, чтобы поделиться своими наблюдениями об общей работе. Сидят мои менеджеры – любители покушать в рядок, я наклоняюсь вперед, чтобы звучать доверительнее, и завожу разговор.
– Помогите мне, друзья, разобраться. Один человек, который раньше только мельком здоровался, вдруг начинает приглашать мясо кушать, как старого знакомого. К чему бы это?
Они переглядываются, будто уже догадываются, на что я намекаю, и хором, как дети Деду Морозу, отвечают с легким блеском в глазах:
– Наверное, что-то ему от вас нужно!
– Верно, – говорю. – Но как быть, если мне от этого человека пользы не будет никакой?
Тут они уже начинают замирать, пытаясь ухватить смысл. Кто-то даже опустил голову, понял, куда я веду. И вот, наконец, один из них, как будто разгадав загадку, говорит:
– Тогда ему точно что-то нужно, но он понимает, что не может просто попросить, вот и пытается задобрить.
– Значит, он не решается прямо попросить о чем-то и вместо этого дает мне наживку в виде ужина, считая, что я на нее клюну, как наивная рыбешка. Неужели он думает, что мне без него кушать нечего?
В этот момент они замолчали. Глаза забегали, в них промелькнула паника, как у людей, которые поняли, что вокруг них разыгрывают спектакль, но скоро клетка захлопнется. Тишина заполнила комнату. Я дал им немного подумать и подытожил:
– Братья, зачем позволять к себе относиться как к баранам, которых лиса ведет к краю пропасти, чтобы потом собрать внизу упавшие туши и без забот пообедать? Кому я или вы нужны настолько, чтобы подавать для нас все самое лучшее, если это не наши родные или близкие люди? Ну откуда у кого-то должно появиться жгучее желание вас накормить досыта дорогой едой? Да на вас смотрят как на бройлеров у кормушки и смеются в голос над вашей глупостью, как только вы выходите из ресторана. Будьте умнее наконец, вы же тут не просто так сидите и менеджерами называетесь!
Больше из моих на ужины к Абдулe никто не ходил. Но он не унимался, все так же хорохорился, пиарил свою компанию, и известные личности не уставали хвалить «Халяль Финанс». Деньги текли к нему такой широкой рекой, что даже у моих сотрудников начали назревать вопросы:
– Как так? Почему «Халяль Финанс» так активно рекламируется, все о них знают, да еще они инвесторам платят 3–4 % в месяц? Почему мы не можем сделать то же самое, почему не увеличим выплаты, не проведем в ответ громкую кампанию? Мы же круче, почему мы молчим?!
– Мы занимаемся своим делом много лет, – подтверждал я каждый раз, открывая соответствующие документы, – и вкладываем деньги в реальные гарантии для всех. Посмотрите на свои же отчеты – в нашем сегменте такие выплаты невозможны. Это всего лишь маркетинговая игра, и платить за нее придется из своего кармана. Но откуда в этом кармане возьмутся деньги? Это путь в один конец, и длинной эта дорога не будет.
Объяснять это мне помогала притча про два дуба. Рядом росли два дерева: старое, ветвистое, и молодое, недавно проросшее из желудя от этого дуба. Молодое деревце росло быстро, оно хотело перерасти старика, и тянулось к солнцу изо всех сил, и потому не вырастило глубоких корней. Старый дуб же не торопясь укреплял и корни, и кору, и крону. И когда пришел шторм, дуб потерял несколько ветвей, но устоял, а молодое дерево ветер вырвал с корнем.
Так и наш Абдула: в погоне за солнцем славы и богатства он напрочь игнорировал, что за моей компанией стоят долгие годы опыта, длительные исследования и существенная подушка безопасности. Всего этого у него не было, и его уязвимость для любого кризиса, внешнего или внутреннего, была очень велика.
Любому финансово грамотному человеку было очевидно, что скоро компания обвалится, как финансовая пирамида из 90-х, но многие надеялись, что надутый пузырь продержится, пока они не вытащат свой выигрышный билетик. Время шло, уже мои друзья и знакомые стали приходить консультироваться: «Я хочу вложиться, ты не против? Как думаешь, сколько я смогу получить? Он обещает 10 %!» Это выглядело абсурдно: зачем приходить к финансисту и спрашивать, нести ли деньги его конкуренту? Но агрессивная рекламная кампания смущала даже образованных людей, а обывателей и вовсе превращала в овечек, готовых идти прямо волку в пасть. Я себя ощущал как пастушья собака, только и успевал кусать за ноги и гавкать: «Не ходи! Не вкладывай! Не работай с ним! Не верь!» Слава Всевышнему, большинство людей ко мне прислушивались, видимо, какой-то инстинкт финансового самосохранения вкупе с моей оценкой происходящего срабатывал. Но все же были и в моем окружении те, кто пострадал, когда наш Колобок так раздулся от собственной крутости и значимости, что лопнул. «Халяль Финанс» обанкротилась через полтора года с момента открытия, потому что никто обещанных людям денег не зарабатывал. Видимо, они должны были, по мнению Абдулы, как-то сами собой появиться на одном из этапов, но волшебства не случилось. Он, как змея, что ела сама себя, в какой-то момент остался с одной только своей головой. И этой головой обязан был отвечать за все свои поступки и перед работниками, и перед инвесторами, и перед Всевышним.
Сейчас, годы спустя, когда думаю о нем, я невольно вздыхаю. Чисто по-человечески мне жаль этого молодого человека. Нередкое явление, когда начинающий предприниматель не справляется с обязательствами и вынужден изо всех сил крутиться, раздавая долги. Мне самому несколько раз в жизни приходилось срочно искать деньги, в том числе большую сумму, когда меня уволил одним днем из банка мой босс, – это всегда большой стресс, что и говорить. Но у Абдулы после краха компании были по-настоящему огромные проблемы: ходили слухи, что на него охотились, несколько раз покушались, нанесли тяжкий вред здоровью и изуродовали. До сих пор он лишний раз не выходит из дома и продолжает раздавать долги, вот только их количество почти не уменьшается – так много людей и компаний он подвел. Но самое страшное не то, что Абдула людям деньги должен. А то, что на том свете Всевышний не прощает долги даже тем, кто пал на пути религии. А исходя из того, скольким людям Абдула задолжал и какие суммы, дай Бог, у него получится к концу своего пути закрыть все долги и уйти на тот свет без этого тяжеленного долгового ярма.
В этом мире все меняется так быстро, что порой не успеваешь оглянуться, как теряешься в его вихре. Но мне кажется, что тот, кто поступает согласно совести и живет в соответствии с теми принципами, которые диктует его вера, не должен бояться будущего. Его шаги неизменно будут легки, потому что за каждым из них не будет скрытого стыда ни перед людьми, ни перед Богом.
Те сотрудники, которые все-таки ушли от меня к Абдуле в компанию, сперва считали себя суперумными, ведь им казалось, что они отлично устроились. Однако позже возбужденные против него уголовные дела стали причиной и им наведаться в полицейский участок для дачи показаний. Теперь уже никому не приходило в голову лишний раз упомянуть, что он работал в «Халяль Финанс». Думается мне, сегодня они в душе прекрасно понимают, как подло поступили, но из-за стыда не могут признаться в своем проступке, а повернуть время вспять никому не под силу. Тем не менее все же были те, кто спустя годы написал мне, извиняясь за свое поведение и сказанные за моей спиной слова. Тех, кто смог признать свои проступки и попросил прощения именем Всевышнего, я в душе простил.
Не каждый человек понимает, сколько стоит репутация, и очень часто продает ее за ломаный грош. Там конкурент пообещал дать больше, тут я украл базу клиентов и сейчас на ней заработаю, в третьем месте изучу все внутренности и открою то же самое на готовеньком… Эта грязь редко остается без наказания Всевышнего, поэтому я запрещаю себе относиться таким образом, когда ко мне приходят «офферы» от воришек у коллег по цеху, и не люблю, когда со мной так поступают. Если я как руководитель организации даю сотрудникам уверенность в завтрашнем дне (по крайней мере, пока Всевышний сохранит мое положение и меня), они знают, что их не уволят за мелочные косяки, не урежут зарплату и не оштрафуют на пустом месте, не попросят уйти в вынужденный отпуск в пандемию, да и просто каждый из них знает, что любая их проблема – это моя личная проблема, которую я решу как свою собственную с помощью Всевышнего, то почему я не имею права рассчитывать хотя бы на примитивную порядочность с их стороны?
Вывод
Привольная касса!
Важной частью имиджа делового человека всегда было умение себя подать: от стиля в одежде до уверенности в движениях. Но есть одна деталь, невидимая на первый взгляд, которая тем не менее оставляет прочный след в памяти. Я говорю о запахе. Разумеется, не о той самой гигиене, что уравнивает шахтера с президентом, а о тонком искусстве аромата. Качественный парфюм ― это как финальная нота в симфонии образа: он добавляет глубину, завершенность и загадку. В этом вопросе у меня есть партнер ― Юсуф. Его бизнес разливного парфюма ― это не просто точки продаж, а целая ароматная карта, рассыпанная по нескольким городам. В любом из десятка его магазинов я мог найти привычный для себя ассортимент ― качественный, как швейцарские часы, и разнообразный, как настроение парижского бульвара.