Мунира Вагина – Формула предательства (страница 1)
Мунира Вагина
Формула предательства
Глава 1. Первый год брака
Лера проснулась за несколько минут до будильника и какое-то время лежала неподвижно, глядя в сероватый потолок. За окном только начинало светать. Сентябрьское утро было холодным, и стекло на кухонной двери балкона покрылось тонкой испариной. Рядом спал Константин, отвернувшись к стене и подтянув одеяло почти до плеч. Когда-то Лере нравилось просыпаться раньше него и смотреть, как он спит. Теперь она чаще думала о том, сколько осталось до зарплаты.
На тумбочке лежал телефон. Лера взяла его осторожно, чтобы не разбудить мужа. В банковском приложении было чуть меньше девяти тысяч. До конца месяца — двенадцать дней. Нужно было заплатить за интернет, купить продукты, отдать деньги за анализы отца и хотя бы частично закрыть кредитную карту, которой они пользовались чаще, чем договаривались сами с собой.
Она перевела взгляд на Константина. Год назад, перед свадьбой, им казалось, что самое трудное уже позади. Они долго снимали комнаты, собирали на нормальную квартиру, спорили из-за мебели и смеялись над тем, что у них нет одинаковых чашек. После свадьбы всё должно было стать правильным: общий дом, общие планы, отпуск у моря, дети когда-нибудь потом. Но общий дом оказался однокомнатной квартирой на окраине, отпуск перенесли второй раз, а разговоры о будущем всё чаще начинались со слов «когда будут деньги». Будильник зазвонил в семь. Константин протянул руку, вслепую нашёл телефон и выключил звук.
— Уже? — спросил он хрипло.
— Уже.
Он сел на кровати, провёл ладонью по лицу и посмотрел на неё. В утреннем полумраке он всё ещё казался тем мужчиной, в которого она влюбилась: высокий, чуть небритый, с тёмными волосами, падавшими на лоб, и привычной складкой между бровей, которая появлялась, когда он о чём-то думал.
— Кофе есть?
— Есть.
— А молоко?
— Тоже.
— Значит, мы богаты.
Он улыбнулся, и Лера улыбнулась в ответ. Такие минуты ещё оставались между ними — короткие, почти прежние. Иногда ей казалось, что достаточно хорошего утра, удачного дня или просто одного спокойного вечера, чтобы всё снова стало как раньше.
На кухне она включила чайник и достала из холодильника пачку молока. Там лежали два яйца, кусок сыра, половина лимона и контейнер с супом, который она сварила позавчера. Константин вошёл босиком, в футболке и домашних брюках, открыл холодильник и несколько секунд молча изучал его содержимое.
— Лер, мы опять ничего не купили?
— Вчера я пришла поздно.
— Я тоже.
— Сегодня заеду.
— На что?
Она поставила чашку на стол чуть громче, чем хотела.
— На деньги.
— Очень смешно.
— А что ты хочешь услышать?
Константин закрыл холодильник.
— Ничего. Просто спрашиваю.
Лера знала этот тон. Он означал, что разговор ещё не начался, но уже испорчен.
— Мне сегодня нужно к папе, — сказала она, наливая кофе. — У него опять плохие анализы.
Константин сел за стол.
— После работы?
— Да.
— Конечно.
Лера посмотрела на него.
— Что значит «конечно»?
— Ничего.
— Костя.
Он вздохнул и откинулся на спинку стула.
— Это значит, что ты после работы опять поедешь в лабораторию. Вернёшься в десять. Поужинаешь на ходу. Упадёшь спать. Завтра всё повторится.
— Папе плохо.
— Я знаю.
— Тогда в чём проблема?
— Проблема в том, что у нас тоже есть жизнь.
Она замолчала. Такие разговоры происходили всё чаще, и каждый раз Лера чувствовала себя виноватой независимо от того, что отвечала. Если соглашалась с ним — предавала отца. Если защищала отца — будто бы выбирала его вместо мужа.
— Это временно, — сказала она.
— Ты говоришь это с весны.
— Потому что это правда.
— Лера, твоему отцу шестьдесят три, он болеет, и я понимаю, что ты хочешь помочь. Но у него лаборатория, сотрудники, врачи. Почему именно ты должна там жить?
— Я там не живу.
Константин посмотрел на неё так, что она пожалела о своей фразе.
— Отлично. Значит, я всё придумал.
— Я не это сказала.
— А что ты сказала?
Она отвернулась к окну. Во дворе медленно выезжал мусоровоз. Женщина в красном пальто тянула за руку сонного ребёнка. Чужая обычная жизнь вдруг показалась Лере удивительно спокойной.
— Мне нужно помочь ему закончить серию опытов, — сказала она мягче. — Мы получили странный результат. Возможно, важный.
Константин помолчал.
— Опять лекарство?
— Не «опять». Мы исследуем противовоспалительные соединения.
— Я помню.
— Тогда зачем говоришь так, будто мы играем в химический набор?
Он улыбнулся уголком рта.
— Потому что твой отец уже двадцать лет что-то исследует, а денег от этого всё равно нет.
Лера почувствовала, как внутри мгновенно стало холодно.
— Не всё делается ради денег.
— Вот именно поэтому у нас их и нет.
Константин помолчал, потом сказал уже тише: