Мстислав Коган – Загадка башни (страница 36)

— Эрик мёртв, — сообщил лекарь, когда мы добрались до носилок, — Умер совсем недавно. Слишком много крови потерял, слишком ослаб. Организм не выдержал. Роберт оказался покрепче. Но его и зацепило не так сильно. Колотая рана в боку, не задевшая жизненно важные органы. Айлин, — он повернулся к девушке, — Сейчас я его начну бинтовать. Твоя задача — снять боль, чтобы наш бард не загнулся от шока раньше времени. Справишься?

Девушка молча кивнула, присела на корточки рядом с раненым бардом и положила ладонь на его покрытый испариной лоб. Тот застонал, приоткрыл глаза, слабо улыбнулся, попытался что-то сказать, но в следующую секунду снова отключился. Судя по застывшему и побледневшему лицу Айлин, она уже начала вытягивать из него боль. Я подошёл к солдату, который ещё был в состоянии держаться на ногах.

— Ты как, Томаш?

— Жить буду, — боец облизал растрескавшиеся губы и сплюнул, — Мне не так сильно досталось. Только бока помяли.

— Кто помял? Где? Когда и за что? — вопросы, вертевшиеся у меня на языке, посыпались градом. Хотя в сущности волновал лишь один. Имена. Был убит мой человек. И кто-то должен был за это заплатить. Кровью за кровь.

— Да там, в корчме, — пояснил Томаш, — Мы сопровождали барда. Тот как обычно, пил, пел свои песенки и зазывал народ в наш отряд. Поначалу всё было спокойно, но потом появились они.

— Кто, они? — спросил поравнявшийся с нами сержант.

— Хер разберёт, — покачал головой солдат, — Какие-то головорезы. Пятеро. Заявились прямо в корчму и сказали, что мы залезли на их территорию. Мы ответили, мол, катитесь нахер отсюда, пока мы вам юшку не пустили. На что они заявили, мол, мы сами вам её пустим. А народ нам за это ещё и спасибо скажет, ведь мы служим проклятому упырю и кровопийце, прокляты сами, а значит и на других того и гляди, проклятие навлечём. Больше они ничего не сказали. Просто полезли на нас. Думали взять испугом. Ну да не тут-то было. Я двоим кровь пустил, они и сбежали.

— А Эрик как на кинжал напоролся? — поинтересовался я, пытаясь уложить в голове картину произошедшего. Пока рассказ бойца не давал ответа на вопрос, кто именно на нас напал. Первая половина фразы, что мы залезли на чужую территорию, вполне могла быть сказана бандитами. Но откуда они знают о том, кто мы с Айлин такие? В тайну, помимо бойцов нашего отряда были посвящены лишь сенешаль и люди барона. А они не спускались в деревню, предпочитая проводить дни в стенах крепости. Фанатики? От них подобные речи ожидаешь больше. Вот только всё равно оставался неясным вопрос — откуда сведения. И если они знали о нас — почему начали вредить? Ведь у нас с ними один и тот же работодатель.

Бернард протянул Томашу фляжку. Боец напился, вытер усы тыльной стороной ладони и продолжил рассказ.

— Точно не знаю. Возможно, кто-то из местных в пылу драки пырнул его в спину. Не думаю, что эти были те бандиты. У них из оружия были фальшионы, а они не оставляют колотых ран. Свормово семя, надеюсь Эрик выкарабкается.

— Он мёртв, — мрачно отрезал я, — Умер по дороге сюда от потери крови. Почему вы не обратились к местным? У них наверняка в деревне есть знахарь и не один, который может остановить кровь.

— Мёртв… — боец не сразу понял смысл сказанного, — Но как же… Я ведь… Он только…

— Соберись! — рявкнул Бернард, — И отвечай на вопрос.

— Да я во все двери стучал, — выпалил солдат, — Мне или не открывали или шарахались от меня, будто я и правда чумной какой. Яж сюда то их потащил, когда понял, что помощи мне там не дождаться. Думал, доволоку. Дерьмо… — он подошёл к носилкам с покойником, опустился на колени и пробормотал в пустоту, — Как же это так, а? Сегодня утром ведь ещё… — он осёкся. Почему я не знал, да и по правде сказать это было неважно.

— Бернард — поднимай всех, — коротко скомандовал я, — Рорик, пусть твоя десятка подгонит к воротам три фургона. Вернон, есть на кого оставить раненых.

— Да, — кивнул лекарь, — Эниказа ними присмотрит. Она крайне способная ученица, и в хирургии поднаторела уже не хуже меня.

Айлин недовольно фыркнула. Укол был в её сторону. Девушку некромант способной ученицей не считал.

— Хорошо. Ты идёшь с нами. Прихвати с собой всё необходимое. К вечеру раненых может стать больше.

— Я пойду поднимать девочек, — бросила Айлин, поднимаясь и вытирая со лба крупные капли пота, — В бою от нас толку пока не очень много, но как прикрытие мы вполне способны принести пользу. К тому-же чем многочисленнее будет отряд, тем большую кучу навалят местные.

Я коротко кивнул.

— Я тоже с вами, — Томаш наконец поднялся с колен и посмотрел на меня. На его худощавом лице отчётливо проступили желваки. Усы чуть встопорщились. Губы исказил хищный оскал, — Эти суки должны ответить. За Эрика и Роберта. Я не прощу себе этого, если лично не поквитаюсь.

— А ты сможешь? — с сомнением спросил я.

— Уж не сомневайтесь, товарищ капитан, — в голосе бойца послышались нехорошие нотки, — Я сюда этих двоих в одиночку доволок. Уж сил на то, чтобы вскрыть пару-другую глоток у меня хватит.

— Хорошо, — я кивнул, — Иди приведи себя в порядок и готовься выступать. Думаю, парой глоток сегодня дело не ограничится.

— Тем лучше, — кивнул боец и поковылял в сторону крепости. Я проводил его взглядом.

В моих словах не было ни лжи, способной подбодрить выбитого из колеи человека, ни показной бравады. Только голые факты. Сегодня будет пролито много крови. Убит мой боец. Ранен мой друг. Такое нельзя спускать на тормозах. Кто-то должен за это ответить. Не только те пятеро, что напали на них. Те ублюдки, что их науськали тоже отправятся к праотцам. Да и местным придётся дорого заплатить за то, что бросили нуждающегося в беде. Они тоже виновны в гибели бойца, пусть и не убивали его собственноручно. А ведь ещё был тот, кто пырнул Эрика в спину.

Список должников получался внушительный. И монетами откупиться у них уже не получится. Они пролили нашу кровь. Такой долг может быть уплачен лишь одним способом. Их собственной кровью.

Глава 15

«Новый Гронесбург»

Отряд выступил сильно за полдень. Приготовления заняли больше времени, чем я рассчитывал. Но и плюсы свои были. Благодаря тому, что к нам присоединился «женский взвод», отряд добил численность до восьмидесяти бойцов. Конечно, с многотысячными армиями это не сравниться, но в местных масштабах — весьма грозная сила, способная запугать кого угодно. Кроме, разве что, сенешаля.

— Товарищ командир, а почему фургона всего три? — со мной поравнялся Ларс — командир красной десятки.

— Два — для раненых, один — для добычи, — хмыкнул я, и чуть натянул поводья Гневко, чтобы солдату не приходилось за мной бежать.

— А пленные? — поинтересовался тот, — Их как?

— А кто говорил, что мы собираемся брать пленных? — осклабился я, поправляя пояс с мечом. Алфрид его, конечно, подогнал, как смог, но тот всё равно периодически сползал. Да и верхом с такими длинными ножнами ездить я ещё не привык.

— Эвона как… — улыбка десятника превратилась в хищный оскал, — Енто хорошо. Значит, вдоволь сегодня ушей наберу.

— Чего? — теперь настала уже моя очередь удивляться.

— Ушей поверженных врагов, значица, — пояснил десятник, вытаскивая из-за ворота гамбезона нечто вроде ожерелья. На толстую джутовую нитку были нанизаны почерневшие кусочки сушеной плоти. Месяца три назад меня бы передёрнуло от подобного зрелища. Сейчас же я просто пожал плечами. И так было понятно, что в отряд мы набираем далеко не святых. Многим тяжело было оставить подобные привычки в прошлом, хотя мы на этом и не настаивали.

— В наших краях ходит поверье, что такое ожерелье отпугивает злых духов, — десятник продолжил свой рассказ, — Тех, кого ты убил и тех, кого только убить собираешься.

— Мне казалось, духи тех, кто ещё живы — заточены внутри их тел. По крайней мере, до момента смерти, — заметила Айлин, ехавшая рядом со мной. Девушку тоже не особо впечатлил варварский обычай десятника. В конце-концов мы видели вещи намного хуже, чем срезание ушей у мертвецов.

— Оно так то может так, — согласился Ларс, поудобнее укладывая тяжелый арбалет на плечо, — Да вот токмо за каждым из живущих стоят духи их предков. И уж они то нагадить вполне способны. Правда вот о том, как от них защитится, у меня недавно спор вышел с Мигелем. Он предпочитает брать пальцы.

— Я надеюсь те, которые не стыдно на шею повесить? — хмыкнула Айлин. Я тоже невольно улыбнулся, оценив его шутку.

— Большие, — пояснил Ларс, так и не поняв, о каких именно пальцах шла речь, — Он их тоже в ожерелье собирает навроде моего. Мы с ним даже об заклад побились, чьи значица, обряды кого лучше уберегут. Кого первого ранят, тот должен будет другому десять медяшек.

— Есть в этом что-то нечестное, — я покачал головой, — Мигель же боец первой линии. А ты стоишь во второй. Конечно у него больше шансов отхватить во время схватки, чем у тебя.

— А это уж пускай нас духи и обряды рассудят, — хмыкнул солдат и тут же чуть поотстал от нас. Видать, пока я не раскрыл его маленькую хитрость противоположной стороне спора. Впрочем, делать этого я совершенно не собирался. Мигель должен бы и сам соображать, на что подписывается.

Отряд неторопливо продвигался через лес. Скрипели колёса телег. Ржали лошади. По пыльной брусчатке отбивали нестройный ритм солдатские сапоги. Настроение у бойцов было странное. Некоторые горели жаждой мести. Другие были недовольны, что их сдёрнули куда-то тащиться посередь бела дня. Третьих немного пугала перспектива того, что мы можем устроить в деревне. Четвёртых — печалила потеря товарища. Надо было их как-нибудь подбодрить. А то с таким настроем я не ручаюсь за успех нашего маленького, кровавого предприятия.