Мстислав Коган – Шевалье (страница 7)

Нацепив обратно гамбезон с поясом, сумку и железки, я взял шлем под мышку и ещё раз бросил взгляд на кровать. Интересно все-таки, с каким намёком меня поселили в комнату с двуспальным койкоместом. Уж, не с тем ли расчётом, что я рано или поздно устрою из него траходром. С одной стороны, почему бы и нет… Всё-таки полгода воздержания могут и по мозгам хорошо так ударить. Но с другой стороны, а собственного кого сюда затаскивать то? Айлин? Нет, стервить, она конечно в последнее время стала сильно меньше, да и тело ей выдали весьма симпатичное, но… Ну нахер, честно говоря. Ещё начнёт потом заёбывать мозги, а мне в последнее время они нужны совсем для других вещей. Уж лучше шлюху, но как подсказала мне система, испытывать удачу тоже не стоит. Её запас отнюдь не бесконечный.

Ещё немного постояв и поразмышляв над всеми этими странностями, я развернулся и вышел за дверь. В общем зале собрался уже весь отряд. Некоторые завтракали, а кое-кто уже и вовсе пинал балду. Старик тоже пришёл в себя и уже вовсю общался с Бернардом и Дельрином. Парни, видать, решили устроить бедняге перекрёстный допрос.

Недолго думая я тоже подсел к ним и принялся слушать, как старик жалуется на жизнь. История его выходила и впрямь достаточно грустная. Двадцать лет верного служения ордену, сначала в роли местного целителя, а потом в качестве священника в здешней церкви. А потом кто-то шепнул вышестоящим чинам, что жена Болека якобы занимается чёрной магией. Никаким колдовством она, понятное дело не занималась. Просто, наш ночной гость не захотел отдавать часть пожертвований на лапу здешнему епископу, решив пустить их на покупку еды для нуждающихся, и обустройство собственной церкви тут, в новом городе. Вот только, во всей этой печальной истории было одно маленькое но. Он двадцать лет служил организации, которая истязала и жгла всех, кого заподозрит в чародействе.

— Так, ты чтож, ни разу не задумывался, чем занимается ваш этот орден? За все двадцать лет? — наконец не выдержал я.

— Когда я туда пошёл, он ещё не был таким, — покачал головой Болек, — Тогда мы помогали людям, лечили больных, давали утешение страждущим, кормили нуждающихся. Сожжение ведьм и колдунов началось уже во время войны. Орден обвинил магов в том, что это они её развязали и начал убивать, с попустительства короля. А когда маги кончились, он взялся и за простой люд. Травников, алхимиков или просто красивых баб, которые отказывались спать со служителями и бойцами святого воинства. Я же… — старик выдохнул, — Я просто пытался придерживаться старого пути, который казался мне правильным. В открытую заявлял, что боги никогда бы не одобрили такую жестокость. Говорил, что деньги нужно пускать не на святое воинство, а на нужды народа. Такое терпели недолго. Сначала они выгнали меня из ордена. Затем убили жену.

— Да уж, смотрю, не мы одни разочаровались в ордене, — хмыкнул Дельрин, скрестив на груди руки, — Ну, а по ночам то ты почему по улицам колобродишь? Жить надоело?

— Так дом мне орденцы тоже сожгли, — пожаловался старик, — Кудаж мне теперь деваться. Если на ночь пускает кто, то сплю под крышей. Ежели не находится добрая душа, то хожу по улицам и надеюсь, что боги меня к себе приберут.

Хм… А ведь по поводу старика у меня возникла одна очень интересная мысль. Конечно, сначала её лучше обсудить с Дельрином и Бернардом, но перед этим и узнать кое-что не помешает.

— Слушай, — я наклонился чуть вперёд и пристально посмотрел на старика, — А вас в ордене часом не учили считать, читать и писать?

— Учили, — кивнул старик, — А ещё врачевать понемногу, и учёт деньгам вести. С деньгами, это вообще первое, чему нас обучили.

— Отлично, — я хлопнул ладонью по столу, — Значит так, коль скоро идти тебе некуда, поживёшь пока здесь, с нами. Еду и кровать мы тебе оплатим, а заодно выкупим долг за выпитое. Но, — я сделал многозначительную паузу, — Если хочешь, чтоб так продолжалось и дальше, бросай пить и приведи себя в порядок. Как справишься, так найдем тебе работу. Идёт?

— Вы хотите… — Болек недоуменно уставился на меня, — С собой меня взять что-ли?

— Почти, — хмыкнул я, вставая из-за стола, — Мы пока думаем, стоит предлагать тебе работу или нет. Но, пока мы думаем, ты можешь перестать искушать судьбу по ночам и пожить здесь. Ясно?

— Ясно, — затряс головой старик, — Спасибо огромное вам… — он на несколько секунд замялся, — Как там бишь вас звать то?

Стоит ли называть имя? С одной стороны вся конспирация может пойти по одному известному месту. С другой, моё имя знает семнадцать человек, и я никого из них не просил держать его в тайне. Так что это и не тайна вовсе.

— Генри, — кивнул я, а затем обратился к Бернарду и Дельрину, — Ладно раз мы пока всё порешали, мужики, давайте вставайте и пойдем знакомиться с местными. День у нас отнюдь не бесконечный. Как, впрочем, и деньги.

Глава 5 «Наёмничьи будни»

На улице начинало потихоньку светать. Солнце ещё не показалось из-за низеньких соломенных крыш, но по чистому небу уже разлился ярко-оранжевый свет. Кричали первые петухи, а за забором, окружавшем постоялый двор сновали спешившие в поля крестьяне. У них трудовой день начинался с первыми лучами зари, и заканчивался едва ли не после захода солнца.

Целый день гнуть спину в поле, чтобы просто пожрать… Зараза. Вот в такие моменты я ни разу не жалею, что выбрал меч, вместо сохи. И прибыльнее, и веселье 24 на 7. Правда, с риском летального исхода, но это уж издержки профессии, да и вообще мелочи жизни.

Останки бедолаги, которого порвали возле входа в корчму, уже куда-то исчезли. На том месте, где лежала половина тела осталось лишь чёмное, размытое пятно, впитавшееся в сухую грязь двора. Лошади были в порядке. Стояли в стойле, мирно жевали траву и периодически поднимали хвост, чтобы нагадить под себя теми самыми «магическими сферами», которые, по словам Вернона должны были даровать ему силу и благословление богов.

Я невольно улыбнулся. Если бы боги реально существовали, и видели, что там на болотах творилось, то думаю они бы одарили парня этой самой силой просто из жалости. В качестве утешительного приза, за крайне весёлое представление. Но… Или не но? Как-то подозрительно парень отмалчивается с тех самых пор, как мы победили того сраного колдуна. Да и его слова, перед тем, как я перешёл в теневые земли: «Быть может, я её когда-нибудь расскажу, если мы переживём всё это дерьмо». Что-то мне подсказывает, что по поводу отсутствия дара парень пиздит, как дышит. Вот только доказательств этого у меня пока нет, уж больно хорошо он конспирируется. Ладно, не этим надо сейчас надо голову забивать.

Снова прокричали петухи. Где-то вдалеке раздался стук тяжелого кузнечного молота. Донеслись резкие окрики командующего стражей, следившего за сменой караулов. Город медленно, но верно просыпался от ночного оцепенения. От ночного кошмара.

— Ну, куда пойдем, — поинтересовался я у своих спутников, выйдя за ворота постоялого двора на оживлённую улицу.

— К воротам старого города, — ответил Бернард, — Я тут уже бывал как-то. Решал вопрос снабжения королевской армии в Деммерворте.

— Ты хочешь сказать, королевской армии посылали припасы аж отсюда? — удивился Дельрин, — До Деммерворта месяц пути даже летом. Еда за это время встанет и сама убежит с телег.

— Не еда, — возразил Бернард, — А хорошая сталь. В Деммерворте с её производством большие проблемы. Нет рудников, нет артелей, да и оружейная кузница на весь город всего одна, равно как и бронница. Болотного железа, которое добывали батраки в окрестностях им хватало, да и стража этого хватало более чем, но вот королевскому гарнизону требовалось гораздо больше. Пришлось договариваться о поставках со здешним цехом литейщиков, через местного же старосту. Интересно, жив ли он ещё. Ежели да, то, думаю, работёнка для нас найдется.

— Это хорошо, — хмыкнул я, поглядывая на проходивших мимо крестьян, — А то в прошлый раз, когда мы искали работу, нам предложили попасти свиней, а закончилось всё штурмом долбаной городской цитадели. Надеюсь, в этот раз обойдется без таких приключений.

— Ну, в семнадцать рыл брать штурмом старый город, — хмыкнул Бернард, — О нашем идиотизме тогда Роберт смог бы целую балладу сложить, если, конечно, его не повесят, как сообщника.

— Ладно, пойдем что-ли, — хмыкнул я, — День то всё-же не вечный.

Мы неторопливо побрели вверх по улице, то и дело бросая косые взгляды на проходивших мимо крестьян, и в особенности, на крестьянок. Одеты они были вполне прилично. Простенько, но со вкусом. Чистые и опрятные рубахи, недорогая, но хорошо сидящая и не особо затёртая обувка. Купальнями тут, похоже, пользовались тоже почти все. Перемазанных в грязи и говне оборванцев, которые нередко попадались нам в предместьях Деммерворта, тут не было видно вообще. Следов недавно прошедшей войны тоже было на порядок меньше. От голода город явно не страдал, да и заброшенный дом по дороге попался всего один. Посреди опрятных и аккуратных хижин он выглядел как что-то чужеродное, пришедшее сюда толи из другой эпохи, толи из другого мира.

В основном крестьяне нас сторонились. Осматривали нас с ног до головы, цокали языками, отводили взгляд и ускоряли шаг. Иногда на нас смотрели местные девушки, но стоило мне одной из них подмигнуть и улыбнуться своей «очаровательной» улыбкой, как та ойкнула и тут же скрылась в одном из многочисленных переулков. По всему выходило, что здесь чужаков не сильно то жаловали. Впрочем, как и везде.