Мойзес Наим – Два шпиона в Каракасе (страница 88)

Одной половиной разума Маурисио отказывался поверить в услышанное. Зато второй, которая столько лет помогала ему оставаться в живых, хотя в его профессии долгожительство – дело исключительное, второй половиной он не только во все это поверил, но и сразу начал просчитывать дальнейшие шаги, намечая путь к спасению. Маурисио знал методы, принятые в этой организации, и хотя не знал причин, по которым его хотели ликвидировать, был твердо уверен: уж если начальство приняло такое решение, оно не успокоится, пока не убедится, что он мертв. Продолжать беседу с Сантамарией смысла не было. Боско просто покрепче затянул провод. Удостоверился, что Адальберто не дышит, и спешно покинул конспиративный дом. Отныне человек, которому приходилось изобретать себе надежное убежище, был уже не лучшим кубинским разведчиком, а беглецом, спасавшимся от длинной карающей руки всесильного G2.

Так началась для Маурисио борьба за выживание. Борьба, которую он вел вслепую. Поэтому и считал необходимым во что бы то ни стало выяснить, почему в Гаване захотели ликвидировать его, ведь он честно выполнял в Каракасе порученное задание и, вне всякого сомнения, не нарушил ни одной из предписанных норм безопасности. Что стало известно G2, чего не знал он сам? Или они получили ложную информацию? Кто стоял за таким поворотом событий? Пока у него не было ответов на все эти вопросы. Но ему и в голову не приходило, что последние события каким-то образом могли быть связаны с Эвой Лопес. Иначе говоря, на сей раз влюбленное сердце помешало ему верно оценить ситуацию.

Тем временем ЦРУ начало свою операцию, и целью ее было схватить Эву Лопес и доставить в какую-нибудь “дружественную страну”, чтобы там допросить, применяя методы, которые запрещено применять в Соединенных Штатах. До поры до времени Эва была нужна своим шефам живой – в качестве источника информации. А потом будет видно, как с ней поступить. Для людей из Лэнгли главной задачей сейчас было узнать, какие секреты она уже успела выдать кубинцам, поскольку ЦРУ не удастся обеспечить безопасность своих агентов, действующих под прикрытием, или успешно завершить начатые операции, если обо всем этом стало известно G2.

А пока вся работа американской разведки в Латинской Америке и странах Карибского бассейна, а возможно и в других частях света, оказалась под угрозой. Специальная команда, умеющая действовать быстро и эффективно, как только и следует действовать в подобных случаях, прибыла в Каракас и готовилась захватить Эву. Пока они просто следили за каждым ее шагом и, когда могли, записывали на расстоянии ее разговоры с другими людьми, например с Моникой: “…Я познакомилась с одним человеком… Подожди, как только у нас с ним все более или менее срастется, я тебе сразу все расскажу. Клянусь”.

Тем временем Маурисио думал только о том, как не попасть в руки людей, которые до недавнего времени считались его коллегами. К счастью, он был очень хорошо осведомлен об устройстве здешней разведсети – знал, кто в ней задействован, знал и все принятые на вооружение методы, поскольку сам и занимался ее организацией. И сейчас это позволяло ему чувствовать себя в достаточной степени уверенно. Надо добавить, что умение маскироваться так, что его не узнавали даже родные, породило в свое время массу анекдотов. На сей раз Маурисио приклеил себе бороду, надел очки и изменил цвет кожи, воспользовавшись специальным лосьоном. Кроме того, он стал одеваться гораздо скромнее и передвигался по городу не на роскошном автомобиле, а на мотоцикле, которым управлял с завидной ловкостью. Теперь он был всего лишь одним из сотен тысяч мотоциклистов, которые на бешеной скорости разъезжали по забитым транспортом улицам Каракаса.

А еще он очень быстро пришел к следующей мысли: чтобы не дать себя обнаружить и иметь возможность спланировать свои ближайшие шаги, он должен прибегнуть к помощи единственного человека, не принадлежавшего к его тайному миру, то есть к помощи Эвы. И другого пути у него нет.

Погруженный в лихорадочные раздумья о вынесенном ему смертном приговоре, Маурисио остерегался звонить Эве по телефону. Он решил дождаться удобного случая и подловить ее на одной из ближайших к “Черному дереву” улиц, но сделать это как можно незаметнее и не пугая девушку. Маурисио ждал ее, спрятавшись за грузовиком. А еще он воспользовался мощным биноклем, чтобы осмотреть, что происходит вокруг Центра интегральной красоты. И тут сердце у него ёкнуло. Он засек троих типов, которые с трех разных точек тоже тайком наблюдали за “Черным деревом”. Мало того, в одном из них Маурисио сразу узнал агента ЦРУ, лицо которого сотни раз встречал на фотографиях и видео. Маурисио словно услышал внутри громоподобный сигнал тревоги, однако в первую очередь почувствовал при этом непонятную растерянность. Что происходит? Почему ЦРУ проявляет интерес к Центру красоты? Может, и они тоже охотятся за ним, за Маурисио? Или им нужна “его” Эва? Разумеется, теперь нельзя будет даже приблизиться к ней, когда она выйдет на улицу. Надо срочно что-то придумать, что-то сделать, не привлекая к себе их внимания.

Он оставил мотоцикл на улице и быстро шмыгнул в ресторан, расположенный в соседнем с “Черным деревом” доме. Войдя туда, очень по-дружески поздоровался с официантом и направился прямиком в туалет. С этого момента все его действия отличались быстротой и доведенной до автоматизма ловкостью. Он разбил в туалете окно. Вылез на крышу. Перепрыгнул на крышу Центра красоты и через слуховое окно проник в помещение. Уже через секунду он нашел Эву. Она смотрела на него с удивлением и не узнавала, но он не дал ей времени заговорить, а сразу “снял маску” и попросил, не задавая никаких вопросов, выполнять его инструкции. Маурисио только и сказал, что над ней нависла опасность и он явился, чтобы спасти ее. И девушка непонятно почему сразу поверила ему.

Выброс адреналина помог любовникам легко и незаметно попасть на крышу Центра, потом перебраться на крышу ресторана, а оттуда пройти по крышам других домов. Наконец они спустились в сад, окружавший один из этих домов, и вышли на улицу, где Маурисио оставил свой мотоцикл. Но в этот самый миг их засекли агенты ЦРУ, и началась бешеная гонка. Раздались выстрелы, причем нападавшие целились в Эву. Она узнала двух своих коллег, которые теперь старались ее убить. Значит, такое решение приняли в Управлении – в этом не оставалось никаких сомнений.

И все-таки паре удалось оторваться от преследователей. Но и Маурисио, и Эву терзали три вопроса. Три одинаковых вопроса:

Почему они хотят меня убить?

Кем на самом деле является человек, которого я люблю?

Почему он убегает вместе со мной?

Во владениях Лины Рон

Взгляды Эвы Лопес и Лус Амелии на несколько секунд пересеклись. Эва и Маурисио примчались в тот бедный район, где находился дом, который правительство подарило Лус Амелии. Они сразу направились именно сюда, потому что еще какое-то время назад Маурисио выбрал это место в качестве возможного убежища для себя в случае нового переворота, направленного против правительства Чавеса. А выбрал он его потому, что этот дом Лус Амелия получила только благодаря содействию Маурисио, и он знал, что она всегда поможет ему.

Несколько лет назад, тронутый драматической историей Лус Амелии и восхищенный ее стойкостью, Маурисио надавил на нужные рычаги и добился, чтобы ей предоставили один из построенных правительством народных домов, куда предполагалось расселить тех, кто потерял жилье во время страшного стихийного бедствия.

Однако на самом деле Лус Амелия мечтала вовсе не о таком доме. Очень скоро жизнь в народном квартале превратилась в кромешный ад. Здесь торговали наркотиками, то и дело случались кражи, изнасилования, убийства, а также постоянно вспыхивали перестрелки между бандами. А еще этот квартал стал базой для тех, кто промышлял похищениями людей, и, что очень важно, также одним из мест сосредоточения вооруженных отрядов – “колективос”, которые правительство Уго Чавеса снабжало оружием и финансировало. Этой темы, кстати, касалась в своих программах и Моника Паркер. Иными словами, район стал представлять собой странную колонию, где обитали бедные семьи и богатые преступники.

Правда, кое-какой порядок наводила здесь организация Прана, настоящего хозяина района. На этой неприступной для чужих территории он сохранял полную власть, учреждал неписаные законы и держал себя на манер Большого брата. Но, как и положено хорошему управляющему, сам Пран не опускался до всякого рода неприятных дел. За него этим занимались другие.

В данном случае главным человеком в районе была женщина – Лина Рон по прозвищу Бешеная. Она была невелика ростом, но отлично владела оружием. Лина взяла в привычку заводить себе юных любовников, которые через несколько месяцев “любви” бесследно исчезали, и никто никогда больше их не видел. Она контролировала торговлю наркотиками и получала свою долю от выкупов за похищенных людей, поскольку похищения именно здесь замышлялись и отсюда координировались. Ее длинная пышная шевелюра, теперь выкрашенная в рыжий цвет, всем внушала ужас. Но сама Лина подчинялась исключительно приказам Прана – без вопросов и возражений. Поговаривали, будто несколько лет назад Лина Рон попыталась предать его. Никто не знает, что именно потом случилось, но она вдруг пропала, словно испарилась. А вновь появилась лишь несколько месяцев спустя – но теперь уже в роли очень дисциплинированной, преданной хозяину и энергичной участницы преступной организации, управляемой из тюрьмы “Ла Куэва”. И хотя об этом старались не говорить вслух, было очевидно, что Лина Рон больше всего на свете боялась вызвать неудовольствие Прана. Какое-то время назад за разговором, подогретым крепкими напитками, Лина обмолвилась: “Лучше умереть, чем испытать на себе «лечение», которое Пран применяет к своим врагам”. И все хорошо запомнили это предупреждение. Пожалуй, поэтому у Прана и не было открытых врагов. Вернее, живых врагов.