Мотя Губина – Щелкунчик моего сердца (страница 11)

– О-ёй… – прокомментировал сверху моё падение Ганс.

Я приподняла лицо от земли и выплюнула изо рта комок грязи.

– Я так понимаю, мы уже на территории болота.

– Ну да.

– А скажите-ка мне, друзья, что вы делали ночью на болоте? – я аккуратно поднялась, с раздражением отмечая, что мокрая, грязная ткань противно облепила тело. И пусть холода я не чувствовала, но дискомфорт был всё равно. – Вам не приходило в голову, что вы можете здесь пропасть, и вас никто даже не найдёт?!

Сейчас я серьёзно была готова вернуться обратно в дом. Не потому, что испугалась – сама бы я без проблем дошла туда, куда нужно, но то, что придётся тащить с собой детей, был серьёзный аргумент, чтобы отложить исследование болота хотя бы до утра.

– Да тут недалеко! – воскликнула Эми и бросилась в самую чащу по влажной земле.

– Эми, стой! – пришлось вскочить и понестись за ней, практически по щиколотку погружаясь в вонючую мягкую жижу. Через сто метров я уже потеряла оба тапочка, но пока не могла настичь беглянку. – Эми, вернись! Вернись, кому говорю, это опасно!

Ребенок, совсем не вовремя решивший проявить упрямство и непослушание, добежал до ствола огромного дуба и запрыгал на месте.

– Здесь, здесь!

Я подбежала ближе, схватила девочку за руку и сердито встряхнула.

– Никогда больше так не делай! Слышишь, никогда! Ты могла утонуть! Ты могла заблудиться или потеряться! Что бы я делала без тебя?!

– Да ничего, – вдруг рассердилась она, сбрасывая мою руку. К нам как раз подбежал Ганс, и теперь девочка смотрела на нас обоих с обидой, – ничего бы ты не делала! Я никому не нужна в этом мире! Маме была нужна, папе нужна, но они тоже меня бросили!

– Они погибли, – вставил Ганс.

– А больше никому я не нужна! – в голосе ребенка зазвучали слёзы. – Если я пропаду, то никто обо мне не вспомнит.

– Неправда, – я покачала головой, – ты нужна Гансу, ты нужна мне. Мы о тебе помним. Разве этого мало?

– Но вы – не моя семья!

– Почему же? – я протянула руку, но она дёрнулась в сторону. Тогда я присела на корточки, игнорируя то, что мои ноги уже наполовину голени ушли в землю. – Семья – это не только общая кровь, Эми. Раньше твоя семья была – мама с папой. Сейчас – мы твоя семья. А когда-нибудь у тебя будет собственная семья, детки. Разве это плохо? Война с Мышиндией причинила много горя, но я верю, что всё наладится, и вы сможете быть счастливы. Главное – держитесь друг за друга. А сейчас и я вместе с вами.

Глаза орехового цвета сверкнули в свете луны. Девочка смотрела на меня с сомнением, но при этом в её глазах светился маленький лучик надежды.

– Ты обещаешь, что нас не бросишь?

Это был сложный вопрос. Не просто сложный…

Он буквально резал по-живому. С одной стороны – моя понятная, предсказуемая и распланированная жизнь в моём мире. Работа, контроль, комфорт… С другой – полная неопределенность в волшебной стране, где велась война с мышами. Где я была никем. Где будущее было лишь в шитье одежды и «портков» для горожан до тех пор, пока не появится сообщение с городом Пряников, в котором они раньше всегда закупали одежду. Даже если проклятие спадёт, вряд ли местные жители начнут покупать у меня кукол и наряды для них – слишком болезненные воспоминания…

О каком карьерном росте вообще может идти речь?

Но глаза Эми смотрели на меня так внимательно, с такой надеждой, что я просто не знала, как смогу сказать этим детям, к которым так сильно привязалась за прошедшие недели, что я ухожу. Если в прошлом мире меня держала работа, то здесь – два горячих, но ещё маленьких сердца. И… И я сдалась…

– Обещаю. По своей воле я никогда вас не брошу. Верите?

Оба ребёнка кивнули, а потом неуверенно улыбнулись.

С другой стороны, могу же я быть «мамой на вахте»? Работа в своём мире, мама в этом мире. Или, может, филин подскажет, как забрать их с собой… В общем, придумаю что-нибудь…

И в этот момент я почувствовала, как моё сердце словно подпрыгнуло, а потом забилось в груди, разливая горячую кровь по всему телу. Не думая пока о том, что это может значить, я осторожно приобняла каждого из них, а потом начала выпрямляться.

– А теперь пора выбираться, ребята. Иначе нас затянет в землю. Завтра посмотрим ваш источник.

– Но нас не затягивает, – недоуменно проговорил Ганс, смотря на мои ноги.

Улыбка сбежала с моих губ, когда я посмотрела на ступни детей, твёрдо стоящие на земле, а потом на свои ноги, почти по колено увязшие в густой жиже. Вырвав правую ступню, я сделала шаг и только повернулась, чтобы дать отмашку возвращаться, как опора под моими ногами рухнула, и я, на секунду встретившись с расширившимися от испуга глазами детей, полетела вниз, под землю.

Моё падение сопровождал истошный визг Эми и крик Ганса.

Не знаю, как это получилось, но я буквально провалилась сквозь землю в вязкое желе. Оно не было плотным, скорее, оно было похоже на студень. В последний момент падение завершилось, потому что натянулся подол халата, и я практически повисла на нём, барахтаясь в непонятной субстанции. Возблагодарив проклятие за то, что сделало из меня куклу, и теперь мне не нужен кислород для дыхания, я даже осмелилась открыть глаза…

Какое же было моё удивление, когда поняла, что всё вижу! Место, в котором я оказалось, светилось! Правда, ярко-розовым цветом… Я словно попала в клубничный прозрачный пудинг.

Несколько раз дёрнув руками и ногами, смогла заметить небольшое свечение около правой руки. Понаблюдав чуть больше, я с удивлением обнаружила, что это – светлячок. Он, словно маленькая звёздочка, приближался ближе по густому мареву вокруг. А за ним тянулись и другие… Яркие, светящиеся точки… Они окружили меня со всех сторон, а потом перелетели куда-то за спину. Я уже хотела развернуться, как острая боль пронзила место между лопатками.

Я беззвучно закричала и задёргалась, пытаясь руками добраться до больного места. В этот момент сверху полы халата тоже задёргались, а потом меня с силой потянули вверх. Раз, другой! Я действительно стала подниматься! Ещё сильнее забив руками, я сделала ими гребок, словно была в море, с каждым движением приближаясь к поверхности.

Когда я уткнулась головой в крепкую землю, под которой была непонятная розовая субстанция, меня бесцеремонно дёрнули за халат, фактически выдёргивая из земли, которая громко чавкнула напоследок. Деревянное тело рухнуло навзничь, а я даже не могла разлепить слипшиеся от грязи глаза, чтобы посмотреть, кто меня спас.

– Она жива? – прошептал рядом Ганс.

Сбоку он него заскулила Эми, а потом, к полному моему удивлению, им обоим ответил голос Щелкунчика.

– Не переживайте, всё будет хорошо. Идите впереди, я отнесу Клару домой.

Осознание, что всё хорошо и я выжила, так резко упало на мои плечи, что заставило всхлипнуть, а потом полностью расслабиться на крепких деревянных руках, постепенно уплыв в сон. Мне казалось, что при такой усталости, я просто не могла находиться в сознании. Под мерный стук настоящего человеческого сердца деревянного человека я отключилась от происходящего и просто уплыла в царство снов.

Я спала и тогда, когда мы зашли в дом, и даже тогда, когда меня с рук на руки передали сердобольной женщине, которую пришлось разбудить среди ночи. Она меня вымыла в ванне и даже как-то умудрилась переодеть.

Всё это я понимала и даже частично ощущала сквозь тяжёлую пелену сна. Слышала взволнованные вопросы Роберта и спокойные ответы Щелкунчика…

Мне даже показалось… Что я почувствовала прикосновение воды к коже, а потом и прохладность рук принца, который снова отнёс меня от ванны до кровати в комнате.

Глава 10 Крылья?!

Я проснулась лишь на следующий день в своей собственной кровати. И первое время не могла понять, приснились ли мне все события ночи или нет. Но зуд между лопатками однозначно намекал на то, что как бы ни были нелепы и нереальны события, произошедшие на болоте, они действительно были…

Осторожно встав с кровати, я с удивлением обнаружила, что деревянные ступни совсем немного, но однозначно почувствовали шершавость досок на полу.

Это было так странно – снова что-то чувствовать, что я тут же пощупала руками покрывало на кровати, себя, столик и пуфик, не веря, что где-то там, на границе сознания, я действительно ощущаю поверхность осязаемых вещей. От радости я всхлипнула и с гораздо большим воодушевлением понеслась к небольшому зеркалу в ванной, скидывая с себя ночнушку. Не ту, которая была вчера, а более грубого покроя из жёсткой выбеленной ткани.

Я с опаской повернулась к зеркалу спиной, ожидая увидеть всё, что угодно. От язвы до целой дыры. Но никак не ожидала, что от увиденного мне захочется упасть в обморок.

– Что это?! – прошептала поражённо, силясь рассмотреть два вертикальных нароста между лопаток. – Нет, нет, не может быть!!!

– Клара, к тебе можно? – в спальню, судя по звукам, заглянул Щелкунчик.

– Сейчас! – я захлопнула дверь средневекового санузла и судорожно начала обратно одеваться. Руки дрожали и не слушались. А когда случайно порвала край ночнушки, то непроизвольно всхлипнула. – Да что же такое?!

– Клара, ты в порядке? – судя по голосу, мужчина подошёл к двери и теперь стоял прямо за стенкой.

– Я… – а я не знала, в порядке я или нет… Поэтому, поправив наспех надетую рубашку, открыла дверь. – Ты не мог бы посмотреть?