Мотя Губина – Его маленькая Кнопка (страница 16)

— Ладно, мне надо бежать, — он делает шаг, но потом оборачивается. — Ты… останешься посмотреть?

Я киваю, поправляя сползшую резинку для волос.

— Немного посижу. Если не помешаю.

— Нисколько, — он улыбается так открыто, будто всерьёз думал, что я не соглашусь.

Я устраиваюсь на холодной металлической трибуне, поджав под себя ноги. Солнце поднимается выше, разгоняя утренний туман и окрашивая площадку в золотистые тона. Егор на тренировке другой: быстрый, как ртуть, точный, как швейцарские часы. Когда он делает трёхочковый бросок через всю площадку, даже строгий тренер одобрительно хлопает в ладоши.

— Неплохо играет, правда?

Я вздрагиваю. Рядом стоит невысокая женщина в синем спортивном костюме, с тёплыми карими глазами и такой же, как у Егора, ямочкой на левой щеке.

— Вы…

— Я — мама Егора — Ольга Сергеевна, — она улыбается и садится рядом со мной на скамью. — Я заметила, что ты за ним наблюдаешь.

Я мгновенно смущаюсь, но она, кажется, даже не замечает этого, протягивая мне термос.

— Чай? Утро холодное.

Я осторожно киваю, а потом принимаю стаканчик из её рук.

— Спасибо. Вы… часто приходите на тренировки?

— Когда получается, — она наблюдает за сыном, и в её взгляде мягкая гордость. — Он много о тебе рассказывает, знаешь ли.

Я чуть не поперхнулась чаем.

— Правда? Но я…

— Прости, — она мягко смеётся, — но ты и правда похожа на Кнопку. Сын говорит, что ты хорошо знаешь математику.

Я киваю, не зная, что ещё можно сказать. Поверить не могу, что Егор говорил обо мне своей матери!

— Тебе нравится, как он играет? — вдруг спрашивает она. И во взгляде — бесконечная гордость сыном.

— Да, — я киваю, а потом осторожно спрашиваю: — Простите, но его… отец… он… против тренировок?

— Против, — женщина, кажется, будто и не злится за бестактный вопрос. Просто мне казалось странным, почему мать его так сильно поддерживает, а отец ругает последними словами, да ещё и при свидетелях, — но, к счастью, мы давно не зависим от его решений.

Я снова теряюсь, понимая, что залезла в запретную тему.

Мы молча наблюдаем, как команда отрабатывает сложную комбинацию. Егор пасует партнёру, потом стремительно идёт под кольцо, получает ответный пас и забрасывает мяч одним точным движением.

Женщина беззвучно хлопает в ладоши, а потом довольно качает головой.

— Зря.

— Что? — я непонимающе поднимаю голову.

— Я говорю, зря Иван — отец Егора — не принимает его. Но даже когда Егор был маленьким, он просто хотел, чтобы сын добился большего в лёгкой атлетике. Продолжил его дело. А после собственного провала на чемпионате… — она замолкает, глядя куда-то вдаль. — Это стало навязчивой идеей. Как будто через Егора он может исправить свои ошибки. Так что, — тут её взгляд находит меня, — даже взрослые могут ошибаться.

Я хмурюсь, не совсем понимая, к чему она ведёт.

В это время на площадке Егор делает эффектный блок-шот, перехватывая мяч у нападающего. Его мама невольно улыбается.

— Но посмотри на него. Разве это не прекрасно? Он живёт своей жизнью, а не чьей-то несбывшейся мечтой.

Я смотрю и понимаю — да. Это действительно прекрасно. Видеть, как он делает то, что любит, с такой страстью и самоотдачей. И тут ловлю себя на мысли… А я тоже так хочу!

Тренировка подходит к концу, когда Егор замечает нас на трибунах. Его лицо озаряется удивлённой улыбкой, и он машет рукой. Через минуту он уже подбегает к нам, запыхавшийся, но сияющий.

— Мам! Ты что здесь делаешь?

— Принесла тебе завтрак, — она достаёт из сумки контейнер с бутербродами. — И хотела познакомиться с Юлей поближе. Как знала, что когда-нибудь её увижу. Тем более рада, что это случилось так скоро.

Егор краснеет до корней волос, но ничего не говорит, только потупляется, вытирая лицо полотенцем.

— Мне пора, — я встаю, внезапно осознавая, что уже половина девятого, а мама, наверняка, заметила моё отсутствие. — Мама волнуется.

— Подожди, — Егор немного мнётся, а потом неожиданно предлагает: — Юль, слушай. А ты свободна в воскресенье?

Я задумалась, перебирая в голове планы.

— Думаю, да… А что?

— Тогда поехали со мной. У нас товарищеский матч в Береговске. Это всего час на электричке.

— Да, съездите, — внезапно поддерживает его мама, — я тоже хотела, но никак не могу из-за работы, а так хоть кто-то близкий, кроме команды, будет с ним рядом.

— Я… Я не знаю… Мне надо спросить у мамы… — в голове куча мыслей, начиная с того, что именно я совру маме, и заканчивая тем, что мне страшно хочется поехать!

— Спроси, — парень кивает и улыбается, а потом роется в рюкзаке и достаёт бутылку воды. — Возьми. На дорогу.

— Спасибо, — улыбаюсь я нервно ему и его маме. — Было приятно познакомиться.

— Взаимно, — кивает женщина. — Заходи как-нибудь к нам. Я испеку свой фирменный яблочный пирог.

Я бегу домой, словно на крыльях. Да, мне жутко страшно, но… Но будто в душе появилось что-то тёплое. И оно только растёт и разгорается каждый раз, когда я с Егором.

Глава 12

Разговор с мамой

Я замираю на пороге квартиры, прислушиваюсь. Тишина. Только часы в гостиной тикают, отсчитывая секунды моего ожидания.

— Это ты, Юля? — голос мамы доносится с кухни.

Я вздрагиваю, сжимая в руках мокрую от дождя куртку.

— Да, я… — голос предательски дрожит.

— Заходи на кухню.

Я медленно иду по коридору, боясь даже представить, куда выведет разговор. Мама сидит за столом, перед ней — мой забытый телефон.

— Ты оставила его на тумбочке, — она отодвигает гаджет в мою сторону. — Звонила… Стася.

Сердце падает. Я осторожно опускаюсь на стул напротив, чувствуя, как дрожат колени. Стася… Именно к ней я и должна была идти, по версии, которую озвучила маме утром.

— Мам, я могу объяснить…

— Объясни, — мама отхлёбывает чай, оставляя на краешке чашки след помады. — Объясни, почему вместо подготовки к контрольной ты с утра пораньше бегаешь… А куда, дочь?

Я сжимаю кулаки под столом, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

— Я не врала. Сначала я действительно была у Стаси. А потом… потом решила посмотреть тренировку.

— Очень удобно, — мама ставит чашку с таким звоном, что я вздрагиваю. — Ты пошла смотреть тренировку… И, наверняка, опять с этим мальчишкой, да? И что дальше? Будешь прогуливать уроки? Завалишь экзамены?

— Нет! — я резко поднимаю голову. — Мои оценки не изменились. Вчера я получила «пять» за контрольную по алгебре.

— Пока что, — мама проводит рукой по лицу, и я замечаю, как устали её глаза. — Юля, я вижу, как ты изменилась. Раньше ты днями сидела за учебниками, а теперь…

— А теперь я живу! — вырывается у меня. Голос звучит громче, чем я планировала. — Мам, я не хочу быть роботом, который только учится и ничего больше не видит!

Тишина повисает между нами, густая и тяжёлая. Мама смотрит на меня, и в её глазах я вижу не злость, а… растерянность?

— Юль, я не понимаю, он действительно тебе нравится? — неожиданно спрашивает она.