Мосян Тунсю – Благословение Небожителей 1-5 тома (страница 398)
Се Лянь присмотрелся и в самом деле разглядел маленький, тускло горящий призрачный огонёк.
— Я не знаю, откуда он тут взялся! — в гневе вскричал принц. — С чего вы решили, что раз вам попался призрачный огонёк, то это непременно моих рук дело? Призрачные огни — не такая уж редкость! Или что же, на нём моё имя написано?!
Небожитель, что пострадал от огонька, держась за глаз, ответил:
— Да разве стал бы обычный призрачный огонёк кидаться мне в глаза? Если не ты ему приказал, какая тому ещё может быть причина?
Се Лянь возразил:
— Тогда я вот что скажу: вполне возможно, что он лишь блуждающая душа, обитатель этих гор, которого вы случайно вспугнули, вот он и бросился в атаку как оголтелый! Что же это за доказательство?
Бог Войны, первым напавший на Се Ляня, рывком выхватил призрачный огонёк из рук коллеги.
— Плевать, кто ему что приказал, с подобными вредоносными тварями следует расправляться не мешкая! — Он тут же сжал пальцы, собираясь раздавить огонёк, развеяв душу по ветру.
У Се Ляня при виде этого вырвалось:
— Отпусти его!
Принц всё-таки не выдержал — он не мог позволить, чтобы чья-то одинокая душа погибла, случайно оказавшись в самом центре этого глупого фарса. Он бросился вперёд и напал на того Бога Войны. Но поскольку ему нужно было отобрать огонёк, пришлось немного убавить пыл, и силы оказались примерно равными. Как вдруг раздались крики сразу нескольких небесных чиновников чуть поодаль:
— А вот и ты! Скорее, поди сюда! Погляди-ка, что тут творится!
Похоже, явился кто-то ещё. Те, кто обернулся на крики, присоединялись:
— Ну наконец-то ты здесь!
— Долго же тебя пришлось ждать. Скорее, помоги нам!
Се Лянь вначале весьма удивился и подумал: «Неужели на выручку им подоспел какой-то очень сильный небожитель?» Затем на ум принцу пришла другая мысль: «Плевать, кто там явился, если станет меня притеснять, я и с ним вступлю в бой, что тут сложного?! Я никого не боюсь!!!»
Сейчас принца захлёстывала обида, он уже приготовился к серьёзному сражению. Но когда толпа расступилась, пропуская опоздавшего, Се Лянь с ног до головы оцепенел, потрясённый увиденным.
Он никак не ожидал, что перед ним окажется Му Цин!
Сам Му Цин, очевидно, тоже не ожидал встретить Се Ляня в подобных обстоятельствах. Они растерянно переглянулись. Принц округлил глаза, немедля позабыв о сражении с Богами Войны, и промямлил:
— А ты что здесь делаешь? Ты разве не…
Но тут же осёкся, ведь заметил кое-что, заставившее всё понять и закрыть рот. На Му Цине были надеты вовсе не старые чёрные одеяния, в которых он вместе с Се Лянем спасался от погони. А форма служащего Нижних Небес.
Когда-то, в бытность подручными Се Ляня как Бога Войны, Фэн Синь и Му Цин удостаивались немалых похвал, весьма привлекали внимание своими способностями. Впоследствии, когда Се Ляня низвергли, множество небесных чиновников жалели о том, что двоих помощников также низвергли вместе с принцем, а некоторые даже тайно дёргали за верёвочки, чтобы поинтересоваться, не желают ли они перейти на службу в их дворец. И возможно, что какой-то небожитель из восхищения Му Цином вернул его на Небеса в качестве своего младшего служащего.
Наверняка так и было. И сейчас дела у Му Цина явно шли неплохо, иначе он не оказался бы здесь вместе с другими небожителями в поисках благословенной земли для совместных тренировок в самосовершенствовании.
Се Лянь остался простым смертным, Му Цин же вернулся на Нижние Небеса. Обстоятельства сложились весьма иронично.
Тем временем Му Цин, с большим трудом приведя эмоции в порядок, спросил:
— Что здесь происходит?
Остальные наперебой принялись объяснять ему, в чём дело. Се Лянь же стоял вдалеке, не в силах шевельнуться.
Он слышал, что никто не сообщил Му Цину о случае с грабежом. О чём это говорило?
О том, что Му Цин уже знал. Му Цин знал, что принц пошёл на грабёж!!!
Со лба Се Ляня капля за каплей катился холодный пот, он невольно отступил на два шага. Бог Войны, с которым принц только что сражался, вскричал, пыхтя от злости:
— Он хотел единолично занять чудесную землю, прогонял нас прочь! Му Цин, скорее окажи нам помощь!
Какую ещё помощь?
Он просил Му Цина помочь ему одолеть Се Ляня?
От гнева у Се Ляня занемела кожа на голове, он был потрясён до глубины души. С преогромным трудом принц пришёл в себя и, заикаясь от ярости, воскликнул:
— Вы… вы же всё перевернули с ног на голову, совсем стыд потеряли! Всё совершенно не так! Я ничего подобного не хотел!
А Му Цин просто стоял и слушал. Принц, охваченный волнением и злостью, вновь замахнулся веткой. Противник, не в силах отразить удар, отступил и опять закричал:
— Му Цин! Ну что ты там встал как вкопанный?!
Другие небожители присоединились к крикуну, подгоняя Му Цина, но тот всё стоял с колеблющимся видом, словно не знал, стоит ли вмешиваться. Се Лянь, услышав, как остальные то и дело подстёгивают Му Цина напасть на принца вместе с ними, совершенно разъярился, подумав: «Му Цин не поступит так, как вы! Он мой друг и ни за что не станет помогать вам!!!»
В приступе ярости он вновь не рассчитал силу и выбил оружие из рук целого ряда противников. Остальные небожители, видя, что принц сражается всё с большей смелостью, поняли — дела их плохи, и поспешно закричали:
— Му Цин! Так и будешь смотреть, как он бесчинствует?!
Эмоции на лице Му Цина то и дело сменяли друг друга. Он шагнул вперёд, пальцы на его руках дрогнули. Стоящие рядом чиновники поторопили:
— Да не стой же как истукан, помогай!
И как назло, кто-то ехидно проговорил:
— Му Цин не желает вмешиваться, и его можно понять. Всё-таки он когда-то был приближённым служащим Его Высочества наследного принца. И пусть теперь Его Высочество занялся грабежом и захватом чудесных земель, всё же нелегко забыть о прежних тёплых отношениях хозяина и слуги. Хватит с нас и того, что Му Цин не стал бросаться на выручку Его Высочеству. Как можно ожидать, что он решит нам помочь?
Речи эти могли показаться оправданием, на самом же деле таили в себе коварство. В тот же миг на лбу Му Цина проявились тонкие синие жилки.
Атмосфера сделалась крайне неприятной, Се Лянь почувствовал неладное и позвал:
— Му Цин…
Он успел лишь назвать имя, но в следующий миг ощутил лёгкость в ладони, а следом треск, будто что-то сломалось. Замерев, Се Лянь опустил взгляд и увидел, что сломалось его единственное «оружие» — ветка дерева. Принц вновь поднял голову, и в глаза ему бросилась длинная сабля, появившаяся в руках Му Цина.
И в это мгновение клинок был направлен на Се Ляня. А хозяин клинка ледяным тоном сказал:
— Прошу тебя уйти.
Се Лянь, сжимая в руке обрубок ветки, долго молчал, глядя на Му Цина. Затем произнёс:
— Я… не хотел по-настоящему никого грабить. И ничьи земли я не отнимал. Я первым сюда пришёл.
Му Цин без всякого выражения на лице повторил:
— Прошу тебя уйти.
Се Лянь, не отрывая от него взгляда, поколебавшись, спросил:
— Ты же знаешь, что я не лгу?
Принц задавал этот вопрос с надеждой и в то же время не без страха. Голос в его душе говорил — не спрашивай, развернись и уходи! Но Се Лянь не удержался, спросил.
Му Цин ещё ничего не ответил, когда принц вдруг повалился вперёд, тяжело рухнув на землю.
Под ногами была грязь горной тропы, покрытой ямами и рытвинами, усыпанной камнями и сухими листьями. Он упал, широко раскрыв глаза, всё ещё не в силах поверить.
Неизвестно, который из небожителей, воспользовавшись замешательством принца, толкнул его в спину, чтобы тот перед столькими свидетелями выставил себя в худшем свете.
И впрямь, хуже некуда. Вокруг поднялся шум голосов, оглушающих, накрывающих волной. Се Лянь слушал их, широко распахнув глаза, глядя на чернеющую землю. Затем он медленно, очень медленно поднял голову и посмотрел на Му Цина.
Тот стоял неподалёку, среди остальных небожителей, и даже не удостаивал принца взглядом, повернув голову в сторону. Так же как и другие, он явно не собирался протянуть руку и помочь Се Ляню подняться.
Тогда Се Лянь понял — никто не поможет ему подняться. Он ещё долго лежал, прежде чем медленно встать самому.
Небесные чиновники, решив, что принц вновь бросится в атаку, насторожились, но Се Лянь не напал больше ни на кого, только, опустив голову, что-то поискал на земле, молча поднял и закинул на спину мешок, который собрала ему в дорогу матушка, повернулся и, медленно ступая, направился вниз с горы.
Он шёл, шёл, и шаги его становились всё быстрее. Вскоре Се Лянь уже бежал, словно обезумевший.