Морвейн Ветер – Дети богини Дану. Том 2 (страница 2)

– Какие знаменья? – с подозрением спросил второй воин.

– Это я скажу только царю! – Риган гордо вскинул подбородок.

Стражи переглянулись и, поразмыслив, один из них кивнул.

– Я провожу, – сказал он. – Но царь не примет тебя сейчас. Тебе, как и остальным, несущим дары, придётся подождать. Каков будет твой дар, великий маг?

Риган задумчиво коснулся одного из висящих на поясе мешков. Вряд ли кого-то здесь могли удивить золото и соль.

– Знание станет моим даром, – ответил он. – Покажи мне покои, которые не оскорбят лика Дану.

Страж указал копьём на одну из аллей, убегавшую в сторону дворца, и первым двинулся вперёд. Риган последовал за ним, но едва они прошли несколько шагов, как Риган замер, будто громом поражённый, когда увидел в просвете между смоковниц уже виденное один раз лицо.

Всё такая же грустная, незнакомка возлежала на золотом ложе в окружении девушек с опахалами и подносов с оливами.

– Кто это? – спросил Риган, заметив, что воин остановился и теперь смотрит на него.

– Это? – воин бросил короткий взгляд на девушку. – Подарок скифов царю. Дочь одного из их вождей.

Глава 2

Риган с любопытством разглядывал драпировки из полупрозрачных тканей на окнах и стенах. Кое-что из того, что придумали местные дикари, он бы с удовольствием увёз с собой в Туаты. И всё же большая часть окружавших его предметов вызывала дискомфорт.

Каждая складочка ткани вызывала в памяти складки покрывал и контуры белого лица. Риган не мог бы сказать, что особенного в этом лице. Кейли была красива – но красив был любой сид. И всё же только это лицо заставило задрожать всё естество друида, давно уже переставшего верить в любовь.

Мысли о незнакомке были настолько навязчивы, что Риган никак не мог сосредоточиться на приготовлениях к предстоящему пророчеству, и когда на пороге появился очередной бородатый воин – оказался к этому абсолютно не готов.

– Царь вызывает тебя.

Ригану оставалось лишь кивнуть, потому что за свою не очень-то короткую жизнь лучше всего он понял одно: не надо спорить по мелочам с тем, кто называет себя «богом» или «царём».

Оправив одежды, он двинулся следом за воином по коридорам дворца. Теперь уже он разглядывал окружавшую обстановку не ради праздного интереса – оливы, вышитые на драпировках, и колосья, выгравированные на металлических табличках, украшавших стены, немного удивляли его, но и говорили о том, что местные жители сильно отличаются от сидов: обыкновенной любви к охоте и олицетворявшим мужскую силу хищным зверям они предпочитали растения. Риган задумался, пытаясь получше понять тех, с кем ему предстоит иметь дело. Возможно, дело было в садах? В рощах туатов росло только то, что сами деревья дарили детям Дану. Эти же сады выглядели иначе – деревья здесь росли стройными стенами, как будто были высажены в одну линию неведомой силой.

При этой мысли перед глазами Ригана промелькнули мешки с семенами, которые грузил один из бородатых мужчин, и он улыбнулся, озарённый внезапным пониманием, а затем покачал головой, удивившись тому, насколько бессмысленно тратят свои силы дикари: выращивают то, что природа, при должном почтении, могла бы дать им сама.

Коридор закончился высокими дверьми, миновав которые Риган вступил в прохладу тронного зала.

Стены, трон, скамьи на металлических ножках по углам – всё здесь казалось массивней и мрачней, чем в покоях Дану, но суть была та же, и Риган решительно направился вперёд.

Царь Кайден восседал на высоком троне, украшенном шкурой невиданного зверя – рядом с головой царя лежала оскаленная звериная голова с округлыми ушами и коричневым мехом.

Риган остановился в нескольких шагах от трона и изобразил лёгкий поклон.

– Приветствую тебя, благословенный богами великий царь.

Царь хмыкнул и, махнув рукой, приказал продолжать.

– Из далёкой страны богини Дану пришёл я к тебе, чтобы моя богиня смогла благословить твоё царствие. Три знаменья открою я тебе. Если сделаешь, как я скажу – сады твоей страны будут вечно полны фиников и олив, все народы покорятся тебе, а женщины будут прогибаться под твоим весом от наслаждения и плодоносить от твоих семян до конца дней.

Кайден хмыкнул и поудобнее устроился на троне. О богине Дану он никогда не слышал, но кое-что из обещаний незнакомого волхва вызвало у него интерес.

– Ты умеешь предсказывать будущее? – с любопытством спросил он.

– Богиня наделила меня таким даром, – Риган снова отвесил неглубокий поклон.

– Те предсказания, что ты сделал, противоречат тем, что сделал мой авгур.

– Лишь потому, что ты ещё не исполнил того, о чём я скажу.

– Мой авгур сказал, что женщина никогда не возляжет со мной. Ты думаешь, он не прав?

Риган запнулся. Местный авгур явно был полный дурак – каждый друид знает, что нельзя говорить подобные вещи царю.

– Твой авгур видит лишь одну сторону сущности вещей, но я расскажу тебе, как изменить судьбу.

Кайден снова хмыкнул.

– Моя богиня, – продолжил Риган, памятуя о первой заповеди торговца – никогда не переставать говорить, – правит жизнью и смертью. Рождение и плодоношение – вот то, в чём её власть. Никто не знает о сущности вещей лучше неё.

Постепенно в глазах Кайдена начинало разгораться любопытство.

– И какие же жертвы я должен ей принести?

– Позволь сначала спросить, не был ли ты ранен когда-нибудь в бою?

– Я был ранен… – Кайден помрачнел, – но не в бою.

Риган помолчал, подбирая слова.

– Я принёс тебе чудесную траву. Сады твои будут плодоносить, если каждый день ты будешь омывать свои шрамы настоем из неё. Звёзды предсказывают тебе благополучие, и победы твои будут тем величественней, чем богаче будет жертва, которую ты принесёшь своим богам: тебе следует оставить сундуки с тканями, шкатулки с камнями, – Риган присмотрелся к короне Кайдена, отделанной янтарём, – такими, как украшают твоё чело. И… – он задумался. – Чаши.

– Чаши? – переспросил Кайден.

– Да, такие, – Риган повёл в воздухе рукой, изображая один из горшков, который видел в ремесленном квартале, – в общем, самых лучших горшков. Затем твои люди должны будут уйти – и через две луны пусть приходят опять. Боги дадут тебе ответный дар: это может быть золото или соль.

Слушая пророчества, Кайден неторопливо кивал – ничего необычного в том, что говорил волхв, он не видел. Боги всегда любили золото и серебро, в этом чужестранец был похож на авгура, который служил отцу. Но вот что впервые авгуры просили у него, так это горшки.

– Третье – и самое важное, если ты хочешь наказать злую судьбу, – продолжил Риган тем временем, – ты должен отдать богине один из даров, которые принесли тебе в эти дни. Одну из невольниц. Богиня говорит, что она была привезена по морю с востока на прекрасном корабле, украшенном мордами зверей.

– Ложь! – скрипучий голос разрезал тишину, и Риган повернулся на звук. Только теперь он увидел в полумраке худощавую фигуру, облачённую в звериные шкуры. Старец опирался на посох, и лицо его трудно было разглядеть за всклокоченной бородой. – Ложь! – повторил авгур и, выйдя на свет, потряс в воздухе клюкой. – Если ты провидец – то где посох, дарованный тебе матерью-землёй?

Риган перевёл взгляд с провидца на клюку.

– Я принёс обет, – веско произнёс он, – что не срублю дерева в угоду себе. Такова моя жертва богине.

– Если ты провидец, где твоя борода? Ты молод, как юнец!

– Богиня даровала мне вечную молодость и вечную жизнь! – Риган начинал закипать. У него и вправду никогда не росла борода.

– Если ты провидец, – авгур ткнул в Ригана посохом, – пусть царь прикажет принести голубей. Предскажи, что ожидает нас на пиру, а потом будем говорить о жертвах.

– С тобой мне не о чем говорить, – Риган отвернулся от авгура и посмотрел на царя, не в силах сдержать злость, – твой авгур одержим духом прежнего царя, Великий Медведь! Я изреку четвёртое знаменье, которое увидел только сейчас: ты должен отправить его в священный котёл – или болезни и голод обрушатся на твой город!

Кайден пошевелился, устраиваясь на троне поудобней. Хотя лицо его оставалось спокойным, Ригану показалось, что тот наслаждается всем происходящим.

– Разве мой авгур не мудр?

– Был когда-то, но от старости сошёл с ума!

– Но ведь он прав, посоха у тебя нет. Ты пришёл издалека. Но просишь от меня немалых жертв.

Риган невольно скрипнул зубами.

– Ты можешь их не приносить, – холодно сказал он, – но тогда судьба одолеет тебя. Ты не будешь иметь наследника и…

– Достаточно! – голос Кайдена заполнил зал и зазвенел эхом из-под сводчатого потолка. – Один из вас явно не служит богам. И я знаю, как выяснить, кто из вас прав.

Риган подобрался, чувствуя, что желаемое получить будет не так легко – впрочем, другого он и не ожидал. Авгур стиснул клюку и со злостью посмотрел на друида из-под лохматых бровей.

– Во-первых, вы оба предскажете мне, что ожидает меня на пиру. Если же оба предсказания окажутся верны, мы снова поговорим завтра, – Кайден ткнул пальцем в сторону входа. – Стража, принести голубей.

Риган зло посмотрел на авгура, который, казалось, был весьма доволен таким положением вещей.

– Я не предсказываю по голубям, – брезгливо произнёс Риган, больше назло авгуру, чем потому, что в самом деле хотел добиться своего. —Пусть мне принесут семена смоковницы и высушенные косточки финика, иначе моя богиня не будет говорить!